Судьбе вопрек (СИ) - Романова Екатерина Ивановна - Страница 17

— Допросит? — испугалась она, сделав шаг назад.

— Это не служба контроля, успокойтесь! Это глава моей личной охраны. Я обещаю, если вы не успели ничего сделать, вас никто не тронет.

— Не успела. У меня смелости не хватило. Вдруг вы не просто чесаться будете, вдруг что-то серьезнее? Как мне потом с этим жить?

Надо же какая постановка вопроса. Многие бы волновались, как им потом жить в тюрьме, а не с этим…

Девушка нырнула рукой в карман и извлекла тот самый пузырек. Сомнения не возникло, я хорошо разглядела его в прошлый раз. Покрутила в руках плотно закрытую склянку из темного стекла. Легкая, словно там внутри и вовсе ничего не было.

— Хорошо. Тогда я…

Но договорить не получилось, потому что в гримерку без стука ворвался фет Шкаф. Нет, ну допускаю, что это он так постучался, от чего дверь попросту вышибло, сорвав древний железный шпингалет, но все равно как-то некрасиво вышло. А, если бы я переодевалась? Почему-то рефлекторно спрятала пузырек за спину. Рейгверды, которые прибыли с главой моей личной охраны, принялись без стеснения рыться в вещах. Один просматривал ворох костюмов, принесенных Гэллой, второй рылся в трельяже, заглядывая во все тюбики, третий потянул руки к пакетам с подарками для ребят.

— Эй! Осторожнее! Там мои вещи, подарки, фет Дорский, что происходит?

— Вас хотят отравить.

— Отравить? — осипшим голосом переспросила Гэлла и мужик-мускула тут же впился в нее взглядом. Просканировал сверху донизу и наверняка бы что-то заподозрил.

— Спасибо, Гэлла. Можешь идти. Я сама переоденусь.

— А?

— Иди, — я подтолкнула растерявшуюся девушку к двери, а затем, когда она скрылась из вида, произнесла: — фет Дорский. Уберите ваших людей, они не найдут то, что ищут, в моих вещах.

Благо глава моей личной охраны оказался мужиком сообразительным и тут же приказал рейгвердам выйти. Когда мы остались вдвоем, продемонстрировала пузырек из темного стекла:

— Вы ищете вот это.

— Срочно определитель и нейтрализатор!

Казалось, что он это пустоте сказал, но я-то знала, что у охранников какая-то система внутренней связи.

— Теперь медленно передайте мне пузырек и отойдите подальше.

Повиновалась, но улыбнулась:

— Что-то мне подсказывает, если эта штука опасная, то «отойти подальше» не сработает.

Получила такой взгляд, что между лопатками похолодело. Ишь какие мы грозные! На всякий случай забилась в самый угол комнаты, благо ждать пришлось не долго. Через полторы минуты, не больше, в гримерку вошел один из охранников с маленьким чемоданчиком. Положил его на журнальный столик, после чего вышел. Фет Шкаф извлек из чемоданчика какую-то затейливую штуку, в которую сунул флакон, нажал кнопочку. Что-то запиликало, затрещало, затем взорвалось, от чего я вздрогнула. Веселье длилось пару минут, после чего на экране высветилось название. Судя по тому, как посерело лицо фета Дорского, чесаться после этого яда мне бы не пришлось… Никогда.

— Модифицированный зарин в жидко-газовой форме.

— Это плохо?

— Это смертельно для любого, кто вдохнет или прикоснется к нему. Без цвета, без запаха. Мучительная смерть наступает через несколько часов после вдыхания даже малой части или попадания на кожу. Кто вам это дал?

— Обещайте, что этот человек не пострадает.

— Кто дал вам яд, фета?

Грозно, страшно, но я держалась:

— Дайте мне обещание!

— Я не дам вам такого обещания. А фетрой Хартман этому человеку лично отвернет голову, если доберется первым. Поэтому в ваших интересах рассказать обо всем мне.

— Фета Тильда Льюби. Действующая солистка этой постановки.

— Простите, — фет Дорский отвернулся, чтобы принять вызов. — Да. Нет. Я не знаю, где фетрой Харви. Да. Конечно. Хорошо. — После столь информативного диалога, он повернулся ко мне: — продолжайте.

— Фета Тильда Льюби дала его…

— Простите.

Он снова отвернулся, чтобы принять очередной вызов. Я закатила глаза и скрестила руки на груди. Меня тут отравить пытаются, а он разговоры разговаривает!

— Да. Яд обнаружили. Нейтрализовали. Нет, она в безопасности. Вас искал фетрой Кайл. Хорошо. Понял. Продолжайте. Продолжайте, фета.

Не сразу поняла, что теперь обращаются ко мне. Сам фет Дорский решил времени зря не терять. Яд в затейливой фиговине спрятал в чемоданчик, а из последнего извлек нечто, похожее на пульт от зорыча, только с мониторчиком и мигающим индикатором.

— В общем, Тильда передала яд Гэлле, моей костюмерше, чтобы та…

— Гэлле. Той, которую вы заставили выйти?

— Ей.

— Эсхинд. Гэллу, костюмершу, живо на допрос. Пока никакого ментального вмешательства.

— Не надо ментального! Она сама все расскажет, мы договорились!

— Договорились? — рыкнул он, похлеще боевого енота, я аж шаг назад сделала, запнулась о журнальный столик и едва не грохнулась на пол, но грош цена тому телохранителю, что допустит подобное безобразие. Дорский схватил меня, резко рванул на себя и поставил на ноги.

— Прекратите падать.

— А вы меня пугать прекратите!

— Я, кажется, доходчиво вам объяснял. Любая подозрительная ситуация — вы докладываете мне. Клиент не должен вести переговоры с террористами!

— Какие террористы? Это Гэлла, костюме…

— Зарин — яд. Смертельный. Опасный. Поражающий всех, без разбора. Он отравил бы и эту вашу Гэллу. Всех, кому не вкололи против него противоядие. Поэтому, если окажется, что у вашей Гэллы оно выявится в крови…

Заканчивать не понадобилось, я и сама все поняла. Не факт, что она такая кроткая овечка, как мне показалось. Хотя, почему-то я не верила в ее коварство. Просто человек, доведенный до отчаяния. И ее спасли от смерти лишь страх и нерешительность…

— В общем, вот, — сказала как-то нелепо, просто, чтобы заполнить тишину, хотя фет Шкаф, кажется, даже не заметил. Поводил всюду этой своей штуковиной, тщательно проверил все мои костюмы, всю меня, воду, которую я принесла из магазина, капнул внутрь своей штуковины и только когда убедился, что все чисто, несколько расслабился и произнес:

— Вам невероятно повезло.

— Класс. А можно надеяться, что вы не расскажете об этом фетрою Харви?

— Можно.

— Надеяться?

— Надеяться всегда можно.

Отелепатеть! Еще глядишь и заявится. Нет, но мне, конечно, весьма лестно и приятно.

— Да. Нет.

— Чего?

Но я поняла, что фет Дорский снова по внутренней связи с кем-то там разговаривает.

— Я не знаю, где фетрой Харви и мой ответ не изменится от постоянных звонков. Да, можете так ему и передать. Да в жопе аркха я видел вашего фетроя Кайла! Это тоже можете передать.

Я открыла рот. Всамделишно открыла. По-настоящему. Так, что как минимум клюв вышеупомянутого аркха туда поместится.

— Где, простите, вы его видели?

Фет Дорский глянул на меня с усердием питбуля, явно позабыв, что находится в моей гримерке. На лишних слушателей не рассчитывал. Вжала голову в плечи, как воробушек и показала, что буду держать рот на замке. Глава моей личной охраны кивнул и вышел. В гримерной сразу как-то воздуха прибавилось, что ли. Да-а. Хорош секьюрити. Думаю, способен пустынному мертвоеду глотку перегрызть запросто!

После ухода фета Дорского как-то не по себе было. Понимала, что больше мне ничего не грозит, но все равно. Костюмы, сваленные по центру гримерки, разбирала осторожно, будто под ними могла спрятаться пустынная гадюка и цапнуть в любой момент. К счастью, никто не цапнул.

Перед тем, как одеваться, сбросила Лоби тмс-ку с просьбой узнать о Бидди Вэльситх. Есть ли вообще такая в центральной больнице и так ли у нее все серьезно, как говорила Гэлла. После этого собрала разбросанные по полу подарки ребятам и натянула первый костюм как раз перед тем, как постучалась администратор.

— Пять минут до выхода, Аллевойская. На сцену.

Осмотрела себя в зеркало. Страшно-то как! Пусть сейчас я без грима и прически, но на мне сверкающая стразами темно-синяя шопенка из фатина, лиф купальника украшен вышивкой и золотистыми нитями. Новенькие пуанты под цвет пачки затянуты по всем правилам. Веер, ридикюль. Первый акт. Бал у отца и знакомство с Питером.