"Фантастика 2023-126". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Туманова Марина Львовна - Страница 1406

Когда стрелки на часах отсчитали пятнадцать минут, Элли услышала из коридора цокот туфель. Девочка покрылась холодным потом. Нет! Этого не может быть! Не может быть!

Fiel расправил плечи, кашлянул и открыл дверь.

Легким, быстрым шагом, словно паря над полом, в раздевалку вошла она. Лицо спрятано под черной вуалью, свет потолочных ламп играл на черном шелке. Элли снова подумала, насколько же молода дона Флореста! Наверное, ей столько же лет, сколько Марии-Луизе.

Пролетев через всю комнату, Сеньора остановилась у стола, положила на него сложенный вчетверо лист бумаги, после чего изящно опустилась на стул. Незаметно в комнату вошел второй телохранитель и закрыл дверь. Маленькая девочка с куклой оказалась в центре внимания.

— Не бойся, — сказала дона Флореста. — Все закончится быстро.

Она подняла вуаль. То, что открылось под ней, поразило Элли до глубины души.

Дона Флореста оказалась старухой. На лбу, на шее, в уголках губ, покрытых яркой помадой, на щеках, под глазами, на подбородке — везде были сетки морщин. Особенно девочка отметила напряженную стрелку над переносицей. Когда-то голубые глаза потеряли цвет и стали блеклыми. Это лицо находилось ближе к смерти, чем к жизни. Иллюзию молодости создавали только волосы, гладкая кожа на руках и грация богини. Но сама дона Флореста прожила столько лет, что вряд ли кто-то из ныне живущих был свидетелем ее рождения.

Краешком разума Элли вдруг поняла, что в женщине, устроившейся перед ней на единственном стуле, собраны все ее страхи перед незнакомцами. В доне Флоресте было все, чего девочка боялась во взрослых. Она отругает ее, она будет в гневе, она схватит, она разберет на органы!

Элли подавилась ужасом.

— У меня очень много дел и мало времени, — произнесла дона Флореста. — Но с тобой я готова поговорить.

Она выдержала паузу, ожидая, что Элли, может быть, задаст вопрос, но девочка, по своему обыкновению, не могла выдавить из себя ни слова.

— Я знаю о тебе все, Элеонора Кортес. Знала еще в тот момент, когда увидела тебя на подъездной дорожке своей виллы. Я знаю твою мачеху Марию-Луизу, которая продала тебя за вшивые двадцать тысяч реалов и заявила в полицию о твоей пропаже. Думаешь, ты простая девочка с хвостиком? Ошибаешься. Ты очень важная девочка.

Элли не понимала ни слова из того, о чем говорила Сеньора.

— Поверь, это так, — качнула головой дона Флореста. — Поэтому на улицах поднялась такая суматоха, когда ты сбежала. Полгорода за тобой гоняется. Дело в том, что ты позарез понадобилась одному обеспеченному гангстеру. Я говорю о Лусио.

Она достала из сумочки маленькую баночку, отвинтила крышку и стала втирать в запястье белый крем.

— Понимаешь, Лусио мечтает заполучить тебя, чтобы избавиться от психологического комплекса, который его угнетает. Он надеется совершить ритуальное убийство и обрести особую силу. Не знаю, насколько это ему поможет. По-моему, Лусио просто суеверный идиот. Но речь не о нем. Речь о тебе, Элли.

Дона Флореста закрутила крышку. Внимательно поглядела на девочку.

— Когда ты пришла сюда, я действительно собиралась тебе помочь. Если бы ты выполнила последнее задание, если бы стащила нужную мне бумажку из кабинета одного высокопоставленного доктора, я бы отпустила тебя и помогла вернуться в Барбасену. Но ты попыталась бежать и залезла и подземелья, где увидела то, что тебе не положено видеть. Выбора у меня не осталось. Я не могу рисковать. Под виллой спрятана одна из операционных, не самая большая, но и этого хватит, чтобы отправить меня в Бангу-1 до конца моих дней. А я не хочу в тюрьму на старости лет… И потом, ты не выполнила последнее задание. Это значит, что согласно нашему договору я получаю тебя в свое полное распоряжение. Знаешь, на твоих органах можно прилично заработать, одно только сердце на черном рынке стоит до полумиллиона долларов. Глупо отказываться от таких денег.

