"Фантастика 2023-126". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Туманова Марина Львовна - Страница 995

Ирина уже в который раз пробежалась по строкам рапорта, затем заново прочла выделенные места в записной книжке, куда она занесла показания очевидцев недавней трагедии с певицей Эльвикой. Отмеченными были описания наряженного монстром убийцы.

К рапорту скрепкой была прикреплена копия документа о досрочном увольнении рядового Амербаева в запас по причине «психической травмы». А также справка из ташкентской психиатрической больницы о том, что смерть пациента Амербаева наступила в результате кровоизлияния в мозг.

Весь день Горин пролежал в ванне, оставив форточку в комнате открытой. Это вносило некоторые неудобства, но с ними, в частности, с уличным шумом, приходилось мириться. Обусловлен этот компромисс был тем, что с некоторых пор в уличном воздухе появился необычный запах. Чуткий нос Артема, уловив его однажды, с тех пор старался не прекращать вдыхать его. Это был невероятно притягательный, но очень слабый аромат, теряющийся в многообразии городских запахов. Тем не менее, Горин всегда умудрялся различать его. Какое же растение цвело в эту пору и так благоухало?

Вот и сегодня он впустил уличный воздух, содержащий в себе удивительный и желанный оттенок. Только вот где-то после десяти вечера покой Горина был омрачен оглушительной и безобразной музыкой, изрыгаемой из дома напротив. Фальшивые голоса с пафосом надрывались о вертолетах, бросающих тень на ущелья. о горящих БТРах, о цинковых гробах и не дождавшихся девчонках. Музыка била по ушам, тексты, далекие от реальности, заставляли морщиться. Артем, промучившись несколько часов, выбрался из воды и подошел к окну. Здоровенные колонки стояли в открытом настежь окне, рядом с которым на балконе стояло трое парней в спортивных костюмах. Они курили и пили пиво из бутылок.

Артем утопил кнопку звонка. Когда дверь распахнулась, из квартиры хлынула оглушительная песня про попавший в засаду десантный взвод, громкие голоса, пьяный женский смех, терпкий запах алкоголя, апельсинов и чего-то пережаренного. На пороге стоял покачивающийся парень в шортах и с голым торсом.

— Ты к кому, земляк? — заплетающимся голосом спросил он и отхлебнул пиво из бутылки.

— Я жилец из дома напротив! — Горин старался говорить громко, чтобы перекричать шум.

— И че?

— Ваша музыка мне мешает. Не могли бы вы убавить громкость? — вежливо попросил Артем.

— Диман, ну ты где? — к дверям подошел крепко сложенный парень в спортивных штанах и тельняшке.

Он выглядел чуть трезвее своего друга.

— Вот этому «духу» наша музыка не покатила, — парень в шортах махнул бутылкой в сторону Артема.

— Этому? — бесцеремонно ткнул пальцем Горину в плечо парень в тельняшке.

— Против музыки я ничего не имею, — попытался объяснить Артем. — Я просто прощу уменьшить громкость до разумных пределов…

— А вот это, бля, видел? — парень в тельняшке сунул Горину под самый нос здоровенный кулак со свежевыколотым на нем изображением якоря. — Сегодня я дембель праздную и ты, сучок, будешь слушать эту музыку вместе со мной. Я за вас, хорьков сухопутных, два года в морской пехоте здоровье гробил, так что один день ты, сука, потерпишь!

К двери подтянулись другие обитатели квартиры. Они пили пиво и ухмылялись, наблюдая, как их отслуживший дружбан учит жизни какого-то гражданского недоумка.

— Сам-то раньше служил или под мамкиной юбкой от военкомата пропрятался? — эта острота дембеля вызвала всеобщий пьяный гогот.

— Мать свою я не помню, — спокойно ответил Горин. — Но помню одного приятеля, отслужившего три года боевым пловцом, — он сделал ударение на цифре «три». — Так вот, этот мой приятель искренне не понимал: как можно всю службу красить заборы и месить цемент, а потом с чистой совестью носить тельняшку. Он и по сей день к морским пехотинцам неравнодушен: как поймает такого, так сразу ему «сливу» к носу привешивает…

Договорить не дал помеченный «якорем» кулак парня, врезавшийся Артему в зубы.

