Эра мангуста. Том 4 (СИ) - Третьяков Андрей - Страница 43

Он вальяжно сидел в своём кресле и изучал какие-то бумаги. Когда нас ввели, он проворно вскочил, по очереди поклонившись обоим. Причём поклон мне был больше похож на кивок, а Сергеевичу он поклонился чуть ли не в пояс. Впрочем, я уже привык к такому.

— Проходите, присаживайтесь, — как-то слишком добро улыбнулся он совершенно фальшивой улыбкой. — Я просто вынужден задать вам несколько вопросов, поскольку, по моим данным, вы были чуть ли не последними, с кем общался граф Михаил Комарин. Вы же вчера с ним встречались, меня не ввели в заблуждение?

— Абсолютно верно, — ответил я. — Он посещал меня на тему выкупа земель, которые выкупила моя семья у Виноградовых много лет назад. Причём приехал без предупреждения.

— Постойте, — воскликнул следователь и вкрадчиво продолжил. — Но у вас же нет земель практически? Вам нечего продавать! Как вы думаете, какова была истинная причина его посещения?

— Так это и была истинной. Он весьма огорчился, выяснив, что наша семья давно не владеет виноградниками. И вдвойне посмурнел, когда выяснил, что земли отошли Кобровым.

— А почему это его смутило? — вполне натурально удивился Львович. — Какая ему разница, у кого выкупать? Цена на рынке плюс-минус одинаковая.

— Дело в том, — усмехнулся я. — Что вчера вечером он спас Надежде Кобровой если не жизнь, то, как минимум здоровье, достав ту из-под машины. Правда, за волосы, на фоне чего между ними разгорелся небольшой скандал.

— Понятно! — пометил что-то у себя в блокнотике следователь. — А теперь главный вопрос, прошу сильно подумать перед ответом. Ничего в поведении вашего гостя не показалось вам странным? Ещё раз прошу сильно подумать перед ответом. Любые нестандартные мелочи, нестыковки в поведении?

— Эм-м-м, а это-то вам зачем? — пришла моя очередь удивляться.

— Обещаю, после того, как вы дадите ответ, я в общих чертах обрисую ситуацию, — поклялся следак. — Просто если я скажу заранее, ваше мнение может оказаться предвзятым.

Я действительно начал прокручивать в мозгах вчерашний день. Пока я думал, ответил Сергеевич:

— Если вам интересно моё мнение, абсолютно адекватный юноша, в меру хамоватый, в меру вежливый и точно не готовый подставить вторую щёку после удара по первой, но готовый отстаивать свои интересы.

— Собственно, очень интересный собеседник, хорошо разбирается в военном деле, — следом начал я. — Правда, в клятвах молчания погряз, но его работа обязывала. Да нет, совершенно обычный парень, приятный, воспитанный и эрудированный.

— Неужели за всё время, что Комарин гостил у вас, вы ни разу не удивились его поведению и реакции? — попытался дожать тему следователь.

Я старательно напряг память и вдруг вспомнил:

— Он категорически отказался пить. Это меня удивило, очень, — сказал я, а следователь хищно затрепетал ноздрями. — Но потом он объяснил, что до этого слишком ярко погулял по поводу своего титула, и я, честно говоря, его хорошо понял, сам на алкоголь неделю смотреть не смог бы. Про их похождения даже в газете писали.

Львович обиженно поник, но потом всё-таки выдавил:

— Хорошо, я понял вас. Но, если вспомните что-то любопытное, даже самую мелочь, обязательно позвоните мне, мой номер есть у вас обоих.

— Так, а что случилось-то? — немного надавил Сергеевич на следователя.

— Точно, я же обещал вам рассказать, — стукнул себя по лбу следак. — В двух словах, возникли подозрения, что Михаил Комарин не тот, за кого себя выдаёт. Если повод считать, что в нём живёт подселенец, заблудшая душа, занявшее место прежней, настоящей. А с такими у нас разговор короткий.

Мы со стариком переглянулись, подумав об одном и том же, что не укрылось от взгляда следователя. Но понял он нас совершенно неправильно.

— Не беспокойтесь, — поспешил он успокоить. — Это не заразно, вам ничто не грозит! В любом случае, я благодарю вас за беседу, всего доброго! И не забудьте позвонить, если вспомните хоть что-то странное.

Мы развернулись и пошли на выход. Да, не хотелось бы оказаться на месте бедного парня. А ведь в самом начале я косячил направо и налево. Хорошо, Аманда, которая меня знала, как и то, что я подселенец, помогала, направляла и учила. А Сергеевич изначально знал, на что подписывается и куда идёт.

