Демоны Вебера (СИ) - Кучеренко Денис - Страница 104

Оббежав крупный амбар, справившись с полуметровой оградой и пересекши обширное вспаханное поле, мальчик оказался наконец у порога старого кирпичного дома. Облюбовавший тенистые влажные стены постройки хмель оплетал каменное жилище, укрывая собою стены, извечно находящиеся в тени. Зеленый каменный гигант манил собой ребенка, но тот не спешил пересекать порог.

Помявшись у входа, мальчик решился-таки осуществить задуманное и не без труда приоткрыл тяжелые деревянные двери, запуская в дом ласковые лучи столичного солнца. Пройдя мимо гостиной и спальни он остановился на старом потертом ковре, прямо перед входом в кухню. Оттуда доносился неприятный его носу запах кислой выпивки.

Чихнув и утерев рукой нос, юный Верго предстал перед сидящим с недовольным видом отцом. Мужчина, чье грубое загорелое лицо закрывала пышная борода, перерастающая в слегка неопрятные бакенбарды, держал в руках полупустой глиняный кувшин, что обычно использовался для заготовок яблочного сидра.

«А где матушка?» — выпалил мальчик, словно позабыв за чем пришел.

«Ее сейчас нет», — отрезал мужчина, отхлебнув из кувшина.

«Я тогда попозже зайду…» — извиняющимся тоном выдавил ребенок, пятясь к выходу.

«Что тебе нужно? Живо выкладывай», — резко сказал отец нахмурив брови.

«Ну… Сегодня к нам на рынок опять пришел тот почетный господин… военный интендант…» — робко начал Верго, едва не вжимаясь в стену.

«Даллас? И что этому выблядку было нужно?» — будто бы без интереса спросил отец, но в его голосе явно проскользнули недобрые нотки.

«Он сказал, что когда мне исполнится пятнадцать, я смогу пойти на службу в тот самый пехотный взвод с которого мой брат когда-то начинал! Представляешь? Там меня научат и письму, и грамоте, и все задаром! А когда я отслужу пять лет, то моего жалованья хватит даже на то, чтобы поступить в настоящую академию! Даже в ту, о которой рассказывала матушка!» — пропищал ребенок, совершенно не скрывая своего восторга.

«Письму и грамоте? Академия?! Ты, щенок, уже забыл, что случилось с твоим старшим братом? — побагровел отец, едва не выпустив из рук драгоценный кувшин с пойлом. — В какой погребальной яме он сейчас валяется?!»

«Но он же стал героем!» — сумел выдавить из себя ребенок.

«Героем? Какая к черту разница, герой ты или нет, если ты мертв?! Ублюдок Даллас! Отобрал у меня одного сына, а теперь хочет отобрать и другого?! — взревел мужчина, в мгновенье выбравшись из-за стола. — А ну иди сюда, сопляк, я покажу тебе что такое армия! Я выбью ремнем из твой дурацкой башки саму идею идти на треклятую службу!»

Мальчик съежился, практически осев на пол. Что было ног он рванул из дому, чуть не врезавшись в дверной косяк у самого выхода. Он бежал пока не закончились силы, преодолев и вспаханное поле и все те поля что шли за первым, остановившись только на самом краю поселения. Оглянувшись он убедился, что отец не гонится за ним.

И поделом — в гневе мальчик ударил себя кулаком по голове. Он был сам виноват, что рассказал все именно отцу. Следовало молчать, как и всегда. Молчать, и делать по-своему.

Пелена грез унесла сознание предсказателя даже слишком далеко. Глухой и слепой ко всему, он безостановочно предавался слегка потускневшим от времени воспоминаниям, совершенно не обращая внимание на творящееся вокруг него действо. Тем временем, местная незамысловатая жизнь шла своим чередом: водяные клопы пожирали слизистые зеленоватые образования у кромки воды только для того, чтобы быть пожранными облезлыми исхудалыми крысами. Грызуны, будучи местной вершиной пищевой цепочки, совершенно ничего не опасались, вальяжно ползая у самых ног подвешенного за руки мужчины и изредка пробуя подошвы его изношенных сапог на вкус.

Вдруг, наполненную шорохом и крысиной возней идиллию прервал неровный шаг появившегося из тоннеля незнакомца. Закутанный в изодранный плащ бродяга неспешно подошел к Веберу, держа в одной руке тускло светящую керосиновую лампу, а в другой, увесистый бурдюк с водой.

