Философский камень (СИ) - Афинский Владислав - Страница 44

А ещё и магия крови. Кристина отдала мне значимую часть своей сути, но разве мне стоит использовать эту часть лишь для создания марионеток? Помнится сама Кристина могла творить невозможное с помощью этой силы. Почему я не могу? Потому что огромна пропасть в навыках. Что мешает мне подтянуть навыки? Время.

Время ещё имеется, какой-то прогресс возможен. Почему у меня нет артефактов, повышающих силу магии крови? Потому что я ещё не обговорил эти вопросы с учёными, что работали с Кристиной в Петрограде. Они хотели использовать её как оружие, она отказалась, мне ничто не мешает согласится. Наверняка у них имелись какие-то планы.

Ментальная магия сильна, но почему в её тени я не видел тёмной магии и магии крови? Потому что несмотря на весь свой пафос, я мыслю, как простой человек. Местами это даёт о себе знать. Какая досада.

— Но я не настаиваю, не нравится ну и… — турецкий учёный махнул рукой, видимо ожидая что только увидев этот проект я начну прыгать от радости, а тут такая скупая реакция. — Найдём кого-то другого. Жаль только все лучшие тёмные маги пали вместе с императорской семьёй. Но мы спасли сестру нашего правителя. Возможно, когда-нибудь она родит нам будущего монарха, вокруг которого мы сплотимся и вернём то, что принадлежит нам по праву. К этому времени сделаем доспех лучше и…

— Доспех нужно сделать лучше к концу месяца. Он хорошо, я буду его использовать, но после внесения ряда поправок. Он действительно может помочь убить Кайзера. Ну или увеличить мою мощь.

— Приступим прямо сейчас, — тут же грусть и печаль исчезли со смуглого лица учёного, который, кажется, забыл обо всём сказанном. — Я знал, что вам понравится.

— Несомненно, — спокойно ответил я, никак не реагируя на эту забавную смену эмоциональной палитры, а также лукавство.

После этого я оставил частичку сознания в родном теле, чтобы начать корректировку императорской брони под моё ментальное тело. Основная же часть была снова перемещена в одну из марионеток, которая ехала в машине вместе с гвардией и представителями моих союзников. Ехать пришлось долго, но не из-за расстояния, а из-за толп на улицах.

Впрочем, мы добрались до нового жилища вдовствующей императрицы. Уже минут как пятнадцать из-за чего моему сопровождению, а также моим союзникам пришлось ждать меня. Что-то слишком много внимания основному телу уделил, увлёкся.

— Господин Лебедев, всё в порядке? — поинтересовался у меня гвардеец, пока Виктор Карпов ходил вокруг нашего автомобильного конвоя и следил за выставленными блокпостами.

Мы буквально окружили особняк вдовствующей императрицы, подтянув для этого и солдат, и личные гвардии, и ополчение и даже наёмную охрану из «Долга и право». Выглядел этот жест агрессивно, но и сама вдовствующая императрица знала на что шла.

— Я в норме, — кивнул я, после чего со всей процессией отправился внутрь.

Тепло нас не встретили, но и немногочисленные защитники рода Романовых не стали нам препятствовать. Как и вдовствующая императрица хоть и могла сбежать, а также пожаловаться сыночку Николая, однако она этого не стала делать. Её влияние сильно, она могла бы сделать многое, но дело в том, что мы ещё сильнее, Романовы в Петрограде поддерживают нас и Соколовых.

Победитель в потенциальном внутреннем конфликте известен заранее. Моя готовность устроить кровавую бойню также донесена до нужных ушей. Меня поддерживают генералы, ведь они знают кто дрался вмести с ними на без преувеличений всех фронтах. За моей спиной северные земли, которые я мог сжечь и уничтожить, чего очень хотели некоторые белогвардейцы, но был достигнут компромисс и за грехи отцов не стали отвечать дети.

Интеллигенция до сих пор смотрела на меня с высока, но настоящую власть уже давно держат не они, а промышленники и техномаги, многие из которых с радушием приняли юные дарования из числа бывших простолюдинов. Аристократия придерживается нейтралитета, ведь знает что со мной и Соколовы, а значит противостояние будет проблемным для них.

