Ведьмак: назад в СССР-4 (СИ) - Подус Игорь - Страница 16

— Не лейтенант, какой же из меня милиционер в таком возрасте. Стар я стал, для всего этого. Это раньше я мог много чего сотворить, когда в гражданскую в ВЧК службу нёс, да разную мерзость по Москве ловил. А теперь мне в деревне, да в тайге почитай только и хорошо — сказал дед и призадумался, явно вспомнив о былом.

Услышав новый фрагмент из биографии Щукаря, я удивился, ибо Сева, про службу деда в ВЧК ничего не рассказывал. А может он и не знал? Похоже Павел Лукич Морозов, хранит в себе очень много тайн, которые будут открываться только постепенно.

Воспользовавшись моментом, я подумал, что пора кое-что разузнать, и вытащив из разгрузки тряпицу. Развернув её, показал Щукарю, коготь неизвестного зверя, от которого несло потусторонней энергией.

— Вот это мне Авдотья Никитична отдала, сказала, что это с территории лагеря, муж её принёс.

Осмотрев зазубренный обрубок не то метала, не то чего-то другого, очень похожего на кусок обломанного клинка, дед Щукарь недовольно покачал головой.

— Пока спрячь — неожиданно потребовал он. — Знаю я, что ты хочешь узнать про всё что здесь произошло. Однако сейчас не время. А когда оно наступит, я тебе сам, без напоминания, всё и расскажу. А пока давай так поступим, я сейчас схожу домой и в телегу своего старого мерина запрягу, а ты пока Шпалой займись. Надо будет его несколько деньков, в подполе Авдотьи подержать, пока наш тайный интриган не объявится.

Так и порешили. Заперев Шпалу в подполе, мы собрали тетушку в дорогу и усадили на телегу, запряжённую чёрным мерином. А уже через два с половиной часа, телега подкатила на полустанок Тринадцатого километра, прямо к прибытию электрички.

Как я сразу заметил, в отличии от Авдотьи, с которой все с удовольствием раскланивались и общались, Щукаря больше обходили стороной и вежливо кивали издалека. И только несколько мужиков постарше, подошли вплотную, и особо не заговаривая, поприветствовали и пожали руку.

Перед самой посадкой, дед сунул Авдотье Никитичне письмо, предназначенное для бабки Матрёны, с которой, как я понял, единственной из совета, он поддерживал связь. Затем электричка протяжно прогудела и отправилась обратно в райцентр, а мы сели в телегу и покатили прямиком к поселку.

Правда хорошенько рассмотреть достопримечательности посёлка, Знамя Ильича, мне так и не удалось, потому что крайней точкой нашей вылазки оказалось местное сельпо. Здесь Щукарь начал усиленно закупаться всякой всячиной, и как мне показалось, делал он это всё больше для вида, ибо основной целью было засветиться самому и засветить меня.

А вокруг кипела обычная сельская жизнь. Невдалеке на поляне, паслось колхозное стадо коров. Мимо, по грунтовке проезжали трактора и грузовые шаланды, груженные лесом разного качества. И не смотря на витающую в воздухе легкую тревожность, свойственную этим местам, люди вели себя как обычно.

У магазина стояли бабульки, и держа авоськи натруженными руками, обсуждали мировую политику и положение дел в Гондурасе. Мужиков и молодых женщин попадалось мало, оно и ясно, днём все были на работе.

А вот молодая часть посёлка, гуляла свободно. Пока я стоял, мимо дважды проносились стайки разновозрастных, по большей части голопузых детей. Пробежав мимо, они, вопя во всё горло, устремившись к местной речке, в которую как я понял и вливалась пресловутая Золотянка.

Глядя на них, мне и самому очень захотелось окунуться в реке. Однако вместо этого я топтался рядом с телегой и с помощью вызванного теневика, сканировал людей на предмет всякого необычного.

Однако, как не высматривал, ничего этакого я так и не обнаружил. И когда уже собирался развоплотить, читающего ауры, стационарного призрака, одна молоденькая особа, женского пола, наконец привлекла мое внимание.

Возле клуба, занимавшего соседнее с сельпо, кирпичное здание, стояла большая группа местной молодежи, и одна из девушек почему-то украдкой кидала на меня косые взгляды, в тот момент, когда я отворачивался.

Симпатичная, курносая, глаза большие, каштановые волосы заплетены в толстую косу. На вид ей лет шестнадцать-семнадцать не больше. Замерший у крылечка сельпо теневик, внимательно рассмотрел её ауру, но ничего необычного не заметил.

Окружавшая девушку прозрачная сфера, была светло-серой с лёгким зеленоватым отливом и если честно, то у стоявших рядом девушек и молодых парней, ауры были даже посильнее.

Может просто приглянулся — сказал я себе и в этот момент к сельмагу резко подрулил и замер запылившийся УАЗик, в простонародье называемый Козёл. А затем оттуда вышла парочка мужчин, весьма характерной наружности.

Мужчины, чем-то неуловимым, были похожи друг на друга. Всё различие в росте и плотности тела. Один был чуть повыше, а второй погрузнее. Легкие пиджаки, светлые рубахи, шляпы и галстуки, позволявшие понять, что они местное начальство. Характерное выражение серьёзных и одновременно подчёркнуто доброжелательных лиц, подчеркивало их статус.

Похоже тот что пониже директор колхоза. А кто же тогда высокий? Забыв про девушку, я принялся рассматривать, не совсем обычные ауры вновь прибывших, и сразу выяснил что они люди, притом без излишней чувствительности к энергетическому спектру сил, но с довольно-таки сильными аурами, руководителей.

Как только они появились, всё окружающие начали с ними здороваться. А некоторые подходили и задавали вопросы. Они отвечали вежливо, но я уловил некоторое напряжение.

Невольно подслушивая окружающих, выяснилось, что я ошибался и как раз высокий председатель колхоза, а тот что пониже, директор местного лесхоза. А когда дед Щукарь вышел из сельмага, сразу стало понятно, зачем эта парочка сюда прикатила.

— Павел Лукич, а мы как раз к вам — сказали местные начальники едва не хором и подступили к деду Щукарю.

Тот с ними поздоровался и скинув на телегу несколько больших свёртков, послушно полез в УАЗик, заставив меня напрячься. О чем они там говорили я не слышал, а послать теневика для прослушки, не успел.

Однако разговор у них, судя по жестикуляции, получился бурным и коротким. Уже через пару минут Щукарь вышел из автомобиля и тот практически сразу укатил.

Подойдя ко мне, он посмотрел вслед уехавшему УАЗику и три раза сплюнув через плечо, постучал по телеге. И лишь после физического воплощения несложной формулы-оберега, он наконец заговорил.

— Ну что лейтенант, похоже нам сегодня с тобой большую уборку в деревне сделать придётся, потому что уже завтра с утра, пойдём с тобой на охоту. Надо закончить то, что я людям сделать обещал и наконец изловить заказанную начальством тварь. Вот как раз нам и Шпала в этом деле пригодится, как приманка.

Глава 9

Генеральная уборка

Деревня Артельная.

15:00

Генеральная уборка деревни по рецепту деда Щукаря, оказалась мероприятием не из приятных. Все трупы старателей были сложены на телегу, после этого мы обогнули Немецкий тупик и покатили по мощёной камнем дороге, прямиком в сторону прииска.

— Значит говоришь старая дорога, тот жгучий туман остановила — задумчиво изрёк дед Щукарь, когда я показал то самое место, где оторвался от призрачного тумана.

— Она самая. Вон оттуда я прибежал. А вот здесь едва легкие не выплюнул.

Тут же остановив телегу, дед передал мне вожжи и сойдя с дороги, вошёл в тайгу. Потом я десять минут наблюдал, как он топчется между стволами деревьев и периодически наклоняясь, что-то поднимает и внимательно рассматривает.

— А вот это интересно — сказал он, вернувшись к телеге. — Ни одной дохлой пичуги или мыши лесной рядом не нашел. А если твой рассказ верен, то они от того тумана, должны были ломиться сюда и дохнуть табунами.

— Павел Лукич, ты к чему ведешь? Иль не веришь? — спросил я, не поняв зачем он вообще взялся проверять мои показания.

— Верю паря, ещё как верю — сказал Щукарь и ухмыльнулся. — Да вот только получается, что тот туман специально, только на людей настроен. А это уже совсем другой коленкор.