"Фантастика 2023-126". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Туманова Марина Львовна - Страница 202

Великая княжна отошла к камину и, открыв один из ящичков, вытащила зеркало. Посмотревшись в него несколько секунд, она повернулась ко мне. Мое колье прекрасно подходило к ее серьгам, а длина цепочки позволяла украшению оставаться на виду с расстегнутыми пуговицами.

— Это замечательный подарок, — произнесла Анна Михайловна. — Благодарю, Дмитрий Алексеевич.

Я склонил голову, как того требовал момент. Двери в комнату тут же распахнулись, и я краем глаза заметил Ивана Михайловича. Соколов выбрал идеальное время появления.

— Дмитрий Алексеевич! — улыбаясь, великий княжич двинулся ко мне. — Рад приветствовать вас в нашем доме.

— Для меня честь быть вашим гостем, Иван Михайлович, — ответил я, сжимая протянутую для рукопожатия ладонь.

Он бросил взгляд на сестру.

— Я вижу, Анна вам пришлась по душе, — заметил Соколов, — и скрасила время ожидания. Что же, рад, что вы друг другу понравились.

Несмотря на его слова, сказано это было в шутку, так что я улыбнулся и, получив от великого княжича предложение занять кресла, вернулся на место. Соколовы заняли места рядом со мной так, чтобы Иван Михайлович оказался напротив, а его сестра сидела между нами.

Я дождался, когда великий княжич первым возьмет чашку чая, и только после этого потянулся за своим кофе. Судя по аромату, какой сорт я предпочитаю, здесь прекрасно помнят.

— Я знаю, что у вас не так много свободного времени, Дмитрий Алексеевич, — заявил Иван Михайлович. — А потому предлагаю сразу перейти к вопросу, ради которого я вас позвал.

Я кивнул, не выпуская чашку из рук. Напиток был сварен превосходно, и, честно признаться, он сейчас интересовал меня больше, чем хозяева особняка.

— Не возражаю, — ответил я.

— Погоди, брат, — остановила уже открывшего было рот великого княжича Анна Михайловна. — Давай ты лучше доверишь этот разговор мне? Я все же лучше разбираюсь в благотворительных вечерах.

Соколов закатил глаза и вздохнул, изображая усталость от действий сестры. Их столь вольное поведение, разумеется, несло в себе знак, что мне доверяют, пускают в ближний круг и готовы разговаривать открыто.

— Хорошо, — кивнул Иван Михайлович. — Если что, то я дополню.

Я молча ждал продолжения, не обращая внимания на устроенный Соколовыми спектакль. Может быть, будь мне на самом деле восемнадцать лет, я бы сейчас визжал от восторга — сами Рюриковичи позвали и так открыто говорят со мной, впуская в свой круг. Но мне не восемнадцать лет.

— Итак, Дмитрий Алексеевич, — заговорила Анна Михайловна, — во-первых, я вам искренне благодарна за то, что вы отговорили моего брата от устроения аукциона. Это было бы отвратительно. Во-вторых, я бы хотела узнать, что вы думаете о вариантах, которые я подготовила для вашего клуба.

Улыбнувшись, глядя на девушку, я склонил голову.

— Весь внимание, Анна Михайловна.

— Для начала я бы организовала бал, — произнесла она. — Это устоявшаяся практика для любой организации, и таким образом ваш клуб покажет приверженность традициям. Естественно, для гостей будет возможность сделать пожертвование в фонд.

Я кивнул, показывая, что не имею ничего против.

— А уже после него я бы устроила аукцион. Но, разумеется, не за право поужинать с героем, а за материальные ценности. Обеспечить лоты берется наша семья, и никто из членов клуба таким образом не будет ущемлен. Единственное, что я бы попросила сделать — поставить символическую сумму первыми. Что скажете, Дмитрий Алексеевич?

— Это более разумно, — ответил я. — Как понимаю, средства от ставок пойдут на обеспечение гуманитарной помощи пострадавшим. И великие князья Выборгские произведут закупку всего необходимого для царских людей.

Соколов нахмурился, однако промолчал. А вот Анна Михайловна, наоборот, улыбнулась.

— Разумеется, мы все возьмем на себя, — заверила она. — Это достойное дело, и кому как не нам выступать организаторами. Помимо непосредственно суммы с аукциона наш род добавит столько же, сколько удастся собрать с лотов. Все пойдет в фонд вашего клуба, отчетность будет открыта всем желающим на странице фонда.

