Сладостное пробуждение - Фаррелл Марджори - Страница 78

— Ну, пока достаточно, — произнес он, когда поцелуи стали все более горячими. — Иначе Хенлею придется выталкивать меня отсюда.

Сабрина нехотя отпустила его.

— Возвращайтесь к своим сосискам! А с меня довольно…

Он еще раз поцеловал ее. Прежде чем поставить тарелку и сесть рядом с ней, Эндрю снова поцеловал Сабрину в знак окончания шутливой перепалки.

— Как себя чувствует Джайлз?

— Поскольку все в доме только и говорят о совместной ночи лорда и леди Уиттон, можно предположить, что он здоров.

— Клер просидела с ним всю прошлую ночь, не так ли?

— Сидела до поздней ночи… Но не думаю, что она провела в кресле всю ночь…

— У вас нет совести, Сабрина, вы неисправиы, — улыбнулся Эндрю. — Но я очень рад, что вы стали прежней.

— А я очень рада за тебя: у этих негодяев не все гладко получилось… Ты не хочешь предъявить им обвинение в похищении?

— Как пожелает Джайлз…

— Что же я должен пожелать? — раздался голос у двери.

— Джайлз! Разве ты не должен соблюдать постельный режим? — воскликнула Сабрина.

— Дорогие мои, прошу прощения за мое одеяние… За последние несколько дней я слишком много провалялся в постели. Так что мне нет необходимости привязываться к ней и к моему ночному горшку…

Джайлз говорил довольно небрежным тоном, но Эндрю понял: его друг имеет в виду что-то очень серьезное.

— Мне очень жаль… Тебе пришлось пережить такое!… Я, да и все мы, чувствовали себя абсолютно беспомощными.

— За исключением моей бесстрашной жены!

— Боже мой, когда я думаю о том, как она выпроводила нас из дома и встретилась лицом к лицу с Олфилдом…

— А ты знаешь, почему ей удалось убедить его? Она приставила пистолет к виску мистера Олфилда и представилась: «Леди Рейнсборо». После этого он поинтересовался, что она предпримет, если получит отказ от него… Клер холодно ответила: «Я убью вас и приглашу одного из ваших компаньонов».

— Представляю, как Клер Дайзерт запугивает такого прожженного дельца!

— Больше нет ни Клер Дайзерт, ни леди Рейнсборо, — серьезно произнес Джайлз. — Есть только Клер Уиттон. И так будет всегда!

Он сел рядом с Сабриной и попросил:

— Я так проголодался… Не положишь ли мне на тарелку что-нибудь?

— Дорогой мой Джайлз! За твое рыцарское поведение обязуюсь приходить к тебе каждое утро и кормить завтраком в течение всей моей оставшейся жизни.

— А где Клер? — поинтересовалась Сабрина.

— Наверху. Она еще спит; ей, как и мне, пришлось нелегко.

— Нам всем пришлось несладко, Джайлз. Он погладил руку Сабрины.

— Я знала, что ты жив, — продолжала она, но все время чувствовала, как ты страдаешь…

— В первые день-два было неплохо… И только ближе к концу заточения стало невмоготу. Господи! Какая там вонь! Не знаю, смогу ли когда-нибудь избавиться от этого запаха. Как прошел суд, Эндрю?

— Я выиграл, а эти подонки получили по два года. Но это только для начала… Ведь ты можешь предъявить им новое обвинение, обвинение в похищении… А Клер выступит в качестве свидетеля.

— Абсолютно исключено, — тихо, но твердо произнес Джайлз. — Я больше никогда не допущу никаких судебных разбирательств. Но этим негодяям, конечно, знать об этом необязательно. Ты должен предупредить их: если они вздумают подослать Боксера или Жабу посчитаться с нами, это будет стоить им головы.

— Боксера и Жабу? — удивилась Сабрина.

— Так я окрестил моих тюремщиков, Брина.

— Хорошо, Джайлз. Давайте на сегодня закроем эту тему…

Клер спала долго, пока луч солнца, упавший ей на подушку, не разбудил ее. В полусне она повернулась к Джайлзу, но его не оказалось на месте.

Клер продолжала лежать в постели, сомневаясь, была ли эта удивительная ночь; ей стало грустно и одиноко. Была или не была прекрасная ночь?

