"Фантастика 2023-126". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Туманова Марина Львовна - Страница 148

— Прости, Дима, это действительно сбивает с толку, — кивнув, согласился князь. — Но, несмотря ни на что, я очень тобой горжусь, сын. И готов поддержать всем, чем смогу. Что бы ты ни выбрал, я всегда буду на твоей стороне. И надеюсь, ты об этом знаешь.

Я улыбнулся в ответ, видя, как непривычно отцу говорить эти слова. Алексей Александрович вообще не слишком хорошо справлялся там, где речь шла о чувствах. Как любого нормального мужчину, его такие разговоры вводили в смятение. Как глава рода он прекрасно знает свои обязанности и справляется с ними, но как отец просто не умеет высказывать свои эмоции.

Может быть, именно поэтому они с Ириной Руслановной стали такой крепкой парой — противоположности притягиваются.

— На то мы и семья, папа.

Он усмехнулся и потрепал меня по голове.

— Ну, пойдем, а то здесь дышать уже тяжело, — сдавленным голосом заявил он, после чего потянулся к ручке на двери.

— Идем, — согласился я в ответ и открыл свою дверь.

Утро субботы началось для меня с прекрасной компании. Кристина, ночевавшая в моей постели, сегодня проснулась вместе со мной, так что из покоев я вышел абсолютно удовлетворенный жизнью. Войдя в столовую, я поприветствовал семью и, быстро уничтожив то, что подавали на завтрак, уже собирался вставать из-за стола.

— На этой неделе должна была быть заключена помолвка Ефремовых, — напомнила матушка, и я замер на месте, опираясь руками на подлокотники.

— Она отложена, — вставил отец, вытирая рот салфеткой. — Я общался с Амурским князем, возникла заминка, — пояснил он, поворачиваясь к княгине. — Мы есть в списке гостей, и нам сразу же пришлют официальное приглашение.

— Что-то случилось? — уточнила матушка, бросая взгляд в мою сторону. — Дмитрий, ты знал?

Я покачал головой в ответ.

— Со мной никто не делился.

— Это дела императорского рода Поднебесной, — вставил князь. — Константин Евгеньевич особых подробностей, конечно, не рассказывал, но я так понимаю, дело в совместном научном проекте. Кто-то в Китае организовал протесты против свадьбы с русскими княжичами. Это, естественно, неофициально, но деньги на веселье были получены из рук нескольких местных компаний. Конкуренцию никто не любит, а здесь такой щелчок по носу.

— Все верно, — согласился я. — Не только царь с императором умеют прибыль считать. Наша доля, даже если нам удастся отхватить всего процент, будет такова, что за год принесет примерно квартальный доход «Руснефти».

— «Заря» строится, — заметил Сергей. — И будет в срок. Но будет ли готов проект, если вокруг него такой скандал, что даже помолвку решили отложить, опасаясь нагнетания обстановки?

Я улыбнулся.

— Не переживай, брат, у меня и без русско-китайского полимера найдется, чем нагрузить мощности всей «Зари», а не только отдельного корпуса.

Я поднялся из-за стола.

— Кстати, об этом — меня ждет моя лаборатория. Всем приятного дня, возможно, сегодня останусь в ЦГУ, если все будет хорошо.

— Княжич Романов спит на диване в коморке уборщика, — фыркнула матушка. — Алексей, может быть, ты бы поговорил с сестрицей, да они обеспечили нашему сыну подобающие условия?

Я усмехнулся.

— И как ты себе это представляешь? — спросил я. — Нет, матушка, я не хочу подобного. Не маленький уже, справлюсь как-нибудь. Да и потом, там удобные диваны.

Княгиня шутливо поморщилась.

— Иди уже, Дима, видно же, что тебе не терпится!

— Все, ушел, — посмеиваясь в ответ, я покинул столовую.

Сев в машину, я кивнул Витале, и пока Слуга вел внедорожник по утренней Москве, я листал телефон, оставляя заметки для Кристины. Обкатка «Оракула» шла своим ходом, помощница исправно вносила изменения, которые я указывал, а КИСТ исходил пеной от злости в переписке с ней.

