Темная тайна инкуба (СИ) - Серина Гэлбрэйт - Страница 42

— Вдруг он не рассчитывал, что Дерек полезет основной инкубий инстинкт удовлетворять? — предположила я. — Дерек вообще-то торопился… ну как торопился — сказал, что времени не так много, как ему хотелось бы.

Гримаса отвращения стала явной.

— Составить столь сложную комбинацию и при том не учесть, как далеко способен зайти инкуб? — усомнился Эйден.

Уточнять, что, вероятно, оно могло быть так и задумано изначально и Дерек вовсе не своевольничал, я не стала.

— Ты тоже инкуб, но женщин без разбору вроде не соблазняешь. Мы с тобой запросто могли оказаться в одной постели… тогда, в гостинице на Светлой стороне… однако ты даже не смотрел на меня особо.

Гримаса разгладилась, Эйден вздохнул и повернулся спиной ко мне.

— Представление об инкубах… да и о суккубах… как о коварных демонах-соблазнителях, всю жизнь посвящающих сугубо завлечению других в постель, преувеличено и приукрашено, — заговорил он после короткой паузы, в которой мне почудилось несколько большее, чем желание собраться с мыслями перед рассказом о том, о чём обычно не распространяются. — Как и многие иные виды, мы разные. Безусловно, есть те, кто не мыслит своего существования без постоянного флёра очарования и вереницы сменяющих друг друга партнёров. Но есть и те, кто проводят жизнь с одним-единственным партнёром. А есть те, кто так и остаются одиночками и не испытывают сожалений по этому поводу.

— Ты Страж, тебе, наверное, необязательно, чтобы рядом кто-то был, — я приблизилась к нему, встала рядом, притворяясь, будто разглядываю бассейн внизу.

— Это тоже по-всякому бывает. Но я… — Эйден снова помедлил, однако всё же продолжил: — Несколько лет назад я допустил ошибку. Не то чтобы фатальную…

— Та самая глупость с последствиями? — уточнила я осторожно.

— Да, она, — Эйден суховато, невесело усмехнулся. — Должна была быть… назовём её возможной парой. Всё было оговорено заранее, но я… ошибся и принял за неё другую девушку. Поэтому с той поры остальные женщины меня мало волнуют.

— Ты женат⁈ — опешила я и лихорадочно поискала глазами нужный палец, хоть и помнила, что на Тёмной стороне кольца в качестве символа брачных уз выступали крайне редко.

Да и кольца на Эйдене я раньше не видела, так что с чего бы ему вдруг появиться сейчас?

— Нет. Девушка ушла и следующие несколько лет я её не видел.

— Что с ней стало?

— Ничего. Она живёт своей жизнью, а я вернулся к обязанностям Стража.

— И пары, возможной или нет, у тебя больше быть не может?

— Полагаю, что нет. Многие Стражи избирают себе пару, однако не нуждаются в ней настолько остро, чтобы не прожить без неё жизнь.

— Как странно, — пробормотала я.

Вроде пара быть должна, но и без неё можно. И какой тогда в принципе в ней смысл?

— Страж Эйден? — прошелестел за нашими спинами голос духа-дворецкого.

— Что случилось, Джентри?

— По вашему приглашению в цитадель прибыл эн Ферубрумуил из…

Фер здесь⁈

Глава 13

Эйден сразу перенёс меня в гостиную в покоях Олли, где ожидал гость, и тот поднялся с дивана нам навстречу.

— Инари! — воскликнул Фер, шагнув к нам.

Эйден с лёгкой неохотой отпустил меня, и я приблизилась к давнему приятелю.

За прошедшие годы Фер не изменился ни капли, разве что одеваться стал в строгий, пошитый из дорогой шерсти костюм, обзавёлся тростью с золотым набалдашником и причёсывался регулярно. В остальном он выглядел тем же старым добрым Поганкой, каким я его помнила: ростом не сильно выше меня, худощавый, белобрысый, с синими глазами, бывшими единственным тёмным мазком на бледном невыразительном лице.

— Фер!

Под неодобрительным взором Эйдена мы сердечно обнялись, отступили друг от друга, присмотрелись заново, повнимательнее, и одновременно рассмеялись.

— Выглядишь…

— Как серьёзный уважаемый лесовик, — подхватил Фер. — Занимаюсь делами своего леса, налаживаю контакты с соседями…

— Так ты теперь дипломат?

