Хозяйственные будни Князя Тьмы. История попаданки (СИ) - Михаль Татьяна - Страница 53

Вовремя же я проснулась. Ещё бы секунда, и от моего милого, прекрасного и уже горячо любимого монги осталась бы только безжизненная меховая оболочка.

— Слушай, что мне ещё сказать или сделать надо, чтобы ты отпустил его? — добавила голосу льда и сжала руки в кулаки.

— Линда, ты хоть в курсе, кто такой монги? — негодующе поинтересовался князь. Но кинжал убрал. А вот малыша не отпустил. Тряхнул его, отчего монги заверещал ещё громче. Ему страшно, больно и не по себе рядом с вампиром, который только что намеревался его убить.

Возвела очи к потолку и раздражённо выдохнула:

— Да-да-да, я уже в курсе, что монги — настоящее чудовище. Монстр. Воплощение страха и ужаса. Безумный зверь, пожирающий магию и уничтожающий артефакты. И вампиры настолько сильно его боятся и проклинают, что уничтожили практически целый вид этого магического существа!

Рагнар шумно вздохнул, скривился и проворчал:

— Не стоит ехидничать.

Но монги при этом отпустил.

Зверёк тут же ринулся ко мне на руки. Оказавшись в безопасности, развернулся в сторону князя и разразился явно гневной тирадой на своём зверином языке. Шерсть при этом он вздыбил, глаза бешено блестели, а хвост яростно молотил бока.

— Тише, тише, — погладила раздражённого зверёныша. — Он тебя больше не обидит. И никто не обидит. Ты теперь мой друг.

Монги тут же затих, развернулся и уткнулся мордочкой мне в подмышку.

— Ты его здорово напугал, — сказала я чуть обиженно.

Князь лишь квадратными глазами смотрел, как зверь прячется и ищет у меня защиты.

— Невообразимо, — проговорил Рагнар. — Монги не признают вампиров. Мы много раз пытались их приручить. Пытались всячески их обучить подчиняться. Всё же их способность поглощать магию могла бы пригодиться. Но знаешь, проще заставить заговорить камень, чем приручить этих монстров.

Вампир опустился в кресло и задумчиво подпёр кулаком подбородок.

— А я, если ты не забыл, не до конца вампир, — напомнила князю и пожала плечами. — Наполовину человек. Наполовину вампир. Ещё ты упоминал ведьмину кровь. Быть может, все эти факторы и сыграли свою роль, и монги нашёл во мне… что-то.

— Что-то, — фыркнул князь и удивлённо добавил. — Да он тебя признал как Хозяйку. Я смотрю на него магическим зрением и поражён. Он не «съел» магию, которой я тебя окружил. Ни одно заклятие на тебе не потревожено. И похоже, в твоих покоях он совсем не тронул ни одной магической нити, ни одного артефакта.

Я забралась с ногами на кровать и пожала плечами.

— Он сытно поел. Может, поэтому?

— Может. Но сколько фруктов и орехов ему нужно, чтобы восполнить энергетические запасы? Явно в замке этот гад ошивается не первый день, — проворчал князь.

Монги на слово «гад» выполз из-под моей подмышки и снова гневно застрекотал. Наверное, он тоже «обласкал» князя и рассказал, что думает о его темнейшестве.

— Вообще-то, когда мы с ним вместе ужинали, то малыш не захотел ни фруктов, ни ягод, ни зелени и даже на орехи махнул рукой, то есть лапой, — с улыбкой рассказала князю. — Вместо этого, он с удовольствием умял добрый кусок мяса.

— Мясо? — повторил вампир. — Монги?

— Угу. Баранину, — подтвердила я.

— Баранину, — удивлённо проговорил князь и вздёрнул брови.

— Ага, красно-розовое такое мясо. С белыми прожилками. Это если в сыром виде. А вот если…

Рагнар рассмеялся и перебил меня:

— Линда, не поверишь, но я знаю, как выглядит баранина. И хватит вредничать и насмехаться.

Я насупилась. А вот не перестану.

— У меня до сих пор перед глазами стоит картина, как ты заносишь клинок над монги, — проворчала я и тут же передёрнула плечами.

Зверёныш тоже подал голос. Снова ощерился и вздыбил шерсть.

— Видишь? Он тоже до сих пор злится, — показала на малыша пальцем.

Вампир прикрыл глаза и вздохнул. Его молчание оказалось красноречивее любых слов. Своим вздохом он словно бы сказал: «Как же вы мне все дороги».