Кое-как вытащив кляп изо рта предсказателя, незнакомец едва ли не насильно влил полтора литра воды в захлебывающегося мужчину, после чего вернул кляп на место, не позволив последнему проронить и слова.

Молчаливый пришелец деловито развернулся, зашагав прочь, но стоило ему скрыться из виду, как из той стороны куда он отправился донесся громкий всплеск, будто кто-то сбросил особенно крупный предмет в местную болотистую жижу. Крысы нетерпеливо засуетились, преодолевая страх они бросились к новому потенциальному источнику пропитания, совершенно позабыв о безвкусной обуви Верго.

— А почему здесь ламп нет? — пронесся громким эхом по канализации чей-то полный любопытства возглас.

— А что тут освещать? Крысиный помет, или людской? — раздался мелодичный женский голос неподалеку от места заточения предсказателя. — Гляди. Вот где они его держат. Какое облегчение что мне не придется больше бродить в этих смрадных потемках.

Вебер резко потрусил головою, пытаясь понять, являются ли возникшие перед ним образы плодами его воображения, или же это реальные люди из плоти и крови. Образы, тем временем, подобрались в нему вплотную, позволяя хорошенько себя разглядеть.

С правой стороны от Верго стоял здоровенный лысеющий бугай, беспечно почесывающий затылок. Он вынужденно пригибался чтобы не ударится головой о не очень то и низкие своды тоннеля. Его простоватый взгляд слегка настораживал, в отличии от вида его совершенно монструозных кулаков, который уже настораживал довольно сильно.

С левой стороны на предсказателя глядела в крайней степени необычайная черноволосая особа. Довольно привлекательная женщина лет тридцати была разодета словно на поминки — один только черный цвет. Черная накидка, черные зауженные штаны, черные сапоги, да что там, даже ее помада была угольно-черного цвета. Столь темные одежды вопиюще контрастировали со снежно-белой кожей пришедшей мадам.

Молча освободив предсказателя при помощи ключа (по всей видимости раздобытого у брошенного в канализационные каналы тела), двоица тактично позволила мужчине отдышаться и размять до одури затекшие конечности, перед тем как донимать его какими бы то ни было разговорами.

— Вебер? Верго Вебер? — скорее из простой формальности, показательно поинтересовалась явно узнавшая его женщина. — Я Эмилия. Мой спутник предпочитает, чтобы его звали Лео.

— Да, я Лео, — радостно и слегка неуместно подтвердил увалень, лучезарно улыбаясь.

— Спасибо. Огромное спасибо. Кто бы вы ни были, я вам жизнью обязан, — совершенно искренне поблагодарил спасителей предсказатель, растирая распухшие и посиневшие запястья. — Но как вы здесь оказались? Кто вы?

— О, сейчас твоей радости поубавится. Мы здесь по просьбе мистера Каламаджа. Мы уполномочены проинспектировать твою персону на наличие способностей к предсказанию будущего, а также сопроводить тебя к Ганое. Чтобы избежать ненужного недопонимания я сразу уточню в какую государственную организацию мы входим, — ровным голосом проговорила Эмилия, выудив из своей накидки матовый металлически значок, выполненный в виде специфической столичной печати.

У предсказателя подкосились ноги. Он беспомощно оглядел своих спасителей, переведя взгляд со значка на их беспристрастные лица, постепенно осознавая свое новое положение. Из смертника в узники. Да и у кого! Можно ли сыскать во всем белом свете конвоиров более устрашающих, чем опаснейшие из чудовищ федерации — овеянные слухами и сплетнями, полулегендарные Каратели? Что же, это была разительная перемена.

— Но, позвольте, зачем вам я? Ну какое такое предсказание будущего? Да я же просто людям сказки рассказывал, голову морочил, чтобы подзаработать немного, да и только. Если бы я действительно видел будущее, то разве позволил бы себя так бесцеремонно схватить и упрятать в подземелье? — попытался выкарабкаться Верго, отчаянно подбирая аргументы на ходу.

— На этот счет мы тоже получили указания. Чтобы избежать ситуации в которой неподконтрольный сенату человек, способный с чудовищной точностью предсказывать будущее, будет свободно расхаживать по землям Равии, творя что ему вздумается, мне было приказано, видишь ты будущее или нет — убить тебя, если откажешься сотрудничать. Так, на всякий случай. Ну так что, будем сотрудничать, или повесить тебя обратно, но уже головой вниз, чтобы ты смог ближе познакомится с голодными крысами? — на редкость холодно подвела черту Эмилия, оснастив металлическими нотками свой последний вопрос.