Графиня Де Шарни - Дюма Александр - Страница 220

Распахнули створку, но проход загораживали две или три повозки.

– Ко мне, господа, – произнес Изидор, спрыгнув с коня и убирая с дороги повозки.

В этот миг послышались первые раскаты барабана и гул набата.

Друэ сделал свое дело.

– А, негодяй! – скрипнув зубами, воскликнул Изидор. – Попадись он мне…

И нечеловеческим усилием он сдвинул в сторону одну из двух повозок, покуда гг. де Мальден и де Валори двигали другую.

Третья осталась стоять поперек дороги.

– А теперь возьмемся за последнюю! – сказал Изидор.

И третья повозка в тот же миг въехала под арку.

Внезапно между досками ее боковой стенки просунулись четыре или пять ружейных стволов.

– Ни шагу дальше, или вы мертвецы, господа! – произнес чей-то голос.

– Господа, господа, – сказал король, высунувшись из окошка кареты, не вздумайте прорываться силой через этот проход, я вам запрещаю.

Оба офицера и Изидор сделали шаг назад.

– Чего они от нас хотят? – осведомился король.

И в тот же миг внутри кареты прозвучал вопль ужаса.

Покуда одни люди перегородили въезд на мост, двое или трое других окружили карету и в дверцы ее просунулось несколько ружейных стволов.

Один из них метил в грудь королеве.

Изидор все видел; он бросился туда и отвел ствол ружья в сторону.

– Огонь! Огонь! – вскричало несколько голосов.

Один из людей послушался; к счастью, его ружье дало осечку.

Изидор занес руку и хотел ударить этого человека своим охотничьим ножом, но королева остановила его.

– Ах, государыня, – вне себя от гнева вскричал Изидор, – дайте мне проучить этого мерзавца!

– Нет, сударь, – возразила королева, – немедля вложите клинок в ножны!

Изидор повиновался, но наполовину: он опустил свой охотничий нож, но не вложил его в ножны.

– О, встретить бы мне Друэ!.» – прошептал он.

– А этого человека, – вполголоса отозвалась королева, с неожиданной силой стиснув ему локоть, – этого человека я вам уступаю.

– Но послушайте, господа, – повторил король, – чего вы от нас хотите?

– Хотим видеть вашу подорожную, – ответили два-три голоса.

– Подорожную? Ладно, – согласился король, – приведите сюда представителей городских властей, мы покажем им подорожную.

– Ну вот, ей-Богу, что за фокусы! – вскричал, прицелившись в короля, человек, чье ружье дало осечку.

Но оба гвардейца набросились на него и повалили наземь.

В пылу борьбы ружье выстрелило, но пуля никого не задела.

– Эй, кто стрелял? – крикнул кто-то.

Обладатель ружья, которого гвардейцы топтали ногами, проревел:

– Ко мне!

На помощь к нему подоспело с полдюжины вооруженных людей.

Гвардейцы обнажили свои охотничьи ножи и изготовились к бою.

Король и королева безуспешно пытались остановить тех и других; надвигалась ужасная, ожесточенная, смертельная схватка.

Но тут в самую гущу дерущихся ринулись двое: один был перепоясан трехцветным шарфом, другой-в мундире.

Человек в трехцветном шарфе был уполномоченный коммуны Сосс.

Человек в мундире был командир национальной гвардии Анноне.

За их спинами в свете двух-трех факелов поблескивали два десятка ружей.

Король понял, что эти двое послужат ему если не спасителями, то по крайней мере защитой от немедленной расправы.

– Господа, – сказал он, – я и мои попутчики готовы ввериться вам, но защитите нас от жестокости этих людей.

И он кивнул на людей с ружьями.

– Опустить оружие, господа! – крикнул Анноне.

Те с ворчанием повиновались.

– Простите нас, сударь, – обратился к королю уполномоченный коммуны, – но прошел слух, будто его величество Людовик Шестнадцатый бежал, и долг повелевает нам удостовериться, так ли это.

– Удостовериться, так ли это? – воскликнул Изидор. – Если в этой карете в самом деле едет король, ваш долг – склониться к его ногам; если, напротив, в ней едет частное лицо, по какому праву вы его задерживаете?

– Сударь, – произнес Сосс, по-прежнему обращаясь к королю, – я говорю с вами; не соблаговолите ли вы ответить мне?

– Государь, – шепнул Изидор, – выиграйте у них время; за нами, несомненно, следуют господин де Дамас и его драгуны, они скоро будут здесь.

– Вы правы, – отозвался король.

Потом обратился к г-ну Соссу:

– А если наша подорожная в порядке, сударь, вы позволите нам продолжать путь?

– Разумеется, – отвечал Сосс.

– Что ж, в таком случае, госпожа баронесса, – сказал король, обращаясь к г-же де Турзель, – будьте добры, поищите вашу подорожную и дайте ее этим господам.

Г-жа де Турзель поняла, что имел в виду король, прося ее.поискать. подорожную.

И в самом деле, она принялась ее искать, но в тех карманах, где ее заведомо не было.

– Ну, – произнес нетерпеливо и угрожающе один из голосов, – теперь вы видите: нет у них никакой подорожной!

– Что вы. господа, – возразила королева, – подорожная у нас имеется, но госпожа баронесса Корф не знала, что ее будут у нас спрашивать, и куда-то засунула.

В толпе поднялся издевательский ропот, свидетельствовавший о том, что уловка путешественников никого не провела.

– У нас есть очень простой выход из положения, – сказал Сосс. – Форейторы, везите карету к моей лавке. Эти господа и дамы войдут ко мне в дом, а там все разъяснится. Форейторы, вперед! Господа солдаты национальной гвардии, эскортируйте карету.

Это приглашение настолько напоминало приказ, что никто и не помыслил от него уклониться.

Впрочем, попытка такого рода едва ли имела бы успех.

Набат гудел по-прежнему, барабан все грохотал, а толпа, окружившая карету, прибывала с каждой минутой.

Карета тронулась с места.

– О господин де Дамас, господин де Дамас! – прошептал король. – Лишь бы он прибыл прежде, чем мы войдем в этот проклятый дом.

Королева молчала; она думала о Шарни, подавляла вздохи и сдерживала слезы.

Добрались до дверей лавки г-на Сосса, а о г-не де Дамасе по-прежнему не было ни слуху ни духу.

Но что же с ним произошло, что помешало этому благородному офицеру, на чью преданность, безусловно, можно было положиться, исполнить приказы, которые были им получены, и обещания, данные королю?