Каждый может любить (СИ) - Колесникова Валентина - Страница 35

- Знаю, - Мария тепло улыбнулась, грея руки о горячую чашку какао с зефирками, - и понимаю, но заставить себя не переживать просто не могу.

- Это называется предсвадебный мандраж, - я хмыкнула, вспоминая свою свадьбу с Дмитрием. Я тогда всю ночь не спала, думала, помру от волнения, - встречается постоянно у лиц женского пола накануне торжества. Дабы исключить осложнения, необходимо съесть шоколадку, запить ее вином и устроить нечто грандиозное для выхода эмоций! Вы платье купили на новый год?

- Нет, - Мария рассмеялась, полностью расслабившись. Было видно, как напряжение покидает ее тело, и взгляд девушки стал более спокойным.

- Потом купите… Я кое-что придумала! Поехали ко мне!

- Зачем?

- Вы ведь любите рисовать, правильно? Правильно. А у меня дома что есть? Холсты, краски, кисти, огонь и много свободного пространства для творчества. А творчество что делает? Правильно – дает выход эмоциям! Я только так и выжила после разрыва – все на холст, все на бедный холст! Ну как идея, согласны?

- Еще как согласна!

Я не понимаю, как вообще это все получилось, не помню, как мы вошли ко мне в квартиру и совершенно не понимаю, сколько прошло времени, но…

План воплотился в реальность. Краски. Холст. Смех. Много смеха! Музыка, бокал красного полуслакого, которого мне честно дали понюхать, охреневшие от шума соседи, пропущенные звонки от Преображенского – все это смешалось в единую массу из мыслеобразов, эмоций и чувств. Мы просто писали свою жизнь на белом холсте, наполняя ее цветом, добавляя все больше и больше красок.

Яркие пятна и переливы, много синего, иногда ярко-алого, насыщенного, будто кровь.

Никто и ничто больше не нужен – лишь своя собственная жизнь перед глазами, созданная своими собственными руками.

- Мы создаем картины, - прошептала Мария, вытирая краску со лба, - но и жизнь свою моделируем точно так же. Наши мысли и опасения чаще всего не беспочвенны, всегда есть причина, ситуация, повлекшая за собой определенные обстоятельства.

- Но цепляясь за прошлое…

- Мы губим настоящее, - закончила за меня девушка, - и не важно, что будет дальше. Если урок, полученный благодаря прошлым событиям усвоен, значит ситуация не повторится.

- Согласна полностью, Мария, - наблюдать за девушкой, больше похожей на маленького ребенка с кистями в руках, было мило. Меня удивляло, насколько она простая и в тоже время сложная. Легкая, но не наивная. Доверчивая, но в тоже время все еще не разочарованная в людях. Прекрасное сочетание несочетаемого. Виктору очень повезло, и ей с ним тоже. Они даже не представляют, насколько сильно дополняют друг друга, но в любом случае, я полностью уверена, что их семья все преодолеет. Несмотря на будущие ссоры и неприятности, болезни и неприятные моменты – они будут рядом друг с другом, они будут честны друг перед другом, но самое главное – они оба будут верны своему слову и выбору, так как оба в первую очередь уважают самих себя. И это очень важно!

- А можно все же спросить? – я не могла удержаться, знала, что плохо, но любопытство впервые на моей памяти давило так сильно. – как вы познакомились с Виктором?

Мария на мгновение замерла, а потом заулыбалась еще сильнее. Взгляд при этом изменился, стал нежнее, и девушка просто начала рассказывать. Медленно, с теплотой в голосе, она рассказала и про прорванный потолок и про съемную квартиру и про то, как Аня надоедала Виктору с детскими вопросами, но к ее удивлению мужчина трепетно терпел все измывательства и смиренно отвечал, почему небо голубое, а трава зеленая. Она рассказала про работу в фирме лишь вскользь и ни словом не обмолвилась об Александре… Старательно обходила тему – она ей неприятна или это из-за самого Преображенского? Но с другой стороны, история Саши мне не известна, и если уж спрашивать о прошлом, то у него самого.

