Разочарование. Пятый пояс (СИ) - Игнатов Михаил - Страница 67

Жадность в человеке сильна.

Может, кстати, я неправ, всё же нет у меня опыта, как быстро скапливается пыль в таких местах. Может, весь этот слой появился за первые пятьдесят лет после сектантов, когда искажения силы Неба здесь разрушали поместье, а затем прибавляется по крохе.

Это один вариант. Другой… Вряд ли, конечно, но, может, это какой-нибудь выживший из прошлой ватаги?

Поймав себя на том, что назвал местных добытчиков на Поле Битвы ватажниками, я покачал головой. Вот уж похвалил их.

Да и не может такого быть.

Этот мужчина пришёл слева, из другой части поместья, видимо, с другого входа. Я, конечно, обошёл поместье снаружи, даже дважды, но оно местами разрушено, местами занесено песком, да и не может у такого огромного здания, вернее, даже кучи зданий, объединённых переходами и общими стенами, быть лишь один вход. Это слишком неудобно, даже для Древних, что могли летать и пользоваться Путями.

Один из двух спящих у моих ног Зверей очнулся от забытья, даже без помощи Страха шарахнулся от меня, взметая клубы пыли.

Как это всё выглядит для него, бедолаги? Ужас, бегство, спасительный поворот каменного мешка и темнота забытья, затем вспышка сознания и тело продолжает прерванное бегство к спасению.

Я дал ему добежать до поворота, дал нырнуть за угол и только тогда вписал в Указ символ Сна.

Как интересно. Первый раз вижу столь длинный коридор, в котором нет ни единой ловушки.

Прямо или налево?

Прямо, туда, куда уходят следы. Этот путь ведёт к центру поместья.

Пробудил второго Зверя, Предводителя первой звезды, повторил всё, прошёл вслед за ним, морщась от лезущей в горло пыли. Техники под запретом, не прикрыться, хоть вспоминай Нулевой и ищи платок, чтобы прикрыться.

Прошёл мимо развилки, бросив в неё лишь короткий взгляд. Неизвестный пришёл оттуда. На повороте остановился, не спеша пробуждать Зверей, тщательно вглядываясь в следы.

Догадки подтвердились — кое-где мой предшественник топтался на месте, иногда даже сдвигался от стены до стены, словно ходя вдоль невидимой преграды.

Или же вдоль границы формации.

Я проходил ловушки с помощью хитрости и чужих, пусть и Звериных жизней. У моего предшественника, видимо, был другой талант и он полагался на него — он обезвреживал формации.

Только это ему не помогло.

Я прошёлся по его следам дальше, отмечая, что он проделал в этой части поместья Древних огромную работу — исследовал путаницу проходов, обезвредил ловушки в них, проложил путь сквозь череду залов, галерей, засыпанных песком садов и прочего. К концу я просто шёл по самым чётким его следам, не отвлекаясь на проверку боковых проходов и комнат.

И догнал его самого.

Что бы он ни делал, как бы ни обезвреживал ловушки Древних, но один раз талант подвёл его.

Я пережил одну ошибку, отделался травмами девяти узлов и пары меридианов, которые уже через неделю лечения бесследно исчезнут.

Мой предшественник либо не рискнул использовать здесь технику, либо не успел.

Он пытался пройти большой круглый зал по кратчайшему пути — через центр. Не дошёл до него двадцати шагов.

Формация и искажения потоков силы Неба перемололи камень на тридцать шагов от центра зала.

Мой предшественник тоже сумел пережить этот удар, боролся за свою жизнь, глотал зелья, пытался куда-то ползти.

Сумел проползти пять шагов, а затем… Ну, вариантов немного. Либо умер, либо потерял сознание от ран и боли, а затем умер. Мне очень не хотелось к нему присоединяться, поэтому я тщательно проверил весь зал, обнаружив в нём ещё две ловушки, одна из которых действовала лишь на Предводителя и разорвала на куски второго Зверя.

Эдак мне не хватит пойманных Зверей-Предводителей, придётся искать ещё. Возможно, в таком случае проще будет пройти по следам моего предшественника в обратном направлении, воспользовавшись его входом. Без техник тут новый проход прямо отсюда не соорудишь, мне ли не знать, как крепок камень Древних?

