Графиня Де Шарни - Дюма Александр - Страница 216

Но когда драгуны попытались выступить, оказалось, что улицы заполнены народом и лошади не могут сделать ни шагу вперед.

В середине толпы находилось три сотни солдат национальной гвардии в мундирах и с ружьями в руках.

Вступить в бой – а бой, судя по всему, предстоял жестокий – означало погубить короля.

Разумнее было остаться и утихомирить всех этих людей. Г-н Дандуэн вступил с ними в переговоры, осведомился у зачинщиков, чего они хотят, чего добиваются и чем вызваны все эти угрозы и изъявления враждебности.

Он рассчитывал, что король тем временем доберется до Клермона и найдет там г-на де Дамаса с его ста сорока драгунами.

Если бы у него под началом было сто сорок драгун, как у г-на де Дамаса, маркиз Дандуэн попытался бы прорваться, но он располагал только тремя десятками солдат. А что он может с тридцатью драгунами против трех-четырехтысячной толпы?

Только вести переговоры – и, как мы уже сказали, именно так он и поступил. В половине десятого карета короля, которую Изидор опередил всего на сотню шагов – так быстро гнали лошадей форейторы, – въехала в Клермон; она преодолела четыре лье, отделявшие один город от другого, за час с четвертью.

Этим отчасти объяснялось для королевы отсутствие Шарни.

Он нагонит их на подставе.

Перед въездом в город карету короля ждал г-н де Дамас. Леонар его предупредил; он узнал ливрею курьера и остановил Изидора.

– Простите, сударь, – окликнул г-н де Дамас виконта, – это вы скачете впереди короля?

– А вы, сударь, – спросил Изидор, – вероятно, граф Шарль де Дамас?

– Да.

– Что ж, сударь, я в самом деле скачу впереди короля. Соберите ваших драгун и эскортируйте карету его величества.

– Сударь, – отвечал граф, – в воздухе носится дух бунта, это тревожит меня, и я вынужден вам признаться, что, если мои драгуны узнают короля, я за них не поручусь. Могу обещать вам только одно: когда карета проедет, я построю отряд и перекрою дорогу.

– Делайте, что в ваших силах, сударь, – сказал Изидор. – Вот король.

И он указал на подъезжавшую в темноте карету, путь которой можно было проследить по искрам, летевшим из-под копыт лошадей.

Ему самому надлежало поспешить вперед и заказать перемену лошадей.

Спустя пять минут он остановился перед почтовой станцией.

Почти одновременно с ним туда прибыли г-н де Дамас и пять-шесть драгун.

Затем подъехала карета короля.

Карета мчалась за Изидором по пятам, он даже не успел вновь вскочить в седло. Эта карета, не поражая великолепием, была в то же время столь необычна, что вокруг нее перед почтовой станцией сразу же столпилось множество народу.

Г-н де Дамас стал перед самой дверцей, ничем не обнаруживая, что знает высокородных путешественников.

Но ни король, ни королева не могли удержаться от расспросов.

Король со своей стороны поманил г-на де Дамаса.

Королева, со своей, – Изидора.

– Это вы, господин де Дамас? – спросил король.

– Да, государь.

– А почему же ваши драгуны не в боевой готовности?

– Государь, ваше величество запаздывает на пять часов. Мой эскадрон не слезал с коней с четырех часов пополудни. Я тянул время, сколько было возможно, но в городе поднялось беспокойство, и даже сами мои драгуны стали отпускать настораживающие замечания. Начнись брожение до проезда вашего величества – ударил бы набат и дорога оказалась бы перекрыта. Поэтому я оставил в седле только двенадцать человек, а остальных распустил на квартиры; я только оставил у себя дома трубачей, чтобы при первой надобности дать сигнал.по коням.» Впрочем, как вы сами видите, государь, все к лучшему: дорога свободна.

– Превосходно, – отозвался король, – вы действовали благоразумно.

Когда я проеду, велите сыграть сигнал.седлай. и следуйте за каретой на расстоянии около четверти лье.

– Государь, – вмешалась королева, – не угодно ли вам выслушать, что говорит господин Изидор де Шарни?

– А что он говорит? – с некоторым нетерпением осведомился король.

– Он говорит, государь, что вас узнал сын смотрителя станции в Сент-Мену; что он сам в этом убедился; что он видел, как этот молодой человек, держа в руках ассигнацию, сличал вас с изображенным на ней портретом; что он предупредил своего брата, и тот остался позади; там сейчас, несомненно, происходит нечто важное – недаром, как мы видим, граф де Шарни не появляется.

– Ну, если нас узнали, тем более надо скорее ехать дальше, сударыня.

Господин Изидор, поторопите форейторов, а сами поезжайте вперед.

Конь Изидора был готов. Молодой человек вскочил в седло и крикнул форейторам:

– На Варенн!

Оба гвардейца, сидевшие на козлах, повторили:

– На Варенн!

Г-н де Дамас отступил назад, почтительно поклонившись королю, и форейторы пустили лошадей вскачь.

Перемена лошадей произошла молниеносно, и карета неслась как ветер.

На выезде из города ей навстречу попался гусарский офицер.

Г-н де Дамас хотел было следовать за каретой короля вместе с теми несколькими людьми, которыми располагал, но король приказал ему совершенно другое, и он решил, что обязан подчиниться королевским распоряжениям, тем более что в городе начинало распространяться волнение. Горожане бегали из дома в дом, окна раскрывались, из них выглядывали лица, в них вспыхивал свет. Г-на де Дамаса заботило только одно – как бы не ударили в набат; он поспешил к церкви и выставил у ее дверей охрану.

Впрочем, скоро уже к нему должно было подойти подкрепление – г-н Дандуэн со своими тридцатью людьми.

Между тем все, казалось, успокоилось. Через четверть часа г-н де Дамас вернулся на площадь; там ждал его командир эскадрона г-н де Нуарвиль; г-н де Дамас дал ему указания касательно маршрута и велел привести людей в боевую готовность.

Тут г-ну де Дамасу доложили, что на квартире его ждет драгунский унтер-офицер, посланный г-ном Дандуэном.

Этот унтер-офицер предупредил его, чтобы он не ждал ни г-на Дандуэна, ни его драгун, потому что г-на Дандуэна задержали в мэрии жители Сент-Мену; еще он сообщил то, о чем г-н де Дамас уже знал, – что Друэ ускакал во весь опор вслед за каретами, но, по всей видимости, не догнал их, потому что в Клермоне так и не появился.