Темная тайна инкуба (СИ) - Серина Гэлбрэйт - Страница 3

Посредством народного фольклора незнакомца в чёрном идентифицировали как Стража. Поскольку, по мнению прислуги, все улики указывали на его участие в похищении, а чета Ризантов явно не торопилась возвращать дочь под кров отчего дома, Колин взял расчёт и отправился вызволять свою ненаглядную из плена злодейского. Начитавшись в процессе освоения литературного наследия всяких мифов и легенд, Колин решил, что главным помощником в деле о спасении любимой должен стать волшебный конь, который и подскажет где надо, и через препятствия непреодолимые одним махом перенесёт. А как же иначе, если зверюга волшебная? Ну и какой-нибудь меч-кладенец лишним не будет, мало ли, вдруг придётся выйти на смертный бой с самим Стражем, а его, как известно, обычное оружие не берёт? И где раздобыть волшебный инвентарь? Правильно, у ведьмы лесной. Не магов же дипломированных, милостью королевской обласканных грабить… оно-то точно ой как чревато последствиями всякими нехорошими.

Послушала я, покосилась хмуро то на цепочку, то на Колина, да и послала незадачливого вора.

К Витьке на ночлег. Всё равно без цепочки парень фамильяра не уведёт и Вит ему так просто в руки не дастся.

Утром разбираться будем.

И вот утро наступило, я, невыспавшаяся, лохматая и недовольная, сижу за столом, пью кофе и разглядываю цепочку, уложенную на всякий случай в коробку.

Что-то здесь нечисто. Точнее, нечисто всё, начиная со свежеиспечённого героя и заканчивая историей дней минувших. Способ оплаты «отдай то, что дома не знаешь» был безмерно стар, восходил корнями к глубокой древности и идеям предназначения и ныне популярностью не пользовался. К нему прибегали лишь когда чётко знали, что или кого получат в результате. Ни один уважающий себя тёмный — и светлый тоже — не станет требовать у человека нечто настолько эфемерное, ненадёжное, и особенно Страж. Если, конечно, речь действительно идёт о Страже.

Настойчивый стук по стеклу отвлёк от вдохновляющих размышлений.

— Утречка доброго, госпожа ведьма, — голова Колина, взлохмаченная не меньше моей, просунулась в распахнутое окно кухни.

— И тебе не хворать, — отозвалась я, гадая, что тут может быть доброго.

— А не найдётся ли у вас корки хлебной для голодного путника? Или каши прогорклой? Или… ещё чего-нибудь съестного?

— Заходи, — махнула я рукой в сторону задней двери и, едва Колин переступил порог, указала на холодильный шкаф. — Можешь взять хлеба с ветчиной и сыром и настрогать себе бутербродов. Чай в верхнем левом шкафчике, но если лень заваривать, налей обычной воды, чайник вроде не совсем ещё остыл.

Парень окинул кухню удивлённым взором — ну да, оборудована отнюдь не по последнему слову техники, однако вполне прилично для этих мест, — затем с толикой детской обиды покосился на меня. Угу, видела я уже этот взгляд накануне, когда отправила Колина ночевать к Витьке. Похоже, будущий спаситель прекрасной девы всерьёз полагал, что я должна положить незваного гостя себе под бок, а утром подать в постель самолично приготовленный завтрак. Впрочем, к чести своей, Колин не стал долго изображать сурового героя, которому не по чину самому себе бутерброды делать, и быстро справился с поставленной задачей. Плеснул воды в чашку, устроился напротив меня и принялся за еду. Какое-то время мы молчали: я допивала кофе и думала о специфике старинных обычаев, Колин жевал. Вита я с утра ещё не видела, хотя и знала, что он бродил где-то поблизости. Цепочка нервировала фамильяра, вынуждая держаться от неё подальше, во избежание, как говорится.

Я подождала, пока Колин прикончит все пять бутербродов — и куда только лезет в тощего такого? — и задала главный вопрос:

— Где ты раздобыл цепочку?

Парень махом опорожнил содержимое чашки и посмотрел на коробку, лежащую в центре стола.

Потом на меня.

И снова на коробку.

— Достал у кое-кого.

— У кое-кого? — повторила я. Интересно, и кто у нас раздаёт направо-налево зачарованные предметы столь узкого направления? — У кого конкретно?

— У одной ве… у одного знакомого.

— А имя у этого знакомого есть?

Колин вновь поднял на меня глаза и пристальный его, изучающий взгляд мне совсем не понравился.

— А что мне за это будет?

Оп-па! Как быстро запросы-то растут, и смелость проявляется при свете дня да с пониманием, что страшная ведьма не собирается тебя убивать.