— Мы этих боевых пловцов как щенков топили! — рявкнул дембель, озираясь на своих дружков. — А тебе, падла, если сейчас не сдернешь отсюда, я ноги из жопы вырву! — он замахнулся на Горина еще раз.

— Ну, хорошо, — Артем, к удивлению присутствующих, никак не отреагировал на полученную только что оплеуху. — Тогда поставьте нормальную музыку, а не тот бред, что сейчас играет, — с этими словами он вынул кассету с записями Эльвики и передал парню в тельняшке.

Ее тут же выхватил тот, что был в шортах.

— По-твоему, это музыка? — он потряс кассетой в воздухе. — Да пацаны про жизнь поют, про то, как умирают, чтобы вот такие шлюшки могли здесь на гражданке ноги раздвигать перед козлами вроде тебя! — он швырнул кассету на пол и растоптал ее ногой.

— Зря ты так, — покачал головой Артем. — У этой девочки тоже были свои принципы, и она погибла из-за них. Ну, ничего, у меня дома еще есть ее кассеты, я сейчас принесу… — Он развернулся и начал спускаться по лестнице.

— Учти, мужик! — парень в шортах выскочил на лестничную площадку. — Если ты вернешься, я растопчу и кассету, и твою тупую башку!

— Не, в натуре, земляк! — дембель перегнулся через перила. — Пацаны не шутят, я тебя здесь в следующий раз похороню! — Он был близок к истерике.

— В армии у тебя расшатались нервы, — отозвался снизу Артем. — Иди лучше надень свой черный берет, я скоро вернусь.

Несколько человек заводили вырывающегося парня в тельняшке в квартиру.

— Да не обращай ты внимания на всяких червей, — успокаивали его. — Он побежал штаны сушить. Пойдем лучше водочки хряпнем, там девчонки уже заскучали…

— Да шалавы они все! — разошелся морпех. — Я два года соль глотал… — Его возбужденный голос исчез за дверью квартиры.

Артем вернулся к себе домой, подождал немного, надеясь, что музыка в соседнем доме все-таки затихнет, но этого не произошло. Тогда он взял с полки еще одну кассету «Теряю голову» и направился обратно — туда, где доблестный морской пехотинец, перекрасивший за два года несколько километров заборов и перемешавший десятки тонн цемента, праздновал свое возвращение со службы.

Горин утопил кнопку звонка.

— Диман, тащи этого говнюка сюда! — раздался откуда-то издали голос морского пехотинца, смешавшийся с пьяным женским хохотом.

Дверь открыл парень в шортах.

— Напрасно ты вернулся, земляк, — он уставился на стоящего у распределительного щитка Артема осоловелыми глазами. — Будем тебя сейчас учить…

Горин ухмыльнулся и щелкнул рубильником. Квартира погрузилась во мрак, а вместе с ним пришла долгожданная тишина. Он шагнул вперед, нанес парню сильный удар ногой под коленную чашечку, выхватил у него из руки бутылку пива и разбил ее о его голову. После этого закрыл за собой дверь и провернул замок.

— Диман, что там за херня? — в квартире засуетились и забегали, сшибая в темноте посуду и мебель.

— Это я вернулся, — спокойно ответил Артем. — Нормальную музыку вам принес.

Ответом ему был град матерков и угроз.

— Я этого гандона на куски буду рвать! — орала «морская пехота».

— Включите же, блядь, свет! — раздавался хриплый женский голос.

— Сама ты блядь! — вторил ей «морская пехота».

Как же он утомил Артема своими возгласами!

Горин медленно брел туда, откуда раздавались голоса, попутно нокаутируя парней в спортивных костюмах, тыкающихся в стены, словно слепые щенки. Ему, в отличие от них, не нужен был свет, чтобы чувствовать себя комфортно. Он наносил им профессиональные удары, давным-давно отработанные до автоматизма — военная служба Горина не подразумевала покрасочных и смесительных работ.

Уложив отдыхать еще несколько человек, Артем вошел в комнату, где голосил парень в тельняшке.

— Вспышка слева! — рявкнул Горин и провел правый хук в челюсть морпеха.

Тот попятился назад и рухнул на столик, заставленный бутылками и одноразовыми стаканчиками. Женщины, сидевшие здесь же, взвизгнули. Артем подошел к парню, наклонился, зажал кончик его носа между своими согнутыми указательным и средним пальцами, затем сильно сжал их, превратив на несколько недель нос морского пехотинца в переспевшую сливу.