Очень хороший ход. Слава Соколовых будет расти. Хоть клуб формально и не принадлежит им, но таким жестом они покажут, кто здесь самый благородный.

— Это хорошая идея, — кивнул я. — В таком случае Романовы выделят равную вашему вкладу сумму.

Девушка улыбнулась чуть шире.

— Дмитрий Алексеевич, разумеется, мы не станем отказываться.

И Романовым будет полезно. Слава меценатов и нам пригодится.

— Похоже, я здесь уже не нужен, — наигранно вздохнул Иван Михайлович. — Может быть, выслушаете и мое предложение?

Я обернулся к великому княжичу.

— Разумеется.

— Я предлагаю провести блицтурнир, — заявил он.

— Нет, — хором возразили мы с Анной Михайловной, и девушка тут же рассмеялась.

— Прости, братец, — не прекращая посмеиваться, сказала она, — но давай мы отложим пока что твои идеи. Они не плохие, но совершенно не подходят под планируемое мероприятие.

Иван Михайлович изобразил расстройство, но меня это не обмануло.

— К тому же следует учитывать время, — произнес я. — Благотворительный вечер должен быть не слишком длинным, а бал и так растянется на пару часов.

Соколова обернулась ко мне и вздохнула.

— Дмитрий Алексеевич, вы не представляете, как я рада найти в вашем лице такого понимающего сторонника. Брат порой излишне перегибает, а вы очень разумный молодой человек.

— Благодарю, Анна Михайловна, — кивнул я. — Я тоже рад встретить такую разумную девушку. Надеюсь, в дальнейшем наше общение доставит нам такое же удовольствие, как и эта беседа, — закончил мысль я.

— Это взаимно, — впервые улыбаясь по-настоящему искренне за сегодня, согласилась Анна Михайловна.

И эта улыбка ей очень шла.

Глава 20

Михаил II сдержал свое слово. Уже наутро к особняку в Бутово подъехали пять грузовых фур с оборудованием, которое я заказал через царицу. Стоя у ворот, я принимал документы у сотрудника ЦСБ.

Стоило машине пересечь ворота, мы вместе с капитаном ставили отметки в журнал. Слуги Романовых открывали двери и вытаскивали оборудование. Кристина сверяла данные с серийными номерами на коробках, а люди рода перетаскивали их в подвал, где матушка и сестра с братом просидели во время московских столкновений с мятежниками.

Процесс шел не слишком быстро, но никто меня не торопил. Капитан, похоже, тоже спешить и не думал. Фуры продолжали прибывать, и, на мой взгляд, мы уже разгрузили как минимум половину, когда к особняку Романовых подъехал внедорожник с гербом князя Уральского.

Припарковавшись на другой стороне улицы, водитель покинул автомобиль и, держа в руках бумажный пакет документов, быстро приблизился к нам. Капитан ЦСБ нахмурился, рядом с ним возникла пара коллег с автоматами. Однако дедовский посланник даже не повел в их сторону бровью.

— Дмитрий Алексеевич, здравствуйте! — заговорил он, чуть склоняя голову. — У меня пакет для вас, велено передать лично в руки.

Я кивнул, принимая посылку. Печать князя Демидова, вытопленная в сургуче, выделялась на бумаге, как пятно крови. Человек Руслана Александровича снова поклонился и тут же направился обратно к машине, то есть ответа не предусматривалось.

— Прошу прощения, — улыбнулся я капитану, покачивая пакетом. — Мне нужно взглянуть.

— Разумеется, Дмитрий Алексеевич, — кивнул тот, потянувшись во внутренний карман. — Я пока, с вашего разрешения, отойду.

Технически он стоял за пределами нашей территории, и спрашивать разрешения был не обязан. Но все равно отошел метров на десять от ворот, прежде чем закурить.

А я отошел за забор и сломал печать. Сургуч посыпался на землю, и я вытянул наружу завязанный мешочек, в котором нашлась флешка с установленной на ней цифровой подписью. К носителю прилагалась записка.

«Удаленный доступ к лаборатории. Пользуйся»

Размашистая подпись на клочке бумаги принадлежала деду. Убрав флешку в карман, я вручил вскрытый конверт подошедшему слуге и вернулся к воротам. Капитан все еще курил в стороне, но при виде меня поспешно затушил окурок о подошву ботинка и направился ко мне.