На пути в бездну (СИ) - "Sleepy Xoma" - Страница 87

Ее команды выполнялись беспрекословно и Катержина снова окунулась в водоворот битвы.

И враги и союзники были слишком медлительны — пороховой дым и ночь практически полностью лишали их зрения, Ступившей же на Путь Вечности подобные мелочи не стали помехой, напротив, превратились в могучее подспорье.

Она колола, резала и била, уклонялась от вражеских атак и пуль союзников, которые летели в точку прорыва практически непрерывно. Она была везде и нигде. Она была неостановима и непобедима.

И враги дрогнули! Незрячая марравка видела, как они медленно, но верно начали отступать.

Нужно было чуть-чуть надавить, чтобы отступление превратилось в неорганизованное бегство, но увы, на это самое чуть-чуть не было времени.

Как только бойцы бросились набрасывать какое-то подобие баррикады и занимать позиции возле изрешеченных пулями, иссеченных топорами и изломанных молотами телег, она резко двинулась ко второй линии укреплений, махнув рукой телохранительницам.

— Быстрее, они прорываются!

— А вот это нехорошо, — заметила Орелия. — Мы должны помочь.

— Нет, — коротко ответил Отшельник.

— Они прорвались, если ничего не предпринять, мы потеряем внешние укрепления.

— Мы и так потеряем их. Нет.

— Проклятье, Рэмирус, люди умирают!

— И я оплакиваю их также, как и ты, но — нет.

Древняя лишь покачала головой.

Сражение развивалось далеко не так хорошо, как ей того хотелось бы. Да, Катержина сумела отогнать один из вражеских отрядов, да и Пришка вместе с большей частью Непорочных — этих фанатичных воительниц, не знающих, казалось, усталости, все еще сопротивлялась, хотя было видно, что их силы на исходе…

Но настоящая проблема наметилась на северной части укреплений. Оборона там практически рухнула и марравцы, ощетинившись алебардами, отступали ко второму ряду телег. Они били вражеских латников, но те были слишком хорошо защищены, а потому даже удары тяжелых цепов и алебард не причиняли особого вреда. Единственное, что спасало от полного разгрома, это наличие большого количества стрелков, поддерживавших своих товарищей и, рискуя жизнями, бивших по вражеской тяжелой пехоте едва ли не в упор. Однако долго так продолжаться не могло.

Вот один из воинов бросил оружие и, развернувшись, помчался к спасительному кольцу из телег. Во так же поступил еще один. Затем — еще. И еще. И еще. И еще…

— Стоять! — разнесся над полем боя чистый и ясный голос.

Орелия обернулась и увидела приближавшуюся к дрогнувшим войскам Катержину. Та вела за собой приличных размеров отряд в качестве подкрепления, но, пожалуй, его уже не было достаточно для того, чтобы хоть как-то стабилизировать фронт.

Однако это позволило выиграть немного времени — бегство прекратилось и заколебавшиеся было сотни вновь обрели если и не уверенность в победе, то, по крайней мере — некое подобие стойкости.

И все же, все же…

"Что нам делать"? — лихорадочно соображала Орелия. — "Рэмируса хватит на пару атак, я практически бесполезна, Катержина… Ну, она, конечно, убьет сколько-то сотен, но устанет и в конечном счете ее просто сметут числом. Как быть? Что делать"?

Ответ не шел в голову, а потому Древней только и оставалось, что стоять, наблюдая за разворачивающейся драмой со стороны.

Стоять и верить в лучшее.

Глава 26

По прикидкам Тариваса прошло около трех часов, но враги упрямо не желали сдаваться. Его войска наконец-то сумели занять внешний обвод укреплений, но остатки вражеского войска успели спрятаться за второй линией стен и теперь вели оттуда отчаянную стрельбу, призванную, по-видимому, оттянуть неизбежное.

— Жаль, что они нужны нам живими, — пробурчала мать, — иначе можно было бы закончить все парой ураганов. Вряд ли Отшельник долго сможет выдерживать атаку стихий.