Взглядом дона Флореста велела приблизиться. На неслушающихся ногах Элли подошла к ней ни жива ни мертва.

— В общем, Элли, прости, — сказала женщина, — но я должна забрать твое сердце.

Словно услышав эти слова, сердце в груди девочки трепетно забилось. Этого не случится, уверяла себя Элли. Не случится! Прежде придет ангел-хранитель й спасет ее. Он не допустит, чтобы произошло такое…

Дона Флореста прочла состояние девочки по ее лицу.

— Если разобраться, — спокойно произнесла она, — то для тебя это не так уж плохо. Во время операции ты ничего не почувствуешь. Мы сделаем наркоз, а затем аккуратно извлечем органы: почки, селезенку, печень… ну и, конечно, сердце. Самое главное — сердце. После этого увеличим наркоз до смертельной дозы, и ты увидишь коридор, который ведет в большой светлый мир — гораздо лучший, чем трущобы, в которых ты родилась. Поверь мне, девочка из Барбасены, там… — она указала наверх, — у тебя больше шансов на жизнь, чем здесь.

С каждым словом Элли съеживалась. Каждое слово наполняло ужасом. Горячие слезы катились по лицу. Внутренние органы дрожали, словно стайка напуганных зверей. Будто почувствовали, что их скоро выпустят на свободу.

— Вот, собственно, и все, о чем я хотела сказать. Сейчас тебя подготовят к операции. Хирурги и трансплантологи скоро прибудут. — Она задумчиво уставилась на листок, лежащий на столе. — Ах да, еще одно…

Дона Флореста развернула листок и показала девочке. Элли изумленно уставилась на ровный текст на португальском, который в конце превращался в рваные строки тарабарского языка.

— Случайно не знаешь, откуда это взялось?

Она сделала паузу, давая Элли возможность ответить. Без результата.

— Я сочиняла письмо, когда почувствовала шевеление в голове, а моя рука вдруг начала выводить незнакомые буквы. Очень необычно, согласись?.. Мне перевели текст, оказалось, это русский язык. Знаешь, что здесь написано?

Элли молча глядела на строки.

— Здесь написано, — продолжала дона Флореста, — что некий доктор Ильин из Санкт-Петербурга, это такой город в России, беспокоится о тебе, переживает за тебя и хочет тебе помочь. Переводчик сказал, что стиль похож на обрывки чьих-то мыслей, и я с ним согласна. Мне кажется, что я даже почувствовала эти мысли в своей голове.

Дона Флореста отложила листок.

— Мой fiel передал твои слова, произнесенные в камере. Ты сказала ему, что тебя освободит бог… Ты правда так считаешь? — Она указала на письмо. — Полагаешь, он — бог?

Элли была уверена, что это он. Только он умел вытворять такие веши. Но почему…

— Вынуждена тебя разочаровать, деточка, — сказала дона Флореста. — Никто тебя не освободит. Скорее всего, он не бог, а обыкновенный человек.

Она взмахнула ладонью. Откликнувшись на жест, один из телохранителей приблизился к ней и развернул на столе небольшую географическую карту. Дона Флореста поманила Элли пальцем. Девочка подошла.

— Мы находимся здесь, в Рио-де-Жанейро, — указала она на красную точку на оконечности материка. — А его город вот здесь… — Палец указал совсем в другое полушарие. — Возможно, Элли, этот человек обладает сверхъестественными способностями, среди людей такое встречается. Я и сама не раз сталкивалась с медиумами, читающими мысли и предсказывающими будущее. Возможно, доктор Ильин один из таких… Только он не придет тебе на помощь, не строй иллюзий. Его дом находится за тысячи километров отсюда.

Он человек? Обыкновенный человек? И не придет за ней?

Элли ошеломленно уставилась на карту.

Он не сможет сокрушить помощников Сеньоры, не сможет проникнуть в подземелья. Элли не дождется помощи, а значит — все закончится прямо здесь, прямо сейчас, в операционной за соседними дверями!

— Ты готова? — спросила дона Флореста. — Есть какие-нибудь пожелания, просьбы?

Она снова сделала паузу, давая девочке возможность ответить.

— Что же ты молчишь, Элли? Неужели так ничего и не скажешь?

Девочка молчала. Она всегда молчала, когда не могла убежать.