Клятва Смерти (СИ) - "Skazka569" - Страница 91

‒ Я не понимаю…

‒ Я тоже многого не понимаю, малыш, ‒ прошептала мама. ‒ Я увидела в колыбельке прекрасного ребенка. Самого лучшего на свете. Это был ты. Но даже в младенчестве у тебя была пышная такая шевелюра. ‒ Она попыталась улыбнуться, но как-то кисло. ‒ И я поняла, что по каким-то причинам моего малыша украли, а вместо него оставили тебя.

‒ Это звучит так глупо… ‒ фыркнул Кон и отвернулся, накрываясь одеялом с головой. ‒ Я не верю! Я знаю, откуда берутся дети! Ты мне врешь! Ты просто подобрала меня! Или купила! Не могла иметь своего ребенка из-за травмы, а сейчас говоришь такое вранье!

***

‒ Мама тогда не разговаривала со мной очень долго, ‒ заканчивал свой рассказ Кон. ‒ Я её очень обидел, но мне было легче поверить в эту правду, чем в то, что кому-то захотелось подменить младенцев. И теперь, сопоставляя все факты, я понимаю… ‒ В глазах Кона стояли слезы, и одного только моргания хватило, чтобы они капнули в снег, но он держался. Ему было плевать на свою родословную. Он обожал свою мать, что вырастила его, готов был за неё жизнь отдать! Он безумно уважал своего отчима, деда и бабушку. Но… ‒ Королева Айка всегда была ко мне слишком добра. Её отношение ко мне не отличалось от отношения моей матери ко мне. Но это не отменяет того факта, что она променяла меня на власть. Своего родного сына подменила своей подруге и выкрала её кровь! А все ради того, чтобы королевство не признало в ней изменницу короля.

В нём были и горечь, и обида, и злость на Айку. Сколько добра в его сторону, столько подарков! Не удивительно, что мать недолюбливала её, но ничего не могла сделать ‒ Айка королева. Любое обвинение в сторону королевы могло восприниматься как измена. И каково же было маме смотреть на своего родного сына в королевском саду и не иметь даже возможности поговорить? Приблизиться?

А может, мама и не догадывалась, что Айка была причастна? Но Кон все знал. Теперь знает.

Обдумывая рассказ Кона, Мира не совсем понимала, что произошло в королевской семье и какое отношение ко всему этому имела его мать. Но если настоящей родительницей являлась королева, причем не от короля, то это все равно не объясняло причин, по которым от Кона отказались. Может, она действительно променяла его на власть, а может, она думала, что спасет его от расплаты перед Грот? Как родители Саймана думали, что служение Мигу спасет его. Но правду они смогут узнать, когда вернутся из храма победителями и отправятся в Летарт. Мира решила, что они поедут с Коном к нему домой, Сазгаус будет не против пойти с ними. Только в этот раз без убийств королей.

‒ Мы во всем разберемся, ‒ пообещала Мира и взяла Кона за руку. Всё-таки он не был ей чужим человеком, она помогала ему сейчас, поможет и в дальнейшем. ‒ В наших снах мы все были в Летарте, чем не знак? Если мы победим богиню, короли нас уже не напугают.

‒ Грот непобедима, людям не справиться с богиней, ‒ вставил свое Зед, за что собрал кучу убийственных взглядов в свою сторону. Ему не снилось снов, в которых не было Грот, но было легко представить, как закончилась бы его жизнь. Это была бы не жизнь, а простое существование. Отвернувшись, он сунул в рот кусок мяса, который достался ему. В отличие от остальных, ему не было дела до его прошлого, которого он и не помнил, а волновало лишь служение Грот в будущем.

У Саймана не было слов поддержки для Кона, а о своем сне рассказывать он не хотел. Молча выслушав всех, он виновато отвернулся от Мары. Ее сон подтверждал, что его вина была в том, что ее изгнали из деревни. Лучше бы не было этой сделки. Возможно, тогда действительно его жизнь сложилась бы чуточку счастливее. Для всех. Он возненавидел Грот ещё больше.

‒ Мы обязаны справиться, ‒ мрачно сказал Сай.

‒ Мне плевать на королей, как ты не понимаешь? ‒ поднялся со своего места Кон. ‒ Причем здесь страх перед ними? Какой ты знак увидела? Хватит с меня этих знаков!

‒ Не кричи на неё, ‒ поднялся со своего места Сазгаус, подходя к Кону и оттесняя его от Миры. ‒ Что распихивался?

‒ А что она за чушь несет?

