Ловец снов - Лейман Вера - Страница 32

Конечно, она солгала. Ей очень хотелось завоевать расположение Доёна, но, увы, пока это было невозможно.

Прослонявшись по магазинам и сделав несколько бесполезных покупок, Сан вернулась домой. Хотелось куда-нибудь пойти и развеяться, но Хери сегодня работала в магазине и сказала, что устала, так как было много клиентов. Поэтому Сан решила скоротать вечер в любимой квартире за просмотром сериалов, заказав себе удон.

Поменяв воду в вазе с азалиями, она наклонилась к цветам, вдыхая слабый, но все еще отчетливый аромат. «Завтра нужно купить новый букет», – подумала она, проведя пальцами по бархатистым лепесткам. Сан любила эти цветы и старалась, чтобы они всегда украшали ее кухню. Почему-то они вызывали в душе необъяснимое тепло, будто были связаны с какими-то очень приятными моментами в ее жизни. Цветы, символизирующие верность и настоящую любовь. Сан скептически хмыкнула и ушла в спальню.

Завтра был выходной, а вот в среду – первое занятие факультатива. Она посмотрела на сохраненное расписание Квон Доёна. Ее занятия начинались во второй половине дня, а его – в первой. Значит, стоит приходить чуть раньше, чтобы успеть увидеться. Как она завоюет сердце человека, который испытывает к ней неприязнь, Сан пока не знала. Но твердо решила добиться взаимности во что бы то ни стало.

С этими мыслями она закрыла глаза, надеясь, что сегодня вновь попадет в его сон. Из приоткрытого окна доносился мерный гул улицы, и она заснула, убаюканная шумом любимого города.

Сан шла по лесу, ведомая уже знакомым Зовом. Сердце трепетало в предвкушении, что сейчас она вновь увидит Доёна. Девушка почти бежала среди ярко-зеленых сосен, на ветвях которых распускались огромные оранжевые цветы. Они, как огни, вспыхивали и под ногами, украшая густо-зеленую траву. Хвойные ароматы смешивались с нежными цветочными, опьяняя и дурманя голову.

Сан ускорила шаг, чувствуя приближение Доёна, как вдруг поскользнулась и упала, больно ударившись локтем. Потирая ушибленное место, она поднялась на ноги, с удивлением глядя на все те же ярко-оранжевые цветы, замурованные под толстой коркой льда. Стало вдруг очень холодно, солнце ушло за облака, и с неба повалили крупные хлопья снега, закрывая белым саваном чудесные растения. Лес расступился, и вскоре Сан вышла на центральную улицу Ханяна, по которой ехала повозка, окруженная стражниками. По обе стороны от дороги собрались простолюдины, удрученно качая головами.

– Бедная девочка… Как же так, как же так…

– Слышал, ее отца предал лучший друг…

– Вот они, аристократы… Сжирают даже себе подобных, что уж говорить про нас…

Сан поспешила к повозке, расталкивая людей, и сквозь деревянные прутья увидела… себя. Растрепанная, бледная, совсем юная Сан затравленно смотрела из клетки на окружившую ее толпу.

– Расступитесь! Расступитесь! – крикнул один из охранников, и простой люд хлынул в разные стороны, давая дорогу позорной процессии.

Сан пошла следом, не сводя глаз со сгорбленной спины несчастной девушки, которую везли в неизвестном направлении. Но то, что ее не ждало ничего хорошего, было очевидно.

Впереди показались ворота с красными фонарями, и стражники отдали приказ остановиться. Сан из прошлого выволокли из клетки и бросили под ноги встретившей их женщине. На ее выбеленном лице кроваво-красным пятном выделялись губы, а глаза придирчиво осмотрели «новенькую». Сан поняла, что это хозяйка гёбана. И только сейчас подумала, что гёбан, который она видела во снах Доёна, не тот, в котором она очнулась, уже став ловцом снов. Значит, часть жизни она провела здесь, а потом каким-то образом оказалась на пороге другого дома кисен, уже ничего не помня о себе.

Старшая кисен присела рядом с перепуганной девушкой и взяла ее за подбородок. Внимательно рассмотрела лицо и приказала:

– Встань.

Но, похоже, ноги не держали пленницу, и она так и осталась сидеть на земле.

