"Фантастика 2023-130". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Демченко Антон - Страница 1411

Итерация боли. Еще Пробой. За секунду до моего выстрела Рейм спугнул стаю голубей. Птичья тушка упала в провал улицы. Я поморщился, стряхивая со старенького пальто следы птичьего испуга.

Боль. Пробой. Выстрел. Противник повторно укрылся в неровностях застройки. Зато мне удалось его раззадорить, а заодно подправить траекторию – отогнать от одной из залитых светом главных улиц.

Пробой и боль слились… на выходе я покачнулся, и выстрел ушел в пустоту. Не важно. Мне можно перевести дух. Заодно перезарядить револьвер. Показалась черная с проблесками фонарей гладь канала. На ней старое, темное здание дебаркадера. Сразу дохнуло воспоминаниями о знакомстве со Старым и Карай.

Дабы попасть в здание, требовалось пересечь улицу в несколько раз шире расстояния, на которое способен прыгнуть человек. Рейм замер на краю крыши. Попытался побежать вдоль улицы. Трио моих выстрелов объяснило правила игры. Более временщик не мухлевал. Он прыгнул в пустоту… на одной ноге застыл на тускло мерцающем газовом фонаре. Кульбит – и он на крыше шального паровика. Я выстрелил. Под изумленные взгляды редких прохожих на набережной человек крутанулся на месте, и пуля срикошетила от крыши. Еще прыжок – и временщик изображает фламинго на фонаре с другой стороны улицы. Последнее усилие – и с грохотом разбитого стекла он протаранил окно третьего этажа дебаркадера.

«Что ж он так изгаляется? Выискался тут «бог из машины». Еще шею свернет. До того, как это сделаю я…» – только и смог подумать я под всполох боли, открывая Пробой.

Коридор. Разруха и запустение. Тьма пропитала саму плоть помещения, а вместе с ней и холод. Из живых лишь я и поднимающийся на ноги Рейм. По левую руку расположен ряд окон, выходящих на улицу. В дальнем конце прохода лестницы, ведущие на второй этаж и на крышу. Поставил у каждого из путей отступления по моей иллюзорной копии. По правую руку от меня находились помещения. В прошлом бывшие кабинеты служб и начальства, теперь не более чем пустые деревянные коробки с кучами истлевшего барахла. В ближайшие к Рейму дверные проемы также призвал свои иллюзорные образы.

– Рейм, остановись! – Я вновь попытался воззвать к разуму. – Тебе еще не поздно помочь.

– Ты меня не осалил! – Рейм скользнул взглядом по моим копиям и остановил взор на исходнике. – Игра продолжается! Играть! – В правой руке Рейма револьвер. В левой – окровавленный керне – клинок с волнистым лезвием в четверть метра, наследие диких племен Южных островов…

За окном раздалось хлопанье крыльев и неразборчивый крик. Наша прогулка по крышам привлекла внимание. Луч фонаря заглянул в окна, залив светом Рейма. Тот вскинул руку, чтобы защититься. В этот же миг я ринулся к нему и выстрелил. В сердце товарища.

В ответ грохнул револьвер Рейма. Звякнуло. Банально и невозможно две пули встретились в полете. Одна пробила пол, другая улетела под потолок.

Два моих прыжка и повторный выстрел. В голову. Потревоженный рикошетом кусок кладки упал с потолка. Пуля ударила в него и разнесла на части. Строительный мусор шрапнелью пробил деревянные доски пола и стен, вылетел в окно, осыпал костюм Рейма пылью. Пуля же сместилась с траектории на несколько градусов и проскользнула в миллиметре от цели.

Новая пара моих шагов и очередное нажатие на спуск. В грудь. Между нами зависла в падении дверь. Петли проржавели, а каменная дробь надломила последнее. Дерево встретилось со свинцом. Снаряд пробил преграду, но временщик поймал его на клинок. Замедлившись, пуля скользнула по пламенеющему лезвию в ауре Замедления Локального Времени, словно по волне. Сноп искр. Удар о гарду. Неуловимое движение Рейма кистью. Кернс в обратном хвате, а между большим и указательным пальцем визави зажата пуля. Да не может быть такого…

На следующем шаге я не стрелял, а бил. Должен признать, я никогда не поднимался выше середнячка в схватке. Однако временщик показал, что мой уровень… да, собственно, отсутствует. Он небрежно покачивался, словно маятник, и изредка отступал, и удары непостижимым образом поглощала пустота. Лишь изредка его костюм колыхался. При этом Рейм смеялся. Искренне. Радуясь игре.