Народ же считает меня героем, ведь «Долг и право» лучшее что случалось с Российской Империей за долгое время. Мы стали связующим звеном разрозненных групп, дав возможность диалога тем, кто грыз друг другу глотки. Сначала это был прецедент, приятный и значимый, теперь же мы силой продвигаем наши принципы. Те, кто не может слушать и хочет лишь говорить — такие нам в державе не нужны.

Такие порядки мы строили, к таким порядкам придётся привыкать и всем остальным. И мы поможем привыкнуть, поможем найти новое место в новой системе, а также объясним почему прошлая система была неэффективным дерьмом. Хотя тут и так уже всем и всё было понятно.

Только вот вдовствующая императрица имела совсем другие взгляды.

Без приветствий мы вошли в приёмный зал, где начали усаживаться за круглым столом. Мои верные союзники, представители лояльных мне генералов, Константин имеет право говорить от главы рода Соколовых, ряд дворян из «Долга и право», а также некоторые влиятельные люди Киева.

А напротив нас сидела сама вдовствующая императрица, мать нашего Государя и ныне главная проблема всей державы. Хотя она так и не считает. Вместе с ней сидят наши, без преувеличения враги. Представители недобитых красных, которые уже не пытаются взять власть, но продолжают лезть в дела и готовить мировую революцию. Правда, что у нас, что в Германской Империи им дают по зубам. Тяжело сражаться с сильнейшими одарёнными, которые совсем не заинтересованы в том, чтобы империалистический строй рухнул.

Британцев я тоже узнал сразу, по их манере поведения и ментальному фону. Они пусть и молчат, но мыслят все на своих родных языках. Благо британский я уже знал, выучил через поглощение шпионов. Кроме того, мой уровень ментальных навыков позволяет понимать речь любого, ведь прежде, чем с уст слетает слово, его смысл рождается в разуме. Через беседы и мысли мне удаётся учить языки.

Американцы, приплыли или прилетели сюда аж с другого континента. Французы. Тут даже были представители немцев и австрийцев, однако сами они не являлись австрийцами и немцами, но всё же будут тут от лица наших врагов. Сколько гадости вокруг себя собрала вдовствующая императрица.

Особнячком держатся меньшевики из Москвы, стараясь не смотреть на меня. Ведь именно благодаря мне они существуют. Большевиков решили убрать, а меньшевиков оставить в знак доброй воли. Теперь эта добрая воля строит нам козни за нашими спинами. Впрочем, их мотивы понятны и их я не осуждаю.

— Решили продать Родину? — прямо спросил я, плюя на все принципы дипломатии.

Глава 28

— Ситуация предельно проста, Александр Лебедев, — растянуто и медленно говорил представитель из штатов. — И ничего личного здесь нет.

— Как и предателями мы не являемся, — добавила вдовствующая императрица. — Война проиграна, экономика Германской Империи несравненно больше нашей. Наши войска имеют худшее снаряжение и, кроме того, Кайзер уже знает о секрете нашей семьи.

— Не только Кайзер, — с мерзкой улыбкой произнёс британский разведчик. — Весь мир уже об этом знает. В роду Романовых же на данных момент нет ни одного достойного претендента на трон, а также одарённого, который мог бы соперничать с Кайзером.

Я же молча слушал и едва сдерживался. Вот тебе и страны Антанты, вот тебе и результаты всех договорённостей. Правду говорят, что у России только два союзника: армия и флот. Как только запахло жареным, то сразу же за спинами нас продали. Впрочем, наше временное перемирие тоже смотрится неоднозначно.

— И что вы предлагаете? — спросил я, ложа свои руки на стол.

— Поделить зоны влияния, — снова говорил американец, пока остальные от красных и до немцев молчали.

— Мы готовы продлить перемирие с возможным прекращением всех военных действий. Статус КВО.

И сразу же на лицах немцев, австрийцев, британцев, американцев появились едва заметные ухмылки. Они явно не собирались учитывать интересы Российской Империи. Более того, судя по их ментальным образам… они уже всё поделили. Германская Империя не хочет воевать с Британской из-за географического положения и сильного флота. Лондон взять будет куда сложнее, чем Петроград.