Все-таки тяжело работать с гениями — работающие над системой в Казанском Институте, кажется, уже кошмары видели с Кристиной в роли мучителя. Во всяком случае за теми ответами, что они присылали, мне чудились злость и ненависть. Похоже, они всерьез считают, что мы не понимаем, насколько их продукт еще сырой.

В лаборатории мне встретился только охранник. Даже русско-китайская секция пустовала. Впрочем, на фоне беспорядков в Поднебесной — неудивительно. Пока император не прижмет митингующих к ногтю, накалять обстановку ему не с руки.

Я вновь забыл о еде, погрузившись в работу, но по итогу мог на самом деле гордиться собой. Такими темпами мне действительно оставалось около недели до полного завершения интерфейса.

Но оставаться на ночь я не стал, а как только сел в машину, и Виталя завел двигатель, телефон в кармане завибрировал.

— Княжич Романов слушает, — произнес я.

— Дмитрий Алексеевич, — услышал я в ответ знакомый голос. — Вас беспокоит Волков.

— Здравствуйте, Святослав Святославович, — вежливо сказал я, давая Витале знак не останавливаться. — Рад вас слышать, надеюсь, с вами все в порядке?

— Благодарю, княжич, — ответил тот. — Но вы сказали, что приглашаете нас в гости в особняк, и сказали позвонить, когда мы сможем определиться с датой.

— Конечно, когда мне ожидать ваш визит? — уточнил я.

— К сожалению, меня не будет до конца следующей недели — дела рода требуют присутствия в другом месте, — произнес он слегка извиняющимся тоном. — Как вы смотрите на то, чтобы это мы пригласили вас к себе?

Лететь на Урал, чтобы получить еще одну задержку, мне не хотелось. Да, дед обещал мне свои лаборатории и даже оформил все бумаги. Однако прямо сейчас мчаться туда я не планировал.

— Пока, к сожалению, это невозможно, Святослав Святославович, — ответил я, стараясь, чтобы не прозвучало грубо. — У меня тоже возникли дела, не терпящие отлагательств. Так что придется встречу отложить.

— Что ж, благодарю за ответ, Дмитрий Алексеевич, — сказал он. — Тогда предлагаю созвониться через неделю.

— Договорились.

— До свидания, княжич, — ответил тот и повесил трубку.

Что ж, иногда случается и так. Уверен, после нападения Волковы еще дважды подумают, прежде чем покидать родной Урал, слишком опасно. Несмотря ни на какие заверения Ворошилова, я не верю, что информация об участниках Горной Резни была продана всего раз.

Поэтому пока что лаборатории Урала останутся без моего присутствия. Там и без княжича Романова прекрасно осознают, чем им заниматься и что разрабатывать. Жили же они как-то без моего мудрого руководства все это время, вот и сейчас проживут несколько месяцев.

Но слетать туда определенно придется — где-нибудь в районе Нового года, наверное, раньше вряд ли получится вырваться из столицы. Да и свои проекты вручать в чужие руки я все же не собираюсь. Шпионажа никто не отменял.

Мысли перескочили на другую тему.

Итак, государю нужен проект, который позволит моей группе выйти на международную арену. И, кажется, я знаю, что это будет за проект.

В самом деле, не раскрывать же врагам мои разработки? Интерфейс, искусственный интеллект — любая кроха информации, попавшая на выставку, обязательно будет украдена, обработана и приведет к копированию технологии и рывку вражеских возможностей.

Но у Виктории уже есть готовая теория, которую с помощью лаборатории ЦГУ можно относительно просто реализовать, главное — подойти к делу с умом. Я и так подталкивал ее к нужному выводу, стараясь делать это ненавязчиво и аккуратно. Да и сама одногруппница не сидела сложа руки, а упорно работала ради доступа в лабораторию — и, нужно признать, посвящала этому больше времени, чем я.

Раскрутить проект искусственной плазмы, которая будет подходить абсолютно каждому на Земле — чем не заявка на победу в международном конкурсе. Мне сложно сразу же придумать, какое еще техническое решение может настолько радикально изменить жизнь на планете.

Остается только решить, чем могут помочь остальные, а для этого стоит поскрести, кто чем занимается в свое свободное время.

И если евгенику Авдеева я еще кое-как могу приплюсовать к делу, то косметику Салтыковых уже сложно.