Тактический рывок (СИ) - Мясоедов Владимир Михайлович - Страница 57

— Ну…И да, и нет… — Алхимик начал оглаживать склянки с кровью чуть светящимися пальцами, сияние с которых потихоньку перетекало в кровь солдат чародея, временами задерживаясь в проступающих на стекле символах. Большинство пробирок приняли магию индуса вполне благосклонно, в десятке жидкость мгновенно свернулась, штуки четыре дали осадок, а одна так и вовсе вспыхнула, словно бенгальский огонь и была немедленно выкинута в распахнутый иллюминатор. — Теоретически данный фактор стоит учитывать, но если мы говорим о препаратах, облегчающих становление именно магом первого ранга, то добыть нужные компоненты, как правило, не проблема. Работа мастера, а доверять подобную работу недоучкам — значит рисковать своей энергетикой и своим будущим, будет стоить дороже в разы необходимых компонентов. Встречаются, конечно и исключения…Например, мне известно, каким должен быть рецепт для человека, который при отсутствии развитого дара и серьезных возрастных проблемах имеет ярко выраженный потенциал к становлению магом пепла. Но одним из ключевых ингредиентов будет выдержанный в вулканической магме порошок из молотого драконьего сердца восточного крылатого змея с черно-зеленой чешуей…Очень сильный, очень редкий и очень дорогой реагент, ибо владыки неба это вам не коровы, а первый попавшийся еще и не подойдет…Потенциальным ясновидящим, у которых проблемы с сосудами сердцем, кстати, придется вообще от приема эликсиров отказаться, и тут даже не в цене дело. Растение, в древних справочниках обозначенное как: «Кровь великого западного моря», официально вымерло аж полторы тысячи лет назад, замены ему за это время так и не нашли, а без ключевого компонента их энергетика в районе главной человеческой мышцы тупо расползется по швам…

— Понимаю, — Олег мысленно подивился подобной глубине вопроса и столь грамотному подходу, учитывающему детальные особенности каждого человека. Впрочем, он бы не удивился, узнав, что известные алхимику рецепты сохранились со времен Атлантиды и Гипербореи, а рассчитывали их на каком-нибудь волшебном компьютере. — А вы можете помочь тем из моих уже одаренных подчиненных, которые хотели бы поскорее шагнуть на следующий ранг? За отдельную плату, само собой…

— Ну, если только слабейшим из них, — неуверенно пожал плечами алхимик, который золота явно хотел…Но недостаточно, чтобы взять на себя те обязательства, с которыми он не смог бы справиться. — Моя специальность — эликсиры для молодых храмовых воинов, что вряд ли когда-то продвинутся слишком высоко. Теми из них, кто имеет достойное происхождение и не обделен талантом или хотя бы настойчивостью, занимаются другие люди…Однако для тех одаренных первого ранга, кто имеет слишком уж буйный характер и не повинуются старшим, я могу сделать такие эликсиры, что позволят им шагнуть на грань второго, что вместе с силой принесут им дисциплинированность, молчаливость и послушание тому, чья кровь будет добавлена в зелье…Хотите?

— Нет, мне такого не нужно. — Олег не собирался превращать своих бойцов в лишенных инициативы болванчиков, им же не золотых идолов круглыми сутками охранять всю свою жизнь и не таскаться следом за жрецом молчаливыми, тенями, отгоняющими простолюдинов, пытающихся чего-то клянчить у брахмана. И свою кровь сему алхимику он доверять не собирался, а то мало ли, чего еще с её помощью его коллеги сделать удумают. — Те, у кого проблемы с дисциплиной, во время боевых действий и так отсеиваются. Специфика производства, так сказать…

В дверь каюты, переделанной под алхимическую мастерскую, кто-то от души постучал чем-то тяжелым, заставив тонкое дерево протестующее скрипнуть и чуть ли с петель не слететь. Более мощную защиту на вход в данный корабельный закуток ставить в общем-то смысла и не было — если противник сюда во время абордажа ворвется, то ничего ценнее личных вещей не найдет.