Видимо, выражение моего лица стало весьма красноречивым, ибо Колин тут же сменил тон.

— Вы не подумайте чего, госпожа ведьма…

— Инарин, — перебила я. — Учитывая обстоятельства нашего знакомства, можно обойтись без госпожи и выканья.

— Ладно, — покладисто согласился гость. — Так вы… ты не думай, я не вымогаю и не требую, просто мне действительно нужна помощь ведьмы… ну, или кого-то знающего. Сам я не смогу попасть в царство подземное… то есть на Тёмную сторону и Радушку там вряд ли найду.

— Может, стоило сразу подумать об этих немаловажных нюансах?

— Я и подумал.

И теперь результат активной мозговой деятельности сидит передо мной, хмурится и пытается выторговать себе какие-никакие поблажки.

— Или у хозяина цепочки спроси.

— Спросил, — кивнул Колин. — Она велела к ведьме лесной пойти и освободить из плена ведьмовского волшебного коня, он мне в благодарность поможет, и заодно цепочку продала, потому как простому смертному волшебные существа не сразу подчиняются…

— Она? — а круг сужается.

Сообразив, что сболтнул лишнего, парень тут же умолк.

— Колин, — я откинулась на спинку стула, — если ты полагаешь, будто я за имя этой твоей псевдоблагодетельницы выполню любой твой каприз, то ты сильно ошибаешься. Если потребуется, я её и без тебя найду, ибо нечего ко мне всяких с намерениями сомнительными посылать. Что до тебя, то забирай свою цепочку и иди на все четыре стороны. Я тебя не держу.

— А Радушка пусть и дальше в плену томится? — в голосе пробились возмущённые подобной несправедливостью нотки.

— Хочешь помочь Радане? Обратись в ближайшее отделение маграсследований, это дело как раз попадает под их юрисдикцию.

— Нельзя! — Колин аж вскочил, глядя на меня со священным ужасом в глазах. — Маги сразу к лорду и леди Ризант пойдут, а они…

Явно не желают огласки.

— Они… ежели поймут, что это я донёс…

— Какая разница? — пожала я плечами. — Ты всё равно больше на Ризантов не работаешь.

— А вдруг позже вернуться захочу? Пожалуйста, помоги мне! Одному мне не справиться!

— Сочувствую, но благотворительный фонд в помощь сирым и обиженным не держу.

— Я… я заплачу, — неуверенно выдал Колин.

— Чем? — полюбопытствовала я вкрадчиво.

Наличности у него нет — это мы выяснили. Ценностей тоже. Полезных услуг предложить он не может, а натурой не возьму уже я. И органы его мне не нужны. Так чем он расплачиваться намерен?

— То есть не совсем я… Если кто-то вернёт Радану домой, то её родители наверняка щедро вознаградят этого человека.

И не только денежно. Окажи роду столь древнему, богатому и влиятельному неоценимую услугу и сможешь просить… нет, ни в коем случае не то, чего они не ожидают обнаружить в многочисленных своих домах, замках и поместья, но… протекции, полезных связей и финансирования. Будет где и на что развернуться, да и покровительство Ризантов способно поднять на прежде недостижимую высоту. Ведьмы в славном нашем королевстве были не то чтобы вне закона, скорее существами второго, если не третьего сорта, хуже нас только ренегаты да тёмные. Профессиональные маги с их гильдией, академией, дипломами и легализацией колдовской деятельности делали всё, чтобы потопить конкурентов и сохранить за собой монополию на волшебство. Поэтому если ты хочешь быть настоящим серьёзным магом, а не всего лишь ведьмочкой, вершить великие дела и колдовать открыто, то ты должен поступить в академию, отучиться там шесть лет, получить диплом и специализацию, автоматом стать членом гильдии, регулярно платить налоги и магичить исключительно в соответствии с регламентом. Безусловно, гильдия давала немало преимуществ — защита, обязательное трудоустройство, пенсия и прочие радости благополучной жизни. В то время как ведьмам, вынужденным по большей части обретаться в провинции, подальше от столицы и крупных городов, приходилось рассчитывать на себя да на свой род, если таковой был. Однако и требовала гильдия много, а уж о строгих её правилах и вовсе легенды слагали. И даже если бы я в юные годы отказалась от наследия предков и попыталась поступить в академию, доставшийся от тех же предков коктейль в крови стал бы основательным препятствием на этом пути. С протекцией Ризантов я, конечно, гильдийных не подвину, но собственный статус подтяну, образ жизни поменяю и докажу, что ведьмы тоже чего-то стоят. А там кто знает, какие перспективы могут открыться?