"Фантастика 2023-129". Компиляция. Книши 1-20 (СИ) - Марченко Геннадий Борисович - Страница 294

Сам же Колин, когда до него доходили все эти слухи, разные небылицы, его же переиначенные до неузнаваемости слова, лишь посмеивался в ответ. По его мнению, все было до смешного просто и его действия, собственно, как и всегда, не содержали даже намека на какое-то волшебство. Он лишь следовал обычной логике… Лично отобрал из всего клана примерно шесть десятков более или менее крепких гномов, и начал их не только усиленно кормить мясом, то есть высокобелковой пищей, но и давать максимальные физические нагрузки. И результат был, как говориться, налицо…

Однако, никто из них — ни сам Тимур, ни помнившие еще старую империю старики, ни сопливый молодняк — не мог даже предположить, что на самом деле происходило с взращиваемой в клане тяжелой пехотой… Корни всей этой истории уходили далеко-далеко в глубь веков, когда кланы гномов, объединенные под властью первых владык подгорного трона, контролировали почти всю Торию. В те времена клановые города располагались не глубоко под землей, скрытые от жадных лап своих соседей, а на поверхности, в самых живописных местах. И по сей день на холмах, возле излучин крупных рек, пересечениях торговых путей сохранились развалины роскошных дворцовых комплексов клановых старейшин, гигантских мастерских и просторных площадей, которые сотни лет после Великой войны служили для людей нескончаемым источников строительного материала.

Хроники тех лет, лишь частично сохранившиеся в Книге памяти гномов и скрываемые Хранителями, рассказывали не только о великолепных городах подгорного народа, непревзойденных изделиях его талантливых мастеров, но и о смертоносной Железной стене, о знаменитом строе гномов — воинов, который безуспешно пытались копировать другие расы этого мира. Именно здесь, на страницах главного святыни гномов, отрывочно рассказывалось о том, как тренировались те, первые гоплиты, как питались…

Конечно, тут не было ни слова об ускоренном метаболизме представителей этого народа, удивительной адаптации организма к нагрузкам, способности к сверхмобилизации и т. д. Не говорилось и о том, что резкая смена повседневного гномьего рациона на высококалорийную белковую пищу вкупе с каждодневными запредельными тренировками приводила не просто мышечному взрыву, а к невероятно ускоренному росту практически всех мышечных групп. Здесь отсутствовала информация и том, что возможен был и обратный процесс, когда гномий организм также поразительно быстро адаптировался и к скудному рациону. Более того, в случае действия такого процесса на протяжении столетий в организме гномов закреплялись и такие характерные черты, как низкорослость (позволяя экономить так нужную организму энергию), всеядность (сформированный навык выживания в неблагоприятных условиях), более тяжелый массивный костяк и т. д. Именно поэтому в более богатых кланах, которые могли позволить себе более разнообразную пищу для своих, а особенно, богатую животными белками, дружинники главы выглядели более рослыми и массивными.

18

Королевские покои. Тяжелая плотная штора закрывала большую часть окна, погружая просторную комнату в полумрак. Спиной к окну в глубоком кресле полулежал мужчина. Правая рука его бессильно свисала с кресла.

Сейчас в этом исхудавшем человеке с широкой проседью в волосах и нескончаемой тоской во взгляде было сложно узнать правителя Ольстера. Впавшие щеки, темные круги под глазами, всклоченная бородка, он совершенно не напоминал того подтянутого, живого и энергичного мужчину. Казалось, что из него вынули стержень и от короля — отшельника осталась лишь одна пустая оболочка.

— Отец, что мне делать? — он вновь поднял глаза и с надеждой посмотрел на большой портрет своего отца, бывшего правителя Ольстера, висевший прямо напротив него. — …

Однако почивший в бозе король был глух к его мольбам. Его большие, чуть на выкате, глаза по-прежнему смотрели куда-то вдаль — куда угодно, но только не на своего отчаявшегося сына.

— Отец…, — еле слышно прошептал Роланд. — Почему ты меня не слышишь… Старый враг опять на нашей земле, как тогда… при тебе, — король тяжело вздохнул. — Значит, не хочешь помогать? Тогда уходи…

В сердцах он взмахнул рукой, словно пытаясь отогнать от себя этот преследовавший его образ старого короля.