‒ Думаешь, тебе одному в жизни досталось? ‒ не услышал его Саз, не меньше белобрысого повышая голос. ‒ Ой-ой, мамочка от меня отказалась, какой кошмар! У тебя хотя бы была семья и близкие, да даже деньги! А кому-то матерью мог стать мимо проходящий человек, соизволивший кинуть кусок хлеба! Хватит делать вид, что ты тут самый обиженный!

На самом деле, Кона не интересовали проблемы Сазгауса. Для каждого свои проблемы всегда были более значимыми, и да. Для Кона сейчас его осознание всей ситуации было очень важно. Саз просто не знал материнской любви, потому не задался вопросом: а почему другая не любила меня?

‒ Да пошел ты, сын звездного, ‒ плюнул ему в лицо Кон, развернулся и пошел куда-то вперёд. Заметив беспокойные взгляды, Сазгаус наигранно улыбнулся и занял место Кона рядом с Мирой.

‒ Не переживайте. Ему просто переварить все надо, вернется.

Мира даже не посмотрела в сторону уходящего Кона. Чем она заслужила такое отношение? Тем, что хотела поддержать? Он ее сильно обидел своими криками, а за Сазгауса было вдвойне обидно. Если она больше не нужна Кону, то теперь все ее внимание будет отдано Сазу.

‒ Спасибо, ‒ тихо поблагодарила она Саза, что он встал на ее сторону, и, проведя ладонью по его щеке, натянуто улыбнулась. С этого момента Мира будет дарить всю свою любовь и заботу ему одному. И привал как раз был затеян для того, чтобы поискать средство для его глаз. Вздохнув, она достала доску.

‒ Зря он так, ‒ покачал головой Сайман, смотря в спину Кону. ‒ Это был всего лишь сон, каким бы реалистичным не казался. Что мы видели ‒ этого не было и уже никогда не будет. У него теперь целых две матери, а моя без Грот была бы мертва.

‒ Ты звездный? ‒ спросил Зед, удивлённо смотря на Сазгауса. Это объясняло его способности и жажду крови, которую чувствовал убийца в убийце. Зеду вдруг стало интересно собственное происхождение. ‒ Я не помню, кем были мои родители. Вообще не помню ничего, кроме подземелья дэргаров.

И Зед не унывал. У него была Грот, а остальное не так важно.

Зеду Сазгаус не ответил, но попытку Саймана увидеть что-то хорошее в ситуации, опроверг:

‒ Хороша мать, которая продает тебя на служении богини. Мира, убери эту чушь с глаз, нечего ей пользоваться лишний раз.

А вот Мара Кона немного понимала, хоть и предпочитала сейчас молчать. Все равно была в меньшинстве. Только откусывала понемногу свою порцию и наблюдала за тем, как Сазгаус берет доску и возвращает её на место, приговаривая:

‒ Нечего сейчас нам тут видеть все эти вселения и так далее. И вообще, сожгу её сразу, как только мы прибудем в какой-нибудь город. Купим тебе спокойный и безопасный шар.

‒ Эй! Я тебе сожгу… Никто в меня не вселится, у меня же амулет, ‒ возразила Мира и все это время пыталась вернуть доску. Она же ей нужна для дела, а не просто так! Ещё один мужчина, который не хотел получать от нее помощи. Надув губы, она отвернулась от Саза. ‒ Да ну вас всех. Вот и идите к Грот, не зная, что ждёт. Что я здесь вообще делаю, если мои знаки и так далее вам больше не нужны? Надо было остаться в Иле.

‒ Ты нужна Грот, ‒ пожал плечами Зед и опять получил недовольный взгляд от Миры.

‒ Знаешь, меня это не сильно радует, ‒ ответила она. Хоть она как и Сайман нашла для себя плюсы в том, что благодаря Грот Сазгаус был жив, внимание богини или ее слуг для нее точно не было подарком судьбы.

‒ Лучше скажи, далеко ли мы от храма? ‒ обратился Сайман к Зеду. Его сейчас волновало только то, как им справиться с Грот. Сай считал, что проблемы надо решать по мере поступления.

‒ Нет, вон за той горой, ‒ указал Зед на вершину, из-за которой показалось солнце. Они были уже совсем близко.

‒ Ты думаешь, мне приятно видеть, как в тебя входит нечто? Думаешь, я не волнуюсь в такие моменты? ‒ спокойно спросил Сазгаус Миру. ‒ Не преувеличивай и успокойся. Проблема в доске, и что мы после неё видим, а не в знаках.

После чего Сазгаус посмотрел на Зеда и на указанное им направление. Хм, а ведь действительно совсем близко, если глаза его не обманывали. Тут либо один человек быстро пройдет путь, либо тащиться всей группой, тратя на это силы и время. И тогда Сазгаус выдвинул предложение: