"Фантастика 2023-130". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Демченко Антон - Страница 1424

– Старый же «мастер искусства репродукции», – подхватил мысль Каран. – Хех. Причем единственный не подвластный Ивановым семействам. Если кто-то хочет бесследно сбежать, то обращается именно к нему!

– Именно! – толкнул я дверь. – У Старого должны храниться записи, как Ивана зовут в новой жизни. С этими данными найти, когда и куда им куплены билеты…

Я оборвал себя, впав в ступор и не зная, плакать или смеяться. В глубине помещения, за плетеным столиком, попивая вино, сидели Старый и искомый Иван Малахитовый. Выглядел преступный авторитет неважно: шея перебинтована, и бинты уходили под потрепанную рубаху в следах крови таких же, в каких и подранные штаны с подтяжками. Обод его правого уха, где у пространственников имелась серьга, окутала татуировка пресловутого зеленого листа.

Заметив нас, Иван попытался укрыться в невидимости. Пространственный шум вновь проявил гостя. Тот даже подняться не успел, а я уже стоял рядом, и Иван более не пытался дергаться.

– Прошу, не сопротивляйтесь. Вы выглядите крайне паршиво. Очень устало. Еще не восстановились от обильной потери крови. Нагрузки крайне вредны после серьезной травмы.

– Добра тебе за заботу. И за вино. – Иван приподнял бокал с напитком. Пригубил и устало откинулся на спинку плетеного стула. – Слышал, ты искал меня? Я в твоем полном распоряжении! Чего желает господин пространственник? Неужто мне пора срок чалить?

Как бы ни ерничал Иван Малахитовый, поникшие плечи и понурый взгляд говорили, насколько он сломлен. Он готов был покориться. Идеально, чтобы мне выдавить необходимые сведения. Вот только… если не убить совесть в детстве, то, когда она вырастет и окрепнет, порой приходится подчиняться ее заскокам.

– Нет, мистер Дарий Форм. Я здесь, чтобы поговорить. Требуется информация относительно нашей первой встречи. Коль мы договоримся, то я буду рад вернуть долг за авиапорт: вы тогда весьма своевременно появились и выступили, – теперь мой черед.

– Хех! Юрий, ты охренел! – взвился Карай, да так, что лицо пошло алыми пятнами. – Это один из самых разыскиваемых преступников Агемо! Отъявленный мерзавец! Мы же хотели сдать гада его превосходительству!

– Я сказал, что нам необходимо его найти. Остальное ты выдумал сам. – Мой тон отдавал морозом острых граней ледников Глайсис. Не дружеский, а приказной. – Каран, не забывай, ты должен услугу. Потому не мешай. Подождите со Старым в сторонке. Попейте чаю. Если пожелаешь, позже я все тебе объясню.

Каран поиграл желваками. Поджал губы, как обиженная барышня. Рыкнул, разворачиваясь, и тяжелым шагом пошел в другую часть магазина. Старый, весело подмигнув нам, прыгучим мячиком поспешил следом, что-то задорно втолковывая моему товарищу. Дарий задумчиво проводил взглядом парочку и тихо пробормотал:

– Так что же за вопрос привел тебя по мою душу, Юрик?

– Кто нанял вас для работы в авиапорту? – не стал ходить я вокруг да около.

Дарий задумался. Надолго так ушел в себя. Лицо окаменело, но в потухшем до того взгляде затеплились искорки интереса и надежды, затем они разгорелись в пламя. Собеседник даже стал выше и шире в плечах, когда заговорил:

– Не желаешь? – Дарий достал цигарку, запахло табаком. Я покачал головой, и собеседник, закурив, продолжил: – Имен не назову. Они мастерски хранят инкогнито – любители конспирации. Зато могу поделиться подробностями работ, что выдавали моему семейству. Полагаю, тебе это небезынтересно. Однако последнее время мне не канает с людьми, живущими по понятиям. Поэтому я готов предоставить половину инфы сейчас, остальное после того, как ты поможешь, если сделка еще в силе, Юрик?

– Что же вы хотите? Я могу устроить Пробой в любую часть Империи на выбор.

– Заманчиво. Хотя твое появление меняет расклад… – Улыбка Дария кричала: для кого-то дело кончится нехорошо. – Конкретнее, мне необходим деревянный перстень Ефима Тернога. Франт собирается свалить из Агемо и сейчас ожидает в авиапорту прибытия цеппелина. Если правильно помню, «Рассветного Бриза». Не иронично ли?

Вокруг меня сплошные фетишисты! Один ножик раритетный поменял на колечко. Другой за камни людей продавал. Вот и этому принеси безделушку.

– Мне необходимо знать, для чего он вам?

– На кой тебе этот прогон? Это артефакт Последних. Он сам по себе ништяк со многими свойствами. Если шарить, как им пользоваться… – Я поморщился, как от кислой ягоды. Дарий уловил намек и сменил подход: – У перстня… Точнее, у Мраморного дерева, из которого и делают артефакты Последних, имеется фартовая способность: записывать и сохранять воспоминания после Рокировки. Именно поэтому Последние хоть не владеют силой, но владеют воспоминаниями о Ветвях. Для писак это тоже в масть.

– Я в курсе. Продолжай.

– Есть чуйка, что твое расследование кончится Рокировкой. Кстати, мой поклон госпоже Лорн. – Он кивнул на Мефи. Пригубил вина. Секунда мечтательной надежды. – Если мне подфартит, то Рокировка произойдет до сегодняшнего бунта… Значит, у меня появляется шанс не профукать свое семейство! Однако чтобы вернуть память о Ветви, требуется, чтобы на владеющего силой, в данном случае на меня, повлияла Листва Изменений нового Ствола, иначе история станет развиваться, как в Ветви. Надеяться на очередной фарт, или что ты шухернешь, не приходится. Потому мне нужен маяк.

Пока звучало логично. Возвращение памяти после Рокировок очень сложное событие со множеством ограничений, нюансов и хитростей. Лишь различия того, что случилось в Ветви и в Стволе, могут заставить сознание отделить случившееся от настоящего. Мне память возвращали действия временщиков в считаные минуты после Рокировки. Но без них это может занять часы! Если Рокировка где-нибудь на другом конце страны, то и вовсе о ней не узнаешь, ибо последствия изменений на тебя никак не повлияют. Что, собственно, даже хорошо, иначе переживать один день из-за Рокировок временщиков в Хроно – приблизиться к грани безумия. Хотя порой требуется всякое.

– Почему перстень именно Ефима Тернога?

– Видишь ли, я вел с Ефимом дела. Напоролся на перо, когда возвращался после базара с ним! Я запишу воспоминания на перстень, а когда после Рокировки окажусь рядом с ним, то знания вернутся. – Дарий затянулся последний раз и устало закончил: – Кроме того, не по понятиям хамское отношение. Эта гнида задолжала мне все с того же вечера у графа. Ты же волен надыбать перстень каким угодно способом, но, думаю, тебе окажется приятно побалакать по душам со щенком. Надеюсь, дать обратку не противоречит твоим принципам?

Сомнительно это… Возможно, Дарию интересен не перстень, а принцип: пойду я на поводу и выполню задание – значит, в дальнейшем со мной вновь можно договориться. Я решил не возражать. Наоборот:

– По рукам. Мы выдвигаемся немедля. Если нам в авиапорт, то зайдем еще в одно место, там расскажешь свою историю. – Уже поднимаясь, я крикнул в зал: – Каран, давай к нам, уходим.

– Хех. Куда тебя Лодур несет, – демонстративно недовольно пробурчал товарищ.

Я не ответил, лишь открыл Пробой. Когда вышел за компаньонами, то оказался на втором этаже авиапорта, рядом с лестницей вниз, где неделю назад ожидал прибытия временщиков. Помещение – привычно шумное, многолюдное и бестолковое внизу, а наверху спокойное и размеренное, с уважением к себе и своему времени.

– Вот он, падла, – хрипло прогудел Дарий и поморщился, приложив ладонь к шее.

Не заметить искомую цель было невозможно. Ефим Терног отчитывал полового, громогласно грозя всевозможными карами. Он не изменился, разве что сменил один безвкусный костюм на другой.

Меня так и подмывало открыть Пробой к зарвавшемуся аристократу. Совсем небольшой, так, чтобы протиснулась рука, а возможно, несколько пальцев. И когда кисть аристократенка замрет вне его зоны видимости, позаимствовать безделушку. Он не заметит, а нам никакой головной боли. Заманчиво и настолько же невозможно. Ибо: «Артефакты Последних возможно передать либо добровольно, либо взять с мертвого тела, иначе они не станут работать».