"Фантастика 2023-135". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Вальтер Макс - Страница 312

— Хорошо, но для чего ты спрятал ещё одного усли? У тебя, как я понял, уже есть фильтрационный куб.

— Забрали. После того, как вспыхнуло активное возмущение общественности, а барон Далемский потребовал моей крови за своё оскорбление, мои кураторы изъяли куб и признали эксперимент по поиску обращённых провальным. Хотя, как по мне, это один из лучших способов борьбы со спрятавшимися тварями. В Кострище один кузнец сделал мне этот ящик, я думал, что получу усли в разломе, но даже представить себе не мог, что эти мелкие шарики спокойно летают посреди центрального региона. Видимо, задержаться здесь придётся надолго, пока не выловлю всех монстров. Если они потеряют контроль, жертв будет целая гора. Как среди крестьян, так и среди тех, кто явится уничтожать эту погань. Мы идём? Нужно оповестить герцога о том, что на самом деле происходит на его землях.

Виконт кивнул и вскоре мы уверенно двигались прочь от страшного района. В связи с телосложением Курпатского, хориб уместился на его коне. Я же забрал себе поклажу, усли и мёртвых обращённых. Мантии мы с них сняли, чтобы у крестьян не возникали вопросы о том, с какого перепуга доверенное лицо герцога убивает церковников. Для всех эта парочка должна стать бандитами с большой дороги, решившие поживиться в запретной территории. Для всех, но только не для герцога.

То, как на нас смотрел командир караула, вызывало гордость за то, чем мы занимаемся. Мужчина в летах прекрасно знал, кто такой хориб и что он может натворить. Когда же я ему высыпал тройку дырявых шариков, бедолага чуть не отпрыгнул в сторону, хватаясь за меч. Усли внушали страх даже мёртвые. Виконт Курпатский написал записку герцогу, запечатал его и потребовал незамедлительно доставить своему господину неопровержимые доказательства того, что епископ Цват является предателем интересов церкви. Во всяком случае, до тех пор, пока не доказано, что все его действия были согласованы с верхушкой Крепости. Что делать в таком случае я представлял себе слабо. Как вариант — инцидент постараются замять, а всех участников прикончить. Ибо как ни крути, Крепость является оплотом стабильности и уверенности в завтрашнем дне. Если окажется, что она сотрудничает с тёмными, то прочный миропорядок может рухнуть, как глиняный колосс.

Вскоре мы вновь вернулись к первому кордону. По словам виконта, за время нашего отсутствия никто здесь не проезжал. Нацепив на себя мантии, мы повели коней в глубь территории. Я искренне надеялся на то, что своим передвижением мы заинтересуем ещё какую-нибудь опасную тварь, чтобы потом не бегать за ними по всей округе, но либо хориб всех сожрал, либо твари начали нас опасаться. Сколько я не прислушивался к себе, никаких негативных ощущений не получал. Наконец, впереди показался длинный и высокий забор, убегающий в разные стороны чуть ли не до самого горизонта. Дорога вела к пропускному пункту, где даже издали было видно какое-то движение. Вскоре в нашу сторону отправились трое существ. Судя тому, что передвигались эти существа на четырёх конечностях, причём достаточно резво, людьми они если и были, то какими-то крайне видоизменёнными.

— Вервольфы, — услышал я пояснение своего спутника. — Основа армии Скрона. Если брать в расчёт только разумную его часть, без безмозглых тварей. Быстрые, сильные, опасные, но крайне глупые твари. Могут прямо во время битвы остановиться и начать жрать. Просто потому, что так их натуре приспичило.

Троица прискакала к нам через минуту. Не ожидавшие такого соседства кони начали нервно храпеть и дёргаться. Вервольфы в чём-то походили на людей, по какой-то прихоти обросших мехом и изуродовавших себе лицо. По факту это оказалась какая-то смесь человека и собаки. Волосатое тело, тонкие слишком длинные конечности, вытянутое тело. Единственное, что позволяло считать их разумными — глаза. Вот они один в один походили на человеческие.

— Почему покинули свой пост? — рявкнул один из них. Речь была вполне понятна, но можно было сразу догадаться, что говорил не человек. Слишком низко, слишком протяжно, слишком неестественно.

— Два коня явились из степи, — мой напарник начал первым. — Ведём на кормёжку.