Почему Джайлз оставил ее одну? Может быть, утром все, произошедшее ночью, представилось ему в новом свете? Она не могла больше плакать и просто лежала, представляя себе самое худшее. Клер не сможет вернуться к тем отношениям, которые сложились раньше у них. Просто не сможет…

Послышался осторожный стук в дверь, и вошла Марта.

— Надеюсь, это не я разбудила вас, миледи?

— Нет, Марта. Меня разбудило солнце. Клер хотела встать, но вспомнив, что на ней ничего нет, смутилась и покраснела. Ее тело казалось скованным и липким после ночи любви.

— Я хочу принять ванну. Принеси, пожалуйста, горячей воды и несколько чистых полотенец.

— Конечно, миледи. Не хотите ли горячего шоколада?

— Немного попозже, спасибо, Марта. А лорд Уиттон? Он уже встал и занимается делами?

— Да, миледи. Он завтракал вместе с сестрой и мистером Мором несколько часов тому назад… Сейчас, думаю, он в библиотеке.

Сердце Клер сжалось: Джайлз на пути к выздоровлению, и вот уже оставляет ее одну. Она закрыла глаза и дремала, пока горничная наполняла ванну водой. Как только все было готово, леди Уиттон попросила Марту оставить ее одну.

Приятно погрузиться в ароматную и горячую воду! Клер почувствовала облегчение от благотворного действия ванны; она положила голову на край и закрыла глаза.

Женщина дремала так еще несколько — минут, но вдруг услышала, как скрипнула дверь. Не открывая глаз, Клер прошептала:

— Ты принесла еще горячей воды, Марта? Ванна начинает остывать…

Почувствовав, как теплая волна охватывает ее плечи и грудь, она еще глубже погрузилась в воду.

— Хочешь, сейчас твое тело расслабится еще больше? Позволь мне, Клер, — произнес приятный мужской голос, и она, открыв глаза, увидела, как руки мужа стали массировать ее шею и плечи. Она попыталась вырваться, но Джайлз нежно удержал тело жены.

— Я подумал, ты проспишь целый день, — сказал он.

— И поэтому ты оставил меня одну? — выпалила она.

— Я боялся остаться… Мне трудно удержаться, чтобы не будить тебя, — ответил Джайлз.

— О! — прошептала Клер.

— Ты скучала без меня?

Она кивнула, неглубоко вздохнув, почувствовала, как его руки начинают намыливать ей спину, а затем грудь, живот… Когда его рука коснулась ног, Клер воспротивилась.

— Джайлз, сейчас день, и я — в ванне!

— И вся такая восхитительно мокрая, розовая и скользкая, — проговорил он, лаская ее. — Я бы хотел ощутить твою влагу, несмотря на эту воду.

— А ты, кстати, мылся после всего произошедшего с тобой?

— Клер! — осуждающим тоном проговорил Джайлз, — в такой момент тебя интересует только это?

Она схватила мужа за запястья и взглянула ему прямо в глаза.

— Я только подумала, что, читая все эти романтические истории, мы должны хоть что-нибудь почерпнуть из них, если будем, конечно, достаточно внимательны. В конце концов, в этой ванне хватит места для двоих…

Джайлз усмехнулся.

— Ах, ты моя маленькая сластена… Клер смутилась.

— Прости меня…

— Простить?! Да я просто восхищен! Если мне удастся уговорить тебя вылезти из ванны, то гарантирую тебе, жена моя, место на кровати, — засмеялся он.

Клер встала, и Джайлз подал ей руку, помогая выйти из воды. Но другая рука сама потянулась к покрытой капельками груди.

— Ты, словно Венера, выходящая из пены морской, — прошептал он. — Нет, нет… Не надо закрываться полотенцем…

Она увидела, как он тоже встал и его одежда упала на пол.

— Мне кажется, тебе следует искупаться, — блестя глазами, сказала Клер.

— Да, чтобы навеки исчез этот ужасный запах. Когда Джайлз погрузился в теплую воду, она, став на колени рядом с ванной и опустив руки в воду, стала искать кусок мыла, оставленный мужем.

— Вот… нашла… — проговорила она.

— О! Нет! Совсем не то…

— Но ведь он такой твердый и скользкий, как мыло, — поддразнила она его.

Джайлз застонал.

— О боже, Клер! Хватит… Сегодня я уже не такой измученный и слабый, как ночью.

— Теперь ты достаточно чистый, — засмеялась она, вытаскивая его из ванны.

— А не кажется ли тебе, Клер, что наша ванна способна вместить двоих? — крикнул он, притягивая ее к себе.