Когда мы отошли от участка и подошли к машине, Сергеевич резко обернулся ко мне.

— Запомни, если тебя рассекретят, это однозначная смерть! Хотя, ходят легенды о больших лагерях для попаданцев и экспериментах над ними. Но все сходятся в одном — казнь предпочтительнее. И да спасёт парня его Комар!

Старик горестно вздохнул, вдруг став на секунду по-настоящему старым. Но да, именно на секунду, так называемая «минута слабости» растаяла, я даже засомневался, что увидел его таким. А он встряхнулся, как какой-нибудь лабрадор после купания и полез в машину.

Всю дорогу мы молчали, думая каждый о своём. О чём размышлял Антон Сергеевич, я не знал, а я вспоминал различные мгновения встречи с Комариным и не находил абсолютно ничего криминального. Даже если он попаданец, типа меня, то он идеально маскируется. Очень надеюсь, что его оправдают. Он был первым в этом мире, с кем я хотел бы дружить именно той дружбой, из юности, с юношеским же максимализмом и безбашенными поступками.

Да, сильно на мой мозг повлияло слияние с носителем, бывшим хозяином моего нового тела. Мне тридцатилетнему в моей прошлой жизни такое и в голову не пришло бы. Хотя, я был бы рад, если он попаданец, главное, чтобы это не доказали.

Надя с Наташей встречали меня у входа в особняк, и, как только мы вышли из машины, бросились мне на шею. Похоже, они услышали шум покрышек по гравию.

— Что случилось? — темпераментно поинтересовалась Коброва. — Всё в порядке? Нам Аманда по секрету сказала, что вас в полицию вызвали! Рассказывай, не томи!

— Всё в полном порядке, точнее в порядке с нами, — успокоил я девушек, решив немного упростить ситуацию. — Просто ваш вчерашний спасатель пропал без вести. Собственно, потому я тебе звонил утром и сообщил об отмене встречи. По этому вопросу нас и вызывали, опросили и отправили восвояси. И, судя по последним данным, его толи нашли, толи вышли на уверенный след.

— Слава Мангусту! — прошептала мне в ухо Наташа. Мы очень боялись.

— Но, есть и плохие новости, — поморщился я. — Я, не подумавши, ляпнул Львовичу о том, что вчера утром вы тоже пересекались. Так что, зная его дотошность, он может вскоре вызвать и вас. Даже удивлюсь, если он этого не сделает. Простите, девчат…

— Да не, с ним был какой-то друг, узнали бы не от тебя, а от него, вышло ещё хуже, как мне кажется, — успокоила меня Надя. — Да и вообще, нам бояться вообще нечего. Кстати, ты в универ едешь завтра вечером или послезавтра утром, прямо к занятиям?

Вопрос поставил меня в тупик, неужели отдых после соревнований академий, где я занял чёртово первое место, выделенный нам минобразования, так быстро кончился? Я прикинул, и пришёл к выводу, что да, это правда. Грустная. Послезавтра начинались занятия!

Карелия, родовое имение Комариных, школа

Баронесса Комарина, довольно жмурясь и вспоминая последние минуты жизни урода Джона Фокса, шла босиком по пожухлой траве и опавшим листьям в направлении усадьбы Комариных. Добравшись до откидного моста над мощным рвом, воняющим болотом, почувствовала неладное.

Внутри царило нездоровое оживление, бегали люди. На встречу ей выбежал Паук, лысый, татуированный и мощный мужик. Они были на очень «короткой ноге» в прошлом, и баронесса тут же схватила мужчину на рукав.

— Паук, скажи мне, как боевому товарищу, какого хера здесь происходит? Я, довольная и счастливая, возвращаюсь в родные пенаты, а тут явная жопа! Колись, кратко, но подробно.

— Кратко? — оскалился боец. — Комарин пропал. Подробно? А никто нихера не знает! Известно только то, что он в самой жопе России, в Адлере. И его явно похитили. Больше на связь он не выходил.

— ***, — грязно выругалась Агафья. — Оставь малыша ненадолго, называется! Если учитывать, что он явно сильнее меня, его враги меня пугают до испачканных штанишек. Шучу! Теперь серьёзно. Орлова подключили? У меня даже одна просьба к императору в запасе, могу использовать. Правда, опять к старому в зависимость, но это задание оказалось лёгкой прогулкой, так что ничего не изменится.