— А… вино, — ушедшая с замаха рука, наткнулась на серебряный кувшин с вином, к которому он уже успел приложиться. — Это твой ответ, отец? Ха-ха, — тут же горько рассмеялся он, от этой пришедшей к нему мысли. — …

И предательская рука уже тянула пузатый кувшин с собой, словно говоря тем самым… Вот, возьми, выпей… и печали, которые тебя обуревают, исчезнут. «Эти заботы, что отравляют твою жизнь, что тянут тебя со страшной тяжестью на дно, — сладостным голосом шептал кувшин, красуюсь своей роскошной чеканкой. — Растают словно дым…».

— Проклятье, — от этих голосов и манящих картин, что наполняли его голову, Роланд аж застонал, сжимая голову руками. — Проклятье…

Гулкий хлопок плотной пробки и из кувшина поплыл терпкий дразнящий аромат его любимого савойского вина. Реакция организма была моментальной… В пересохшем горле словно поселилась пустыня, которой требовалась живительная влага.

Холодный металл горлышка коснулся его губ и…

— Н-е-е-ет…, — лицо короля скрутила судорога и увесистый кувшин тут же улетел в дальний угол его покоев, с грохотом сокрушая изящный столик. — Нет! — еще раз с ненавистью на самого себя, прошептал он. — Нет!

Роланд резко вскочил с кресла и несколькими быстрыми движениями привел в порядок свой камзол, распрямляя складки на нем. Его отражение в стоявшем рядом зеркале тут же повторило его движения.

— Лучше сдохнуть там…, — в зеркале отразился злобный оскал короля, решившего иди до самого конца. — …

И резко повернувшись, Роланд вышел из своих покоев и направился в малый зал, в котором последние дни он привык проводить заседания военного совета.

Малый зал, еще помнивший мирное время, встретил молодого короля раздраженными голосами. Двое или трое из собравшихся о чем-то между собой яростно спорили, то и дело перекрикивая друг друга.

— … Это очень опасно. Мы лишь подтолкнем к этому и тех, кто еще колеблется и не выбрал ни одну из сторон…

— Нет! Тысячу раз, нет! Мы должны показать свои силу. Всех беглецов нужно вешать, а их семьи с позором гнать из королевства! Этой швали не место в благословенном Ольстере!

— Это же весь цвет… Мы не можем так поступить с… Тэры! Его Величество, король Роланд!

И король вошел в притихший зал.

— Вижу есть новости. — Роланд обвел внимательным взглядом стоявших ближе к нему советников. — Прошу вас, дядя.

Крегвул, родной брат покойного короля, никогда не имевший собственных детей и заботившийся о Роланде как о своем собственном ребенке, что-то тихо пробормотал.

— Плохие новости. Гонец прибыл только что, — он подошел к большому столу с разложенной на нем красочной картой. — Один из передовых шаморских отрядов взял Мартел. Этот замок был нашим последним оплотом в Керуме. Словом, провинция Керум потеряна.

Роланд непроизвольно скрипнул зубами. Керум был, без преувеличения, жемчужиной Ольстера. Одна из его крупнейших провинций, находившихся на пересечении нескольких знаковых торговых путей, давала почти пятую часть всех финансовых поступлений в казну королевства. И потеря Керума, без всякого сомнения, оттолкнет от него многих крупных купцов, что опять-таки скажется на финансах.

— Мартел… Мартел, — несколько раз в задумчивости проговорил Роланд. — Это же крепкий орешек! — наконец, воскликнул он. — Я только в прошлом году был там и прекрасно помню его стены и башни. Там на семьдесят локтей одна сплошная скала. Сильный гарнизон…, — его пылающие гневом глаза остановились на Крегвуле. — Как это вообще могло произойти?!

Тот дернул головой.

— Это предательство, Ваше Величество, — негромко проговорил старик, с сочувствием смотря на племянника. — Граф Тореани потайным ходом провел в замок почти сотню бессмертных, которые ночью и открыли ворота.