Дан- футболист. Начало (СИ) - Лапышев Алексей - Страница 70

— Привет, Лена — Здороваюсь я, а меня хватают и затаскивают в квартиру.

Тут на меня, как всегда, находит и я отмачиваю нечто в своем обычном репертуаре:

— Не бейте меня, не виноватый я. Я просто мимо шел, смотрю звонок симпатичный, чего бы не позвонить, вот и позвонил — Горестно жалуюсь я непонятно кому.

Лена тут же начинает смеяться, потом успокоившись говорит:

— Да, ладно придуриваться. С тобой просто родители хотят познакомиться, узнать с кем свою дочурку отпускают—

— Это можно, только я без коньяка, шампанского, мороженного и цветов. Не ожидал — Каюсь я

— А зачем такой странный набор? — Спрашивает Лена, постепенно утаскивая меня в сторону кухни

— Как зачем? — Удивляюсь я — Маме цветы, детям мороженное, папе коньяк, ну а мы с тобой обойдемся шампанским—

— Ты же не пьешь? Да и детей нет — Удивляется Лена

— Ну так даже интереснее, Тебе больше достанется, а смотришь через сколько-то месяцев и дети пойдут — Смеюсь я

Она тоже смеется немного смущенно, потом обнимает меня и говорит шепотом:

— Я и без шампанского согласна, только давай пока без детей. Рано еше—

Я целую ее и она отвечает, но потом отстраняется и показывает глазами в сторону кухни. Я понятливо киваю и мы заходим.

И дальше зависаем еще на полчасика, пьем чай, знакомлюсь с ее родителями. Ну что сказать, родители как родители, нормальные люди. Андрей Валентинович и Нина Андреевна. Симпатичная пара средних лет и среднего роста, и оба светлые шатены, как и их дочка. Ну и познакомились, и думаю они успокоились. Знают теперь с кем их дочка время проводит.

Ну, попили чайку и собрались. Гулять, гулять. И идем до мотоцикла. Дошли и остановились. И тут я понимаю, что-то потерялся я с этим чаепитием. Веду себя не свойственно для себя, слишком приличный и тихий. Ах, самому противно стало, нафиг такой кому нужен.

Нет, думаю, срочно исправляться. И начинаю. Обнимаю Лену и целую прямо в дворе и прямо в губы. Она сперва даже немного испугалась,а потом отвечает и так страстно, что сразу ясно, чего хочет на самом деле.

— Я соскучился — Говорю я и продолжаю, обнимая ее — Поехали ко мне?—

— Я тоже соскучилась — отвечает она — Поехали—

И мы запрыгиваем на мотоцикл и помчались. Ощущения сумасшедшие, скорость, рокот мотора, звучание колонок и прелестное желанной девушки, прижимающейся сзади. И все это вместе сносит мозги напрочь.

И домчались, мотоцикл на стоянку, сами ко мне. Мгновенно пролетели четыре этажа и несколько метров подъезда. Щелкнула входная дверь и все мы внутри и мы надежно спрятались от всех.

Я снова обнимаю ее, целую, прохожусь по телу руками, снова целую и вижу, плывет. Потом отстраняюсь и вспоминаю о сюрпризе, и мозги резко переключаются, а что времени достаточно на все хватит.

Я отхожу на шаг, окидываю ее взглядом, произношу на автомате:

— Раздевайся — и убегаю на кухню, ну сюрприз там.

Через пару минут возвращаюсь с миской и ведеркомв руках и вижу сюрреалистическую картину — посреди прихожей стоит моя Леночка в одном белье, одновременно пытаясь прикрыться руками и не выглядеть смешной. И пунцовая, вся пунцовая. Но такая красивая. Я улыбаюсь, ставлю всена столик в прихожей, подхожу к ней и говорю с улыбкой:

— Я имел в виду снять верхнюю одежду, но мне нравится ход твоих мыслей и ты такая красивая. Дай посмотрю, полюбуюсь — И отвожу ее руки, раскрывая всю перед собой —

И в глазах темнеет, в голове шум, в ногах слабость. Ну так понятно, от такой-то картины кровь моментально отлила от ненужных сейчас органов к нужным. Не хватает крови на всех. А красива, чертовски красива.