Князь покачал головой, затем вдруг улыбнулся и рассмеялся.

Я замерла, и монги тоже затих, явно раздумывая, не тронулся ли вампир умом?

— Что смешного? — поинтересовалась я.

Князь прекратил смеяться, поднялся с кресла и прошёлся по комнате.

Взял с каминной полки и покрутил в руках какие-то безделушки, вернул на место, обернулся, сложил руки за спиной и сказал:

— Ты — поразительная женщина, Линда. Твои таланты безграничны. Я уверен, что ты ещё не один раз меня удивишь.

Я облизнула вдруг пересохшие губы и нахмурилась. Голос князя прозвучал отчего-то печально.

Поднялась с кровати, оставив монги на месте. Зверёныш тут же принялся закапываться под одеяло.

Я подошла к мужчине и протянула руку.

— Почему в твоём голосе грусть? — спросила я очень тихим, едва слышным голосом.

Князь разжал руки и взял мою протянутую ладонь в свою. Вдруг перевернул, медленно склонился и губами прижался к запястью.

Я невольно вздрогнула, но руку не отдёрнула.

— Рагнар…

Мой голос снова прозвучал тихо и чуть хрипловато.

Князь неожиданно привлёк меня к себе, прижал к твёрдой груди, выдохнул как-то надломленно:

— Линда…

Склонился и накрыл мои губы своими.

Почувствовав тепло его рта, я невольно застонала и запустила пальцы в его волосы.

Поцелуй вышел жадным, голодным, неистовым. Причём этот голод исходил от нас обоих.

Наш поцелуй похож на какое-то наваждение, на сумасшествие. Но знаете что? Мне в данный момент плевать на моральные устои, правила и собственные принципы. Я даже злиться перестала. И забыла обо всём на свете.

Ничего не могу и не хочу с этой тягой к Рагнару делать. Похоже, я ему тоже нужна. Не только как управляющая.

И мне от этих мыслей стало очень хорошо. А от его жаркого поцелуя и жадных рук и вовсе отлично. Так, как не было уже давно.

И мы целовали друг друга как пьяные, голодные и нетерпеливые.

Это не просто жажда и голод. Мы словно погружались в зыбучие пески, и нам уже не выбраться…

Рагнар всего на мгновение оторвался от моих губ, взглянул алым взглядом на моё хмельное от поцелуя лицо, и я, глотнув воздуха, прошептала:

— Ещё…

И сама набросилась на его губы. Ласкала его сильную шею, сжимала крепкие плечи и тянула за шелковистые волосы.

Мне казалось, что весь мир замер, время остановилось, и ничего не осталось, кроме нас двоих. Я плавилась в его руках, а он — сам огонь.

Я понимала, что мы оба вот-вот потеряем рассудок. Ещё один шаг, и совершим то, о чём можем сильно пожалеть.

Но вот его руки сорвали с меня сорочку…

Я прерывисто вздохнула, выгнулась и прижалась к мужчине ещё сильнее. Легко разорвала на нём рубашку и жадно провела ладонями по сильному торсу вампира. Боже… Какой же он великолепный.

Рагнар тихо застонал, и от его хриплого стона я чуть не запрыгнула на него, чтобы впиться не только клыками, но и всем своим существом.

Мне вдруг отчаянно захотелось сделать нечто невообразимо дикое… Мне захотелось предъявить на Рагнара права. Заявить на весь мир… Да что мелочиться? Заявить на все миры, что он — МОЙ.

Именно от этой мысли я и замерла в его объятиях, шумно выдохнула и, собрав всю свою волю в кулак, отстранилась.

— Линда… — потянул князь меня обратно к себе.

Но я решительно высвободилась, схватила с пола сорочку и хрипло проговорила:

— Остановись…

Надела сорочку и произнесла уже уверенней:

— Тебе лучше уйти.

Рагнар длинно выдохнул, запустил пальцы в волосы и тоже хриплым голосом сказал:

— Прости меня. Сорвался. Хотя… Буду откровенен с тобой…

Я быстрее молнии подлетела к нему и ладонью зажала его рот.

— Шшшш… Молчи, Рагнар. Ничего не говори, пожалуйста, — попросила я почти умоляюще. — Ты и я не можем строить отношения, кроме деловых и…

Невесело хохотнула и добавила:

— …и кровавых. Всё.

Убрала руку, и мы бесконечные секунды смотрели друг другу в глаза. Потом князь согласно кивнул и сказал уже собранно и довольно сухо: