"Фантастика 2023-126". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Туманова Марина Львовна - Страница 712

Именно по этой причине новый визит Хранителя сперва получил согласование на высшем уровне. Несмотря ни на что, Кремль и все министерства продолжали свою работу. Хотя свободного перемещения в сердце страны больше не было — наши роботы вытеснили придворных. Территорию патрулировали неусыпные «Стражи», поддерживаемые мобильными блокираторами. Под контролем опричников в Кремль завозили рабочих и стройматериалы — Игорь Михайлович решил приступить к усилению защиты немедленно, и его желание исполняли со всем рвением.

Так что с момента моего звонка прошли сутки, прежде чем монах оказался на моем пороге. С официальным визитом.

Мы разместились в малой гостиной на первом этаже особняка. Прислуга расставила тарелки с разнообразными закусками, приготовила и вино, и чай с кофе. А закончив приготовления, мои подданные оставили нас наедине.

Василий устроился в мягком кресле и, орудуя щипцами, наполнил свою чашку сахаром едва ли не до половины. Только после этого плеснул себе чая. Похоже, мастер телепортации знатный любитель сладкого. Или же его способности требуют огромного количества калорий, что больше похоже на правду.

— Итак, Дмитрий, — заговорил он, когда закончил размешивать сахар и отложил чайную ложку на блюдце. — Предлагаю начать с самого главного. Если ты, конечно, не возражаешь?

Приподняв седую бровь, он посмотрел на меня своими бесцветными глазами, ожидая реакции. Я уже замечал такой его взгляд — изучающий, чуть насмешливый. Так не смотрят на равного, только на более молодого и менее опытного. Судя по этому взгляду, монах не воспринимал меня всерьез.

— Да, так будет лучше, — подтвердил я, держа в руках чашку кофе.

Хранитель полез за пазуху и вытащил наружу небольшой медальон. Несмотря на то, что предмет выглядел как самое обыкновенное украшение, я без труда понял, что передо мной не просто артефакт, от которого расходились едва уловимая волна магии.

Главным была техническая начинка устройства. До боли знакомый почерк — такое ощущение возникает, когда ты видишь работы одного и того же художника. В моем случае передо мной была разработка Лю Хуаня. Успешно маскирующаяся под красивый, но все же всего лишь медальон.

Пожалуй, первое действительно вещественное доказательство вмешательства моих бывших коллег в историю этого мира. Медальон я мог потрогать, разобрать и воссоздать при некоторых условиях. А вот магическая система с надстройкой Хранителей — пока что вне моей досягаемости, и повлиять на нее я не могу.

Что ж, значит, на этой Земле присутствуют предметы из моего мира. Или созданные сразу в этой вселенной по воле сингуляров, забросивших меня сюда. Полезная информация, уже только ради этого следовало согласиться на встречу.

Примечательно, что пока Хранитель не продемонстрировал мне свой медальон, устройство не обнаруживалось ни одним датчиком, установленным в моем особняке. И ведь Василий с ним явно и в прошлый раз приезжал.

— Я расскажу тебе маленькую историю, — произнес Василий, не снимая артефакта со своей шеи. — Когда первые Хранители получили информацию о грядущем появлении сингуляра, они также обрели подобные предметы.

Взвесив медальон в руке, монах сделал глоток чая и продолжил речь.

— У каждого Хранителя это была вещь, которую он имел при себе в момент, когда его настигло видение, — пояснил старик. — В моем случае — этот медальон. У кого-то это было кольцо, у кого-то браслет.

Я кивнул, перестав рассматривать артефакт. И уже начал догадываться, что мне сейчас поведает монах.

В момент, пока будущие избранные спасители мира смотрели яркие сны с посланием сингуляров, их предметы были не изменены, а уничтожены и заменены техническими артефактами из другого мира. Не такая уж и сложная процедура, особенно если хозяева настоящих вещей погружены в искусственный сон.