— Кони из степи? — вервольф забавно почесал себя лапой. Когда эти твари не бегали, они стояли на двух задних лапах, используя передние как руки. С такими малюсенькими, толстыми и жутко некрасивыми пальцами. В моём рейтинге самых отвратительных тварей сегодня случилось пополнение.

— Хориб сожрал всадников и не стал гонятся за конями, — продолжил пояснять Курпатский. — Сколько вас на пропускном пункте? Можете отлучиться и доставить коней начальству? Нам-то возвращаться нужно.

— Нас пятеро, — ответила тварь, принимая поводья. — Коней отведём. Или сожрём. Ещё не решил.

— Так решай скорей. Мы уже доложили куда надо, что ведём двух коней. Если с ними что-то произойдёт, разбираться будут уже с вами. Свою задачу мы выполнили.

— Как доложили? Кому?

— Кому надо, тому и доложили! — резко ответил Курпатский. Виконт вообще себя вёл так, словно всю жизнь общался с подобными тварями. — Он направился северной дорогой.

— Так, хватит мне голову забивать всякой глупостью. Кони ваши? Ваши. Вот и отводите их сами на базу. Делать нам больше нечего, как возиться с животными. Пусть и вкусными.

— Мы не можем покинуть свой пост, — Курпатский посмотрел назад, где находился шлагбаум.

— Если кто-то сюда сунется, мы его встретим, — плотоядно заметил вервольф, но тут же погрустнел. — Вот только никто сюда больше не суётся. Чего встали? Берите коней и двигайте за мной. Вам ещё до базы несколько часов топать!

Двое оставшихся вервольфов встретили нас направленными арбалетами. Однако, увидев своих товарищей, опустили оружие и раскрыли ворота.

— Амулеты от безмозглых тварей есть?

— Откуда? Нас внутрь не пускали, — ответил я. — Как раз хотел попросить четыре штуки.

— Возьми, — мелкие пальцы высыпали мне в ладонь четыре камушка. — Коням на шею нацепи. Хориба внутри нет, зато полным-полно броксей. Всё, проваливайте! Как пойдёте назад, захватите парочку человечков. Жрать хочется.

Пожалуй, зря он это сказал. Виконт Курпатский превратился в молнию, за считанные мгновения очутившись возле каждого из пятерых вервольфов. Тёмные рухнули на землю и засучили лапами, пытаясь закрыть огромную рану на шее. Мой спутник перерезал всем горло с таким мастерством, что у меня невольно засосало под ложечкой. Наконец-то я воочию убедился, что Курпатский опасен не только «на бумаге», но и на деле. Причём двигался он настолько быстро и выверено, что на белую мантию не попало ни капли крови. Как и у тварей разломов, кровь тёмных существ поверхности тоже была чёрной.

— То есть то, что я прикончил обращённого — подлость, то, что ты покрошил пятёрку вервольфов, пропустивших нас через ворота и не ожидавших нападения — военная хитрость? — не удержался я от замечания. Курпатский посмотрел на меня, как на врага всего человечества, однако всё же ответил:

— Я не давал им безрассудных обещаний. Моя совесть чиста. Что ты делаешь?

— Мародёрствую, что же ещё? Нам выдали четыре амулета против тёмных тварей. Значит, на проходной их имеется достаточное количество, и оставлять их…

— Быстро, затаскиваем тела в будку! Сюда кто-то скачет!

Подавая пример, виконт схватил двух вервольфов и, несмотря на своё телосложение и вес тварей, быстро побежал к небольшому домику, что использовалась в качестве жилища. Я не спорил — Курпатский уже успел показать свою полезность и адекватность. Так, как он, я бы с вервольфами общаться бы не смог. Вскоре твари были надёжно спрятаны за хлипкой дверью и мы, оставшись в церковных мантиях, встали возле прохода, играя роль контролёров.

Всадник показался только спустя минуту. Мне даже стало интересно, каким образом виконту удалось услышать стук копыт так далеко. Однако все эти мысли улетучились, стоило разобрать, кто к нам скачет.

— Брать живым. Обязательно живым, — попросил я, с трудом унимая дрожь в теле. Кажется, задание верховного епископа будет выполнено без похода в разлом. Из земель тёмных в нашу сторону скакал отец Пифр, управляющий городской ратуши. И, судя по довольному лице церковника, его поездка в эти земли была удачной. Словно он получил то, о чём давно мечтал.