- А можно теперь мне поинтересоваться? – перемена в ее взгляде меня напугала. Мягкость исчезла практически мгновенно, уступив место самым настоящим бесам. Подобное преображение для меня удивительно. Когда девушка поняла, что я не против вопроса, она не стала сотрясать воздух, спросив меня в лоб, - вам нравится Преображенский? Как мужчина, а не как друг и приятный собеседник…

Я мгновенно зарделась, словно маленький ребенок. Такая реакция для взрослого человека мне показалась странной, но она выдавала меня полностью.

- Нравится, - прошептав это, мне стало легче, словно камень с плеч упал.

- Влюбились?

- Не знаю, - я ответила честно, - все очень сложно. К тому же я знаю о его нелюбви к детям и не питаю особых надежд. Разобраться в своих чувствах сложно, я не могу понять, что из них относится к простому желанию не быть одинокой, а что вызвано страхом остаться наедине с младенцем без опоры и поддержки. Я знаю лишь то, что при взгляде на Александра внутри все разгорается ярким огнем, пока этого мне достаточно.

- Вы боитесь, что путаете влюбленность со страхом… интересно… У меня такого не было. Если честно, когда я осталась с малюткой одна, во мне бушевала ненависть. Яркая, отравляющая – она словно поглотила тело, отравляя мысли. От любви до ненависти действительно один шаг и я удивлена вашему спокойствию относительно бывшего мужа. Опять же, вспоминая себя, я сходила с ума примерно… месяц… каждодневные истерики, плач в подушку, бессонница… Вспоминать тошно, насколько была глупой.

- Моя история началась с того, что он просто сел и честно во всем признался. Признался, что чувств больше нет. У нас на тот момент не было детей, оба самостоятельные взрослые люди, работаем, есть крыша над головой, студия, небольшая квартирка… Никаких измен, как я думала, первостепенно – уважение к себе. В такой ситуации странно ощущать ненависть, ведь человек вместо обмана выбрал верный путь – он во всем признался, не совершив при этом ошибки. К сожалению, уже потом, когда я переболела эмоциями, переросла каждодневные истерики и вой в подушку, я узнала об измене, но теперь это не важно. Намного серьезнее сейчас - мое положение и отвратительное поведение семьи с его стороны. А если быть совсем честной, то присутствие Александра в моей жизни сильно сгладило ситуацию. При мысли о нем становится тепло и уютно…

- Вы ведь знаете, что произошло между нами?

- Он очень сильно любил вас… - странно, разговор зашел в такую степь, из которой уже сложно выбраться…

- О нет, не верно, - девушка протестующе покачала головой, - все не так. Он был влюблен, ухаживал за мной, соперничал с братом, но этих чувств оказалось недостаточно.

- Недостаточно для чего?

- Вы скоро сами поймете. Не буду загадывать, но я искренне хочу, чтобы то, о чем я думаю – осуществилось. Мне кажется, что все ведет именно к этому…

- К чему? – от разговора стало не по себе, я совершенно ничего не поняла из сказанного Марией, но вместо ответа девушка загадочно улыбнулась.

- Скоро узнаете, - она отбросила назад свои волосы, потянулась, разминая затекшие плечи.

- У меня есть вопрос, который я уже давно хочу задать, - вот он, своеобразный момент истины, - но я понимаю, что лезу не в свое дело, с другой стороны, если я спрошу у самого Александра – он не ответит честно. Точнее я просто не буду знать, что правда, а что вымысел…

- Задавайте, но я не обещаю дать ответ.

- Он действительно… ну… менял женщин как перчатки? Я спрашиваю, потому что… Потому что люди не меняются…

- Да уж, такое у него и правда не спросишь, - хмыкнула девушка, задумалась при этом, посмотрела на меня как-то странно, но потом все же ответила. – когда я с ним познакомилась, он мне дико не понравился. Я не люблю мужчин такого типажа, но поймите меня правильно – именно этим я его и заинтересовала. Он привык, что женщины сами вешаются ему на шею, привык, что можно ничего не обещать, а просто совершать взаимовыгодный обмен – удовольствие за деньги. Девушки получали дорогие подарки, мечтали о богатой обеспеченной жизни, но когда перегибали палку, он сразу рвал отношения