Последний рейд: Последний рейд. Кровь за кровь - Трофимов Ерофей - Страница 115

– Так и сделаю, – решительно ответил Генри, быстрым шагом направляясь в дом.

Быстро связавшись с генералом, Генри посвятил его в свои измышления. Внимательно выслушав, генерал мрачно посмотрел на своего бывшего подчиненного и, вздохнув, проворчал:

– Рано я тебя отпустил. Надо было оставить инструктором на базе, не пришлось бы сейчас с этой железкой беседовать.

– В этом случае я бы ничего не узнал, – улыбнулся в ответ Генри.

– Тоже верно, – усмехнулся в ответ генерал и быстро спросил: – Что предлагаешь?

– Рейд. Две трети бригады, после зачистки планеты, отправить в пояс астероидов, а одну треть к Терре. На всякий случай.

– И что они будут там делать? – удивленно спросил генерал. – На орбите болтаться?

– Возьмут планету, а дворец совета в частности, под особую охрану, со всеми надлежащими мерами, – пожал плечами Генри.

– На то, чтобы устроить такой беспредел, мне нужны очень серьезные причины, – растерянно проворчал генерал.

– Забота о безопасности членов совета совсем не мелочи. А, кроме того, по нашим оперативным данным, в лиге готовится переворот, плюс почти три тысячи человек отправленных туда после освобождения из рабства и пиратского плена. Чем не причина? Граждане озлоблены, обездолены, оторваны от своих домов, дел, родственников. Кто знает, во что это может вылиться? – пожал плечами Генри.

– Согласен, – криво усмехнулся генерал, – что ж, рискнем погонами в очередной раз. Я уже дал команду на подготовку. База собрана по тревоге, в шесть утра начинаем.

– Удачи, генерал, – улыбнулся Генри.

– Спасибо, но не надейся, что так легко от меня отделаешься. Ты и твоя команда будете нужны мне на Терре.

– Когда? – мрачно спросил Генри.

– Как только закончим зачистку. Лететь нам примерно одинаково, так что держи свою посудину под парами. Как только группа будет сформирована, получите отмашку.

– Но что я там буду делать? Я же в отставке, – удивленно поворчал Генри.

– Группу поведет твой старый знакомый, майор, Веселый Роджер. Ты будешь при нем советником и координатором. Как полковник внешней разведки.

– Роджер парень правильный, умный. Не думаю, что ему может потребоваться нянька.

– Это все верно, но только до тех пор, пока он не начнет улыбаться, – мрачно ответил генерал.

– А если я озверею? – тихо спросил Генри.

– Вот и присмотрите друг за другом, чтобы один не озверел, а другой улыбаться не начал, – решительно ответил генерал, давая отбой.

Вошедшая в конце его разговора с генералом Натали с мрачным видом посмотрела на мужа и тихо спросила:

– Уезжаешь?

– Не скоро, – чуть улыбнулся Генри, обнимая жену.

– Все так серьезно?

– Очень, милая.

– А кто такой этот Веселый Роджер, за которым ты присматривать должен?

– Один из наших офицеров. Однажды ему не повезло, и он попал в плен к пиратам. Вся группа погибла, а его контузило. Пираты знали, кто он, и принялись издеваться над ним. Единственное, что ему оставалось, когда они последовательно ломали ему все кости, это улыбаться. Мы отбили его через трое суток. Случайно. Наткнулись на группу кораблей и решили провести досмотр. В ответ они открыли стрельбу. Когда его грузили в реанимационный танк, в теле, кроме черепа и позвоночника, не было ни одной целой кости. Но он продолжал улыбаться. С тех пор его так и прозвали, Веселый Роджер.

– А почему Веселый Роджер?

– Так в древности назывался пиратский флаг. На черном поле человеческий череп с перекрещенными костями или саблями.

– Юмор висельников, – проворчала Натали, содрогнувшись от услышанного.

– Юмор людей, привыкших ходить в обнимку со смертью, – тихо ответил Генри. – Он с тех пор всегда улыбается, как только складывается опасная или просто тревожная обстановка.

