Выбор пути (СИ) - Бондаренко Вадим - Страница 43

- Дим, ты спишь?..

Голос Эрики прервал мои размышления, и я, привстав, обнимаю не успевшую увернуться девчонку.

- Нет, не сплю. А теперь рассказывай, что решила. Ты же все это не просто так выспрашивала?

- Я буду хранить и передавать другим знания!

И, слегка отстранившись, заглядывает в глаза, изучая мою реакцию

- Дим, это же здорово - ты знаешь столько, что хватит на всю жизнь… И я всегда буду рядом с тобой!

Ну что тут скажешь, ее выбор меня устраивает. Полностью монополизировать сферу образования и науки мы, конечно, не сможем. Мой ещё не существующий род долгое время будет самым маленьким, но закрепить этот статус за нашими потомками - почему бы и нет?

- Отлично, мне нравиться!

Я окончательно встаю, отряхиваясь от налипшего песка, и, подхватив корзины с вновь наполненными речной водой горшками, зову за собой размечтавшуюся Эрику

- Пошли в Лантирск, хватит загорать!

На следующий день начали перековку железных криц. Один из мехов подключили к небольшому горну, сложенному из остатков кирпичей. Куски железа сначала сплющивали и сминали несколько раз, выбивая из них остатки шлака. Затем, по методу древних китайцев, вытягивали в полосу и складывали ее вдвое, проковывали и сваривали по всей длине, и так двенадцать раз, добиваясь равномерного распределения слоев стали в общей массе металла. Первыми выковали кузнечные щипцы, устав дышать дымом от обугливающихся деревянных. Дело пошло быстрее, молотобойцы сменяли друг друга, и к вечеру на свет появился первый ТОПОР.

Тяжёлый, около трёх килограмм, насаженный на крепкую рукоять из ясеня, заточенный кусками шероховатого песчаника до бритвенной остроты - этот инструмент произвел настоящий фурор среди мужчин. К кузнице выстроилась длинная очередь желающих помочь в перековке, и мне пришлось вмешаться.

- Сейчас топоры достанутся самым сильным мужчинам, благодаря труду которых и стало возможным их создание. Наконечники для копий получат все, а чтобы получить топор, каждый должен принести большую кучу руды, глины, угля или найденного недавно известняка. Мы снова повторим плавку, и так до тех пор, пока железные инструменты не появятся у каждого!

Мужики кучкуются, собираясь в отряды вокруг проводников, договариваясь о походе к залежам полезных ископаемых. Люди постепенно расходятся, и вскоре отряд из десяти человек потянулся на юго - запад.

Рауг светится от счастья, первым получив это чудо. И, не долго думая, подначиваемый хитрым Праттом, начал демонстрацию его возможностей. Огромные дубы , чьи стволы в полтора метра диаметром были не по зубам каменным топорам, стали первой целью.

Вскоре на дереве появилась внушительная зарубка, и я остановил разошедшегося лесоруба - почти стемнело, завтра продолжит.

- На сегодня хватит! Рауг, зови остальных, идём ужинать. Пратт, не смотри так жалобно, все равно дерево будет сохнуть ещё долго, и лодку из него мы сделаем только после зимы.

Вечер прошел оживлённо - топор ходил по рукам, его рассматривали со всех сторон, пробовали остроту лезвия, любовались необычным металлическим блеском. Мне не очень понравились завистливые взгляды, направленные на его владельца, пришлось снова разъяснять остальным, как они смогут получить такой же. Вроде поняли, соглашаются, но хмурых лиц хватает…

Я вытаскиваю горсть увесистых чугунных шайб, и, подкинув одну на ладони, начинаю рассказывать, для чего они предназначены. Идея денег пока понятна еденицам, приходится долго разъяснять, почему большой мешок руды можно поменять на такую шайбу, а горшок с водой - нет. С цифрами знакомы не все, поэтому ставлю перед Эрикой и получившим зачатки образования ещё в Крыму, задачу - научить остальных счету до десяти.