Тут Таривас был полностью согласен с королевой. Если то, что сказала Оракул — правда, а пока что причин не верить ей не было, то Древний был истощен практически до предела. Конечно же, стихийный маг, проживший несколько сотен лет, куда сильнее обычных стихиерожденных, но, все-таки, как боец он уже бесполезен. Собственно говоря, именно для того, чтобы измотать вражеских колдунов и заставить тех растратить остатки сил и был применен сперва Звериный Амулет, а затем — скоординированная атака всех магов воздуха.

— Что ж, полагаю, скоро все закончится, — чуть улыбнулся он. — Думаю, мы справимся и без вызова урагана в центр вражеского лагеря, ага.

— Да, они ответят, — королева скрипнула зубами.

— Мама, только очень прошу, не давай волю своему гневу, когда мы возьмем заложников. Ты ведь понимаешь, что случится если дочка Вороньего Короля вдруг скоропостижно скончается.

— Понимаю, — процедила Кэлиста. — Не бойся, ничего с ней не будет. Серьезного.

Ложь.

Таривас вздохнул и сделал себе мысленную заметку: внимательно следить за матерью, чтобы та не учудила какую-нибудь глупость вроде казни Игнис и отправки ее головы отцу.

"Кэлиста Иссон не просто так спрятала заложников в своей столице", — подумал он. — Живыми они куда полезнее, нежели мертвыми. Проклятье, почему же так долго"?

— Маршал, — обратился он к Пьюрхарту. — Как думаете, быть может, имеет смысл послать в бой наш резерв?

— Ваше высочество, — голос воина, казалось, был в состоянии заглушить канонаду, — я бы по возможности хотел избежать этого. Резерв надлежит оставлять в тылу до последней возможности, иначе мы всегда рискуем прозевать какой-нибудь неприятный сюрприз.

Таривас чуть заметно улыбнулся и отрицательно покачал головой.

— Какой же? Вражеское войско внезапно выйдет к нам в тыл? А откуда ему взяться, позволь, спросить? Разве твои разведчики не убедились в том, что в окрестностях нет сил противника?

— Ваше высочество…

— Исполняй, — чуть повысив голос, приказал Таривас.

"Иногда людям, даже таким, как Эварис, следует напоминать, у кого именно в руках находятся вожжи, а кто тянет телегу", — подумал принц. — "И все-таки с Лариэсом было проще, он всегда знал свое место"…

Ветророжденный покачал головой и повторил:

— Исполняй. Это приказ. И пусть к ним присоединятся маги из круга. Они должны будут оказать непосредственную поддержку атаке.

— Слушаюсь, — четко ответил маршал и распорядился куда-то в сторону, — немедленно прикажи бросить резерв в атаку.

— Слушаюсь, — раздался молодой голос, и адъютант ускакал исполнять распоряжение.

"Очень скоро я снова смогу видеть"! — взволнованно подумал Таривас. — "Уже сегодня! Скорее бы, скорее"!

Игнис застонала. Она сама не понимала, почему пришла в сознание. Нет, неправильно. Девушка не понимала, почему все еще жива!

"Проклятье, в последние месяцы я только и делаю, что преодолеваю свои лимиты"! — невесело подумала принцесса.

Чуть поведя головой, она вдруг поняла, что лежит на чем-то теплом и мягком. Открыв глаза, Игнис посмотрела вверх и увидела прямо над собой обеспокоенное лицо Блаклинт.

"Она что, положила мою голову себе на колени"? — со смущением подумала принцесса.

Впрочем, особо жаловаться она не собиралась — было тепло и хорошо. Если бы только…

Если бы они не оказались посреди сражения!

Огнерожденная с трудом приподнялась на локтях и огляделась. Луна на небе немного передвинулась, но не то, чтобы значительно.

"Я пробыла в беспамятстве от силы пару часов", — поняла она. — "И дела, судя по всему, стали заметно хуже".

Принцесса внимательно осмотрелась и не смогла не отметить неутешительной реальности: первая линия обороны была безвозвратно потеряна, между двумя рядами телег сейчас хозяйничали воины Дилириса. Выжившие марравцы плевались огнем, стараясь помешать врагам сконцентрировать силы для броска на вторую линию укреплений, но не нужно было обладать стратегическим талантом для того, чтобы понять: надолго оттянуть штурм не удастся.