– Это будет опасно? – тихо спросила Натали.

– Нет, мы даже скафандры брать не будем. Я поеду только советником, а парни в качестве моей охраны.

– С каких это пор ты стал нуждаться в охране? – удивилась Натали.

– Статус, – поморщился в ответ Генри. – Входя в зал совета, я обязан соблюдать определенный протокол. Или я офицер, и должен явиться в парадной форме. Или я советник, и тогда, мне положена личная охрана, для перемещения по городу. Сам я за штурвал садиться не могу. Мое дело думать.

– Ну и хорошо. По крайней мере, я буду знать, что ты там не один, – сделала Натали неожиданный вывод.

Рассмеявшись, Генри поцеловал жену и предложил вместе обойти всех друзей, чтобы сообщить им радостную новость о вечеринке.

Ранним утром планета Туманности сверхновой была разбужена появлением на улицах городов огромного количества боевой техники и вооруженных людей в тяжелых боевых скафандрах. По всем каналам связи было объявлено о введении чрезвычайного положения и просьба ко всем мирным жителям не покидать своих домов.

Работали только службы скорой помощи и аварийные бригады, но и они перемещались только в сопровождении десантников. В течение всего следующего дня десантники переворачивали все планетарное дно, проводя обыски и аресты.

Арестовывались все, у кого было найдено больше трех единиц стрелкового оружия. Было ликвидировано сорок вооруженных банд, семь складов контрабандного оружия, огромное количество комплектов военной формы и многое другое.

Все, кого находили рядом со складами оружия, тут же подвергались жесткому допросу с применением психотропных веществ. Десантникам нужна была информация, и они получали ее, не стесняясь в средствах. Любой, кто пытался оказать хоть малейшее сопротивление аресту, немедленно уничтожался. Хотя нужно отдать десантникам должное, они старались стрелять по конечностям.

После чего очень многие гонористые бандиты стали пожизненными инвалидами. Попутно было уничтожено три десятка лабораторий по производству наркотиков, вывезено около двух тонн готовых наркотиков и куча другого добра, которое было запрещено к свободной продаже.

На орбите планеты были арестованы четыре судна, капитаны которых не смогли дать внятного объяснения о характере своего груза и месте его происхождения. Основная масса экипажей этих судов оказалась в межпланетном розыске за те или иные преступления.

Полиция стонала от количества навалившейся на нее работы и откровенно пыталась спихнуть все на проводивших аресты десантников. Но после того, как генерал пригрозил расстрелять всех арестованных, с зубовным скрежетом взялась за дело. Суды были завалены работой на многие месяцы вперед.

Спустя сутки десантники покинули города так же неожиданно, как появились. А еще через день с военного космодрома стартовали все имевшиеся в наличии корабли. Растерянные штабисты потерянно бродили по опустевшим коридорам штаба лиги, не зная, что делать и как реагировать на все произошедшее.

На время отсутствия командования в штабе распоряжалась служба внутренней безопасности. Уже через час после взлета эскадры полковник, командовавший этой службой, принялся наводить драконовские порядки. Теперь любой несанкционированный звонок по внешней связи мог повлечь за собой серьезное разбирательство.

Перепуганные до икоты штабисты покорно сдали все свои личные коммуникаторы и подписали документы, которые предупреждали их о личной ответственности за разглашение военной тайны.

Журналисты, которых десантники в самом начале акции пинками и прикладами тоже разогнали по углам, теперь носились по городам с высунутыми языками, пытаясь выяснить хоть что-то. Любого офицера, выходившего с базы, тут же атаковали вопросами и требованием рассказать правду, но те только пожимали плечами и ссылались на служебную тайну.

Самые настырные из шакалов пера пытались следовать за вылетевшей эскадрой на служебных яхтах, но их быстренько загнали обратно на орбиту, дав несколько предупредительных выстрелов и оторвавшись на скорости.

Такое небрежение к их статусу неприкасаемых привело журналистов в бешеную ярость. Но излить ее он смогли только на страницах газет и в нескольких язвительных выпадах в телепередачах. База хранила гордое и таинственное молчание.