– Поднимите ее, – велела старшая кисен, и один из стражников рывком дернул девушку за воротник чогори. Хозяйка медленно обошла ее, рассматривая как племенную кобылу. – Очень хорошо. Давно у нас не было таких красавиц. Я научу тебя всему, и ты станешь бриллиантом, ради которого сюда будут съезжаться аристократы со всего Ханяна.

Сан овладели странные чувства, будто все это происходило не с ней, будто она никогда не испытывала этого унижения и страха. Вроде бы это она, но в то же время нет. Все это стерлось из памяти, и, честно говоря, она бы предпочла никогда этого не видеть. Слишком ужасно было положение несчастной дворянки, которая теперь вынуждена стать подстилкой для высокопоставленных людей.

– Жалеешь ее? – вдруг услышала она рядом.

Поглощенная развернувшейся сценой, Сан не заметила, как появился Доён.

– А ты нет?

– Что ж, признаю, это ужасное унижение, и к той девушке я не испытываю неприязни. Возможно, потому что она еще не убила мою жену, – он скрестил на груди руки и посмотрел на Сан холодно и равнодушно.

– Этого ты тоже раньше не видел? – спросила она, вспоминая разговор с Джумоком и Хери. Раз история движется к истокам, значит, кто-то хочет открыть всю правду и для Доёна, а не только для нее.

– Нет. Все воспоминания, которые я видел до встречи с тобой, были о тебе и моей жене. Но более ранние события я не видел.

– Подождите! Постойте! – послышался отчаянный крик, и Сан увидела бегущего со всех ног господина Мина в съехавшей на бок шляпе. Он тоже выглядел моложе, на гладком лице еще не проступила растительность.

– Твой выход, – с усмешкой сказала она Доёну.

– Госпожа, постойте! – запыхавшийся мужчина остановился напротив хозяйки гёбана.

Сан из прошлого с мольбой смотрела на него, по ее лицу катились слезы.

– Господин Мин, вы не можете ее выкупить. Ваш отец запретил мне… – начала было женщина, но молодой человек незаметно сунул ей в руку мешочек с деньгами.

– Мне нужно всего несколько минут. Прошу, позвольте нам поговорить наедине.

Кинув недовольный взгляд на застывшую, как изваяние, девушку, женщина дала знак страже, что они свободны, и удалилась.

– Доён, ты здесь! – зарыдала Сан, бросаясь к нему. – Помоги! Помоги мне!

– Все хорошо, все хорошо, не плачь, – господин Мин ласково гладил ее по спине. – Ни один мужчина к тебе не прикоснется, я не позволю, обещаю!

Сан из настоящего криво усмехнулась и смерила Квона презрительным взглядом:

– Боже, как это типично! А раньше ты хорошо умел вешать лапшу на уши юным девочкам.

– Что ты, до твоего коварства мне еще далеко, – парировал он.

– Доён, где же господин Ли? Почему он не пришел? – юная Сан подняла заплаканное лицо, с надеждой глядя на Мина.

– Как он может прийти после того, что его отец сделал с твоей семьей? – господин Мин слегка отстранился, опуская взгляд. Ему не понравилось, что девушка заговорила о другом мужчине.

– Но ведь он не виноват! Пожалуйста, приведи его, мне нужно его увидеть! – взмолилась Сан.

– Ты должна его ненавидеть, почему все еще думаешь о нем? – вспыхнул Мин, отодвигая протянутые к нему руки. – Даже не проси, я не пойду к нему! После всего, что произошло, на его месте я бы наложил на себя руки!

– Не говори таких ужасных вещей!

– Мы выросли все вместе, но сейчас с тобой остался только я. Судьба развела вас навсегда. Забудь его, а я помогу тебе выжить. Никогда тебя не оставлю и не позволю никому причинить тебе вред. Верь мне! Верь только мне!

Господин Мин взял ее за плечи, жадно вглядываясь в лицо. Заплаканная девушка медленно кивнула и позволила мужчине себя обнять, словно смирилась с неизбежностью.

Сан-бессмертная вместе с Квоном опять оказались в лесу, лед растаял, вновь обнажив огненный ковер из цветов.

– Значит, мы дружили с детства, и ты меня любил, – задумчиво проронила Сан. Девушка, которую она видела, так отличалась от нее нынешней, что это вызывало когнитивный диссонанс. Неужели она когда-то была такой нежной и ранимой? Не верится.

– Я этого не помню, – отрезал Доён, отворачиваясь, будто не хотел признавать, что это правда.