— Безделушки перестали быть простыми украшениями, — продолжил Василий, подтверждая мою теорию. — Обладатель предмета после окончания видения получал возможность пользоваться способностями за пределами человеческих. При этом сами по себе эти артефакты не дают никакой магии своему владельцу. Если, к примеру, ты наденешь мой медальон, ты не сможешь создавать пространственные искажения, благодаря которым я могу оказаться в любой точке планеты. Но сами артефакты, назовем это так, настраивают организм своего владельца на доступ к магии Хранителей. Не сразу, и только после объявления преемника.

— То есть количество подданных на силу способностей не влияет, — уточнил я.

Василий улыбнулся.

— Не совсем, — ответил он, чуть покачав головой. — Влияет все население Земли. Я полагаю, ты достаточно глубоко погрузился в изучение магической системы нашей планеты. И уже пришел к выводу, что ее источником являются сами люди. Скажем для простоты, человек генерирует особое поле, на котором работают наши способности. Так что у наших предшественников была некоторая заинтересованность в том, чтобы остановить кровопролитие, ежедневно уносящее жизни тысяч людей.

Сделав паузу, чтобы снова глотнуть чая, монах продолжил:

— Вечной жизни не существует, и Хранители поступили так, как было сказано в видении, — продолжил мой собеседник. — Избранные для нового поколения Хранители прошли сложный отбор. А когда получили артефакты от первых избранных, они вместе с тем переняли и облик Основателей. Благодаря этому на протяжении долгих поколений считалось, что ключники — бессмертны.

Василий снял с головы шнурок, на котором висел медальон, и его лицо тут же изменилось. Без дешевых спецэффектов и магических всплесков передо мной появился действительно очень старый мужчина.

Совершенно лысый, со сморщенным от возраста лицом, больше подходящим какому-нибудь очень старому викингу, чем жителю средиземноморского бассейна. Единственное, что осталось прежним — выцветшие глаза. Настоящему монаху Василию навскидку было под девяносто лет, и, учитывая этот возраст, он еще неплохо владел своим телом. Но это как раз объяснимо — магия укрепляла его организм. Хотя и у нее есть свои пределы.

Надев обратно нитку с медальоном, он вновь обрел внешность древнего грека.

— Этим можно как-то управлять? — уточнил я, ничуть не удивленный возможностями артефакта. — Будет крайне затруднительно работать Хранителем, если я стану выглядеть иначе. Ведь, насколько я понял, наибольшую ценность для вас я представляю именно как Дмитрий Алексеевич Романов. Если же я превращусь в кого-то другого, у меня не останется ни связей с окружающими, ни доступа к представителям власти.

Василий улыбнулся.

— Управление сменой облика не предусмотрено, — произнес он. — Но как раз об этом тебе беспокоиться и не стоит, Дмитрий. Никто не заставит тебя носить артефакт постоянно. Никто из Хранителей этого не делает, кроме меня. Но я уже стар, и мне можно простить некую эксцентричность.

В это заявление я не поверил. Наверняка за любовью Василия к облику Основателя скрывается некая причина. Возможно, он прячет от окружающих свое истинное лицо, чтобы его не смогли найти недоброжелатели. Хотя к его годам, конечно, большинство вероятных врагов уже обычно мертво от старости.

— Но пока что это вопрос, который мы затронем позднее, — произнес монах. — Как ты наверняка уже догадался, чтобы новый Хранитель получил свои способности, его предшественник должен сложить с себя полномочия.

Я кивнул.

— До этого момента мы еще дойдем. Пока что тебе предстоит встреча со всеми Хранителями, — объявил Василий. — Предупреждаю тебя сразу, чтобы ты не питал иллюзий: не все Хранители настроены к тебе благожелательно. Ко всему прочему, твои успехи на поприще новых технологий могут быть интерпретированы, как доказательства против тебя.

— Вот как? Подозреваете, что я и есть тот самый сингуляр, которого вы должны остановить? — усмехнулся я, разводя ладони. — Тогда у нас проблема, Василий. Я не могу доказать, что я не гость из космоса. В то время как вы, обладая какими-то секретными техниками опознания пришельца, можете утверждать что угодно. И обвинять кого угодно. Видишь ли, у меня есть некоторые проблемы с доверием. И Людвиг может рассказать, почему я вынужден относиться к твоим словам с некоторой долей скепсиса.