Волна волос падает на прелестные светлые плечи, белое белье на светлом теле почти не заметно и производит сногсшибательный эффект. Грудь задорно поднимает то, что еще не успели снять и ее очень хочется попробовать на вкус и ощупь.

Взгляд снова возвращается к лицу моей новой любви и я отмечая, а она на самом деле очень красива. Причем какой-то домашней и в то же время вызывающей красотой. Четко очерченные черты лица, слегка припухлые губы и немного задорный носик, все это очень даже не слабо заводит, и просит, нет просто требует внимания и ласки. И конечно получит, но не много позже, у меня на сегодня обширные планы.

И я вдруг снова обнимаю ее, целую. Потом говорю на ухо:

— Я просто хотел тебя сперва немного удивить, побаловать и накормить. Но так тоже можно и даже интересно.—

И подхватываю ее на руки, несу на кухню, сажаю на стул и говорю притворно строго:

— Сиди и ни куда не убегай, я сейчас вернусь—

И вновь мчусь в прихожую, подхватываю миску и ведерко, и обратно на кухню.

И наконец я раскрываю тайну своих метаний:

— А мы сегодня будем лакомится Черешней, самой крупной черной черешней, которую я только нашел на рынке. Не менее крупной и вкусной клубникой, с того же рынка. И черным, белым, и красным ХарТутом, опять же с рынка.—

И я открываю не маленькую такую миску, в которой насыпано вперемешку все вышеназванное. Красота.

Но, я продолжаю презентацию:

— А заедать все это великолепие мы будем настоящим пломбиром и запивать конечно же шампанским—

И демонстрирую ведерко пломбира и бутылку шампанского.

Она смотрит с улыбкой и ни чего не говорит, видно вспомнила про шампанское и детей, да я такой, я коварный.

И я наклоняюсь к ней, целую в губу. Потом отпускаю и беру бутылку шампанского со словами:

— А сейчас будет праздничный салют—

И с негромким хлопком открываю шампанское. Разливаю его по бокалам и моментальным движением приподымаю Леночку со стула, сажусь сам и пересаживаю ее к себе на колени. И понимаю — вот так мне нравится куда больше. Прелестное тело на коленях, прелестная головка в доступности губ и вообще все в доступности, хорошо то как.

И немедленно проверяю насколько доступно и насколько хорошо?

Поцелуи, руки гладят прелестное тело где им вздумается, а хозяйке того самого тела это очень даже нравится, эмоции не обманешь и организм тоже.

Но останавливаюсь и говорю:

— Ну вот, опять. Обещал накормить и получается, обманываю? Нет, на это я пойти не могу. Сейчас буду тебя кормить—

И начинаю исполнять обещанное:

— Вот съешь черешенку, а вот клубничка. А это попробую Тут, вкусно? И шампанским запивай, запивай. А мороженкой заедай, заедай. —

И произносится все это, кормя с рук, сидящую у меня на коленях мою прелестницу. А она уже почти обнаженная, собственно верхнюю часть мои хулиганские руки уже успели снять, аргументируя тем, что жалко, испачкает. Так что реально мало что надето. Ощущения не передаваемые — почти обнаженная красотка, сидя у меня на коленях, ест с моих рук клубнику, черешню, Тут и мороженное. И запивает все это шампанским.

И я вспоминаю стихи, тоже, еще из того мира и начинаю их читать:

______________________________________________________

Любви все возрасты покорны

И покоряет всех она

Хотя высказывания спорны

Кто тут сполна, а кто едва?

Любви хотят все сильно, сильно

Хотя и в этом есть вопрос

Бывает так, что все бессильно

И вот тогда, какой уж спрос?

Любовь, хорошая мечта

Кому нужна, кому не очень

Любовь сбывается всегда?

Всегда. всегда....не ясно впрочем

Любовь, такие вот дела

Тому далась, того забыла

Любовь, ведь женщина она

И говорят как это мило

И говорят - бороться надо

Потом, что в общем бесполезно

Что суждено, вот то судьба

А в целом, вовсе не известно