— Олег, мы кажись ужо того…Подлетаем. — Раздался снаружи усталый голос бывшего крестяньина, всю дорогу ускорявшего движение судна вместе с прочими воздушниками. — Город, стал быть, виден вельми хорошо, и проводник говорит, шо это, дык, какой надо город и не заблудилися мы невзначай…И даже не напал по дороге итъ никто…Хм. Оно того, странно как-то…

— Действительно, необычный случай, — согласился с нам чародей, кивая на прощание индусу-алхимику и покидая каюту, чтобы ознакомиться с высоты с первым городом Османской Империи этого мира, который ему доведется увидеть своими глазами…Причем не в составе армии вторжения и даже не в качестве раба. А ведь до недавнего времени чародей считал подобный визит практически невозможным…Нет, какие-то купцы до начала военных действий между сверхдержавами в гости к подданным султана все-таки ездили, причем с охраной. Однако чародей бы заниматься подобной работой точно не стал. Интуиция подсказывала ему, что среди боевых рабов, которых предложат выкупить индусам, наверняка найдется и кто-нибудь из этих купцов, и их охранники. Не могло же всем из них повезти оказаться на родине или вблизи неё в тот момент, когда начались официальные боевые действия, и частные предприниматели родом из враждебной страны вместе с их товарами стали законной добычей и для армии, и для местных аристократов, наверняка не упустивших свой шанс.

Город, носивший довольно поэтическое название «Цветочный бархан», стоящим посреди пустыни назвать было никак нельзя, ибо вокруг него никакой пустыни и близко не было. И какие именно барханы имел в виду его основатель оставалось только догадываться. А вот цветы, конечно, были, хотя конечно в меньшем количестве, чем злаки или же фруктовые сады. Четкие и практически одинаковые квадратики отдельных хозяйств, в свою очередь разбитых на единообразные делянки, отделенные друг от друга невысоким плетнем, занимали десятки и даже сотни квадратных километров, наверняка ежегодно принося немалый урожай. Однако нигде не было видно деревень или иных крупных скоплений мест компактного проживания людей. Зато в центре каждого участка высились типовые и словно бы одной строительной бригадой воздвигнутые сарайчики, в которых видимо и проживали люди, ухаживающие за посадками. Серьезная непогода или нападение опасных хищников в данном регионе, видимо проблемой не являлись, а бандитов обитатели данных строений не боялись. Чего им брать у рабов, которые к сей земле привязаны и даже на работу не ходят, ибо на этой работе они в прямом смысле слова живут?

Сам город оказался по меркам этого мира удивительно обычным. Два кольца укомплектованных башнями и бастионами стен из чуть желтоватого камня, самые высокие из которых отделяли богатый район от всего остального. Двух и трехэтажные дома с плоскими крышами в не самых бедных районах, халупы построенные чуть ли не из хвороста в трущобах. Удивляло разве только количество минаретов, высившихся тонкими шпилями то тут, то там: их насчитывалось штук тридцать, не меньше. Центральные улицы были широкими и более-менее ровными, а вот остальная застройка представляла из себя тот еще хаотический лабиринт. Площади рынков. Участок зелени вблизи стоящего в геометрическом центре города крупного дворца, видимо представляющего из себя маленький парк. С большого расстояния сей населенный пункт казался мирным и светлым, ничуть не выдавая своего статуса одного из крупнейших центров работорговли этого мира. Он конечно находился не в первой десятке…Но где-то в первой сотне маячил точно, и вряд ли в самом конце. Все-таки Цветочный бархан был одним из крупнейших центров коммерции одной из мировых сверхдержав, причем сверхдержавы той, которая специализировавшийся именно на захвате и использовании невольников.

— Дык, и чего я святой воды у, стал быть, церковников пару бочонков впрок взять не догадался? — Сокрушался вышедший на верхнюю палубу Святослав, который должен был сопровождать Олега и князя Чатурведи во время визита к местному владыке и, по совместительству, племяннику индуса. — Оно ж того…Против чертовщины всякой итъ первое дело, а у нас на базе итъ как раз специалисты по изготовлению, того-этого, без дела мыкаются…

— Можешшшшь шшшчитать, гладкокошшший, что эти деньги ты ошшшень выгодно шшшэкономил, — внезапно подал голос один из сопровождающих князя, а именно здоровенный наг с чешуей изначально темно-зеленого оттенка, ныне значительно посветлевший из-за многочисленных шрамов. Нелюдь был настолько велик, что с трудом протиснулся через ведущую на верхнюю палубу дверь, куда-то вообще-то матросы входили втроем, притом не толкаясь локтями. — Шшшей град ешшшть обитель магов шшшшвета и веры по нынешшшним временам ортодокшшшальной. Многие шшшъехали из Шшштамбула именно шшшюда в ту пору, когда для шшшултанов и вишшширей шшштали привышшшны и приемлимы договоры с шшшилами зла. Демоны и демонологи шшшдесь не привешшштвуются. И не вышшшивают.