Старшие мужчины и женщины, имеющие значительный авторитет, подсаживаются ближе, внимательно слушая - они быстро схватывают суть новой идеи. А мои слова, о том, что каждый род вскоре получит по сотне таких монет, и ещё по одной за каждого родича, заставили их отбросить все разногласия, и выступить единым фронтом в поддержку моего предложения.

Я сознательно перекладывал ответственность на них, пусть сами разбираются со своими людьми и решают, кто как работает и как кого награждать. Мне, как вождю племени, останутся функции верховной власти, определяющей, куда народу двигаться дальше, и верховного суда. Сильно зарываться они не будут, побоятся - поход в Пещеру Предков по прежнему оставался одним из главных страхов в жизни неандертальцев, и только единицы, уже в преклонном возрасте решались на подобное.

Осталось подобрать только личных телохранителей, пусть всегда держатся поблизости, да и за Эрикой приглядывают, и можно немного расслабиться - первый намечающийся раскол власти подавлен. Такие люди были, не раз проверенные в походах и доказавшие свою преданность. Завтра же переговорю с Туром, Даром и Антом - стать главами своих родов им не светит, пусть присоединяются к роду Искателей Знаний!

К середине июля выковали уже десятки уплощенных четырехгранных наконечников, пять топоров, несколько кирок и лопат. Сейчас мы с Антом второй день пытались изготовить полотно двуручной пилы, одноручный вариант, поменьше, уже имелся в наличии. Приостановившиеся было работы снова сдвинулись с места, все больше ускоряясь, по мере улучшения инструментов.

Главы родов вели учёт, отмечая взнос каждого человека. Наличных "монет" пока не хватало, записи вели на свитках бересты до следующей плавки. Появились и новые профессии - к Лессе присоединились несколько женщин, но вместо сетей они стали плести грубоватую, все ещё недостаточно плотную ткань. Я показал им несколько приемов вязания, и первый трикотаж не заставил себя долго ждать - нечто среднее между бюстгальтером и топом быстро завоевало популярность у слабого пола. Летом, в этой одежде было гораздо комфортнее, чем в сшитой из шкур.

И, постепенно, новая форма трудовых отношений стала все глубже проникать в общество. Неандертальцы самостоятельно договаривались о стоимости предметов, порой в ожесточенных спорах дело доходило до потасовок, и главам родов приходилось их разнимать.

Вокруг Лантирска снова стали накапливаться материалы - сохли штабеля бревен, ровные ряды кирпичей, изготовленные с учётом предыдущих ошибок, первые образцы черепицы.

Все три огромных дуба были срублены, и теперь Пратт целыми днями очищал стволы от веток, испытывая первую пилу в деле. Я уже прикинул, что из ровных участков мы сможем сделать самое меньшее шесть больших и шесть маленьких лодок.

Рядом с загоном, где бодро хрюкали подросшие свинки, разбили небольшой садовый участок, и на нем уже росли как принесенные из похода растения, так и отобранные по величине ягод малина, смородина и крыжовник.

Моя личная гвардия, приняв предложение вождя, переселилась ко мне в юрту, и теперь один из них постоянно был рядом со мной, помогая в любой работе. Двое других копали глубокий кольцевой ров в центре города под фундамент первой постройки.

Эрика с двумя подругами открыла "вечернюю школу" - после ужина все желающие собирались в центре города, и в течении часа осваивали цифры и буквы, основы счета и письма. Вначале за посещением строго следили главы родов, но вскоре надобность в этом отпала. Дети учились вместе с родителями, и, зачастую намного быстрее запоминали новую информацию. После "урока" старшее и детское поколение расходилось, а молодежь ещё долго сидела у костров, разбившись на пары.

Я с интересом слушал разговоры этих подростков, ведь именно они были маркером моих успехов как лидера:

- Тур, ты видел, какую замечательную одежду сплели у Лессы? Такую яркую и красивую!..

Ирика, подруга парня, пытается отвлечь того от разглядывания только сегодня полученного ножа. Тот рассеяно кивает, его мысли далеко…