Потому, кстати, так смертельно опасно крошево, в которое он превращается после разрушения. Бритвенно острые осколки легко рассекают плоть идущего этапа Предводителя.

Я, наконец, добрался до тела, вернее, того, что от него осталось.

Как всё в моей жизни повторяется. Лежащее у ног тело вдруг ясно напомнило Миражный и тело, что я обнаружил в одном из поместий. Уже и не помню, к какой семье он относился. К той, которую обманом и ударом по мастеру Указов уничтожил Орден Морозной Гряды. В его кисете я ещё нашёл, кроме кучи контрактов, среди которых был даже действующий, свидетельствующий о верности слуги, свитки техник, что подкинула туда дух Каори.

Не слышал, чтобы у огромных Внешних Полей Битв были духи. Да даже если я неправ, то сомневаюсь, что он решит мне что-то подкинуть. Это в Миражном я был первым, кто пришёл туда за многие годы, первым, кто прошёл малое Испытание Стражей и прочее, прочее.

Здесь идущих — многие тысячи. Семья Ян руководит небольшим городом на самом краю этого Поля Битвы.

Но к телу я всё же наклонился.

Оружия не видно в каменном крошеве, но под слоем пыли видны пустые фиалы зелий.

Одежда разорвана во множестве мест, когда-то была пропитана кровью, которая за эти годы уже превратилась в прах. От плоти и костей уцелело больше. Жутковато выглядит. Возможно, кстати, будь у него нагрудная броня, подобная моей, он бы мог выжить, но под истлевшим халатом не видно ничего из брони.

Я срезал с пояса мертвеца кисет, с шеи амулет, уже начал вставать, когда взгляд зацепился за обтянутые высохшей кожей кости пальцев.

Кольцо?

Кольцо.

Я сглотнул от волнения. Большая часть артефактов — это амулеты на грудь или что-то, что нужно держать в руке. Кольца встречаются гораздо реже, хотя после сражений на Поле Битвы Приюта у меня этих колец была едва ли не горсть. Но это были кольца Второго пояса, дарс их возьми, а здесь Пятый.

Пятый!

Я подхватил из-под ног острый, словно игла, обломок камня, уколол палец и уронил каплю крови на кольцо, которое уже крепко сжимал в руке.

Через миг жадно плеснул в него силу, забыв, как опасны в таких местах подобные вещи.

Ничего не рвануло, не оторвало мне ни руку, через которую я пропустил в кольцо силу, ни голову, которой я забываю пользоваться.

Вместо этого я провалился духовным взглядом в кольцо, которое действительно оказалось хранилищем, вершиной артефактов Путника. Мешок Путника, кисет Путника и вот оно — кольцо Путника.

Ох непрост, совсем непрост был мой предшественник. Я только раз видел кольцо, у Пиатрия, и из него он доставал ту непростую железу, к которой даже он сам не решился подступиться.

Непрост был мой предшественик.

Да и размер пространства внутри кольца впечатлял. Первый мой артефакт подобного рода, кисет сектанта, представлял из себя три полки, на которые влезало буквально считанное число вещей. Помню, я даже топил какие-то мечи, потому как они не влезали в кисет, и нужно было чем-то пожертвовать. Или я потопил их потому, что они были очень приметные? Не помню точно, но вот мучения, когда нужно было выбирать — пару трав туда впихнуть или пару лишних фиалов — помню.

Последний мой артефакт, полученный как награда за сражение — кисет Тёмного, вмещал всё, что мне только хотелось, даже без ухищрений в виде вложенных внутрь друг друга других кисетов. Кисет Тёмного вмещал в себя и полки, и стеллажи под оружие, и книжные шкафы, на которых так удобно размещать контракты и свитки.

Это кольцо было не меньше, только выглядело по-другому.

Кисет Тёмного внутри был больше похож на прямоугольную комнату, кольцо же отражало свою внешнюю суть — круглое помещение, границы которого были очерчены дымкой. Центр был свободен, здесь я и появился. Точно такой же, как и снаружи, только…

Подняв руку, я ощупал лицо, без удивления отметив, что здесь у меня лицо Леграда. Всё, как и положено. Духовное зрение и духовная суть — это без всего наносного, хотя то, что я стою здесь в синем халате — не может не радовать.