— И дипломат тоже. А ты…

— А я по-прежнему ведьма.

— Тоже дело.

— Я думала, ты Эмиэль нашёл, — обернулась я к Стражу.

— Как выяснилось, вампиресса Эмиэль ныне пребывает в деликатном положении, — отозвался Эйден.

А беременную вампиршу из клана не выпустят ни под каким видом.

— Понятно.

— Прошу прощения, но дела вынуждают меня оставить вас на некоторое время, — обратился Эйден к Феру. — Я присоединюсь к вам чуть позже.

Фер величественно кивнул и Эйден, одарив меня напоследок выразительным взглядом, исчез в клубах тьмы.

— Инари, ну ты даёшь! — по-простому присвистнул лесовик, как только тьма рассеялась, оставив нас вдвоём. — Целого Стража отхватила!

— Я не отхватывала, — возразила я и указала на диван. — Присядем? Чаю, кофе? Или… может, чего покрепче? Знаю, час ранний, но, помнится, было время, когда это мало кого останавливало…

— С той поры много воды утекло, — с ностальгической грустью вздохнул Фер. — Нынче я не пью… если только бокал игристого на каком-нибудь мероприятии. Поэтому чай, если ты не против.

Я попросила духа-дворецкого подать чай, и мы с Фером сели на диван. Сначала обменялись короткими историями, как теперь поживаем и чем именно занимаемся, затем расспросили друг друга о тех знакомых из компании, кого помнили и с кем связывали более близкие дружеские отношения. И лишь потом я подступила к животрепещущей теме.

Если я ушла из компании сразу после приснопамятной ночи, то Фер продержался ещё несколько месяцев. Возможно, было бы и больше, если бы однажды не пришло письмо от его отца, с ультимативным требованием вернуться в родной лес и взяться за ум, в противном случае дальше непутёвый сынок будет крутиться сам, как сумеет и как получится, без доступа к семейному состоянию. Я не удивилась — в компании хватало выходцев из богатых семей и родов Тёмной стороны, пусть и не все афишировали своё происхождение. Поразмыслив, а пуще того, приглядевшись повнимательнее к компании и собственной жизни, Фер счёл, что круговерть развлечений и пьянок не стоит будущей безработицы и грызни за каждую монету, и в спешном порядке отбыл в родной лес. Что происходило в компании дальше и существовала ли она ныне, он не знал и знать не хотел. Жизнь Фера теперь бесконечно далека от деньков юности хмельной, и возвращаться к ним он предпочитал исключительно мыслями в минуту ностальгии. Я осторожно полюбопытствовала, не наводил ли кто обо мне справок после моего ухода и по прошествии времени, но Фер заверил, что нет, никто обо мне не спрашивал. То есть в компании, конечно, вяло поинтересовались, в какую бездну огненную я провалилась столь внезапно, однако ленивое внимание к моей персоне закончилось так же быстро, как ко всем её покинувшим.

Помнил ли Фер о каких-либо происшествиях, в которых могли пострадать посторонние?

Нет, ничего такого.

И с кем-либо из компании на его память не случалось ничего совсем уж непоправимого.

На всякий случай я уточнила, много ли среди нас было инкубов? Пожалуй, я запомнила бы Дерека, случись он в компании при мне. Всё-таки непривлекательные инкубы встречаются куда реже, чем видные красавцы, и оттого запоминаются сильнее.

Парочка инкубов была, но ни один не задержался надолго. По описанию на Дерека не походили, значит, в компании его точно не было. Откуда тогда ему известны подробности моей личной жизни? Ладно, за мной можно последить, можно опросить моих знакомых и выяснить, что мне и без кавалеров неплохо живётся, но как, от кого он мог узнать, что всего-то один и был? Об этом только Вит знал да парочка моих подруг-ведьм… не они же рассказали?

— Слушай, а ты помнишь тот клуб, куда мы иногда заваливались… «Полночь», кажется.

— «Полнолуние», на Вишнёвой улице, — педантично поправил Фер и тут же широко, мечтательно улыбнулся воспоминаниям. — С кем я там только не перезнакомился в своё время… правда, уже позабыл половину имён и лиц.

— Точно, «Полнолуние». Я там тоже познакомилась… — на свою голову, не иначе.