Пистолет скользнул в пространственный карман, а мне в руку упал клинок. Походя я резанул себе левую ладонь. Еще десяток секунд боевой пляски. Я метнул нож. Рейм присел… тогда я плеснул в его лицо набравшуюся пригоршню крови. На миг это выбило временщика из ритма боя. Его ошеломил не столько прием, сколько несвойственный мне, а значит, непрогнозируемый поступок. Конечно, временщик успел уклониться… но тем подставился. Следующий удар он не успел заблокировать.

Не передать, с каким удовольствием я вмазал Рейму. По лицу. Со всей силы. Ногой. Давно мечтал… Правда, стоит признать, лишь вскользь.

Рейм, пользуясь инерцией удара, крутанулся на месте, разорвал дистанцию сразу на пару метров и с воодушевлением крикнул:

– Осалил… Теперь моя очередь!

По помещению прокатился отголосок выстрела. Я вздрогнул. Но ствол револьвера Рейма был нацелен не на меня, а в потолок. Я оскалился и хотел броситься в новую атаку, когда услышал треск. Поднял голову. Несущая балка, и до того трухлявая, после попадания пули потеряла последние остатки целостности и обрушилась. Бревно проломило подгнивший пол. Спустя секунду вниз летел дождь дерева, и я вместе с ним. Пробой… неудача! Слишком близко от кристалла блокировки пространства. Мне необходимо извернуться… Зацепиться… Удар.

Когда мир перестал кружиться и радужные круги ушли из глаз, я застонал. Сломана… пожалуй, большая часть возможного. Ноги мне придавило. Левая рука неестественно вывернута. Что-то разорвало мой бок, на землю вывалилась смесь потрохов с дерьмом и кровью. Боль такая… что даже не чувствовалась. Шок.

Сам я лежал на берегу, в куче отходов у выхода коллектора, чьи стоки сливались в канал. На мое лицо, покрытое бисеринками горячечного пота, падали первые капли стылой мороси через сквозной пролом в здании. Рейм находился тут же. Прислонился к одной из свай, держащих здание, был весел и отряхивал штанину. Заметив, что я смотрю на него, парень подошел:

– Осален. – Смачный щелбан мне по лбу. Затем, чуть подумав, он окунул палец в кровавую мешанину моего выплеснутого нутра. Волна боли чуть не разорвала меня вместе с криком. А Рейм облизал палец и сквозь какофонию мук я услышал: – Вкусно. Друг мой, с тобой весело. Давай теперь в прятки? Я прячусь. Догоняй. – И подпрыгивающей походкой он скрылся во мраке канализации. Хотелось выстрелить в спину гаду, но… никак не прицелиться!

Через полминуты, не более, в поле зрения показался растрепанный Ундерк и еще три пространственника:

– Господин Светоч, так и знал, что найду вас! – Я вздрогнул от собственного прозвища. По привычке хотел разозлиться, но тут понял, что в данном случае слова сказаны с уважением. Неожиданно. – Обрушить здание, чтобы привлечь внимание… умно! Но где же Иммунный?

– Убежал. – Как ни странно, но говорить мне удавалось, хоть с каждым словом нутро разрывало, на губах выступала кровавая пена, а в висках стучала кровь. Только работа владеющих силой и без того основана на боли. – Посмотрите! Вон он!

На несколько мгновений мне удалось создать иллюзию бегущей фигуры, заворачивающей за очередной изгиб берега в паре сотен метров отсюда. Я не солгал. Они сами додумают нужное. При этом усилие и сопровождаемая им боль доконали меня. Тьма поглотила сознание.

Ледяной цветок расцвел в душе. Мгновение – мозг словно парализован. Еще несколько долгих секунд – тело застыло, сведенное судорогой. Лишь сердце натужно гнало кровь, пытаясь заставить жить… а затем я шумно выдохнул. Все прошло, осталось лишь легкое онемение в членах, словно они слегка запаздывали за мыслями.

Я сморгнул. Рука занесена над листком с расчетами. Я за столом в своей квартирке. Раздался стук, судя по дребезжанию, в стекло. Поднял взгляд и установил, что в окно скребется белая, со стальным отливом шерстки ласка.

Стоило ее пустить, как зверек злобно на меня зашипел. После взбежал на плечо и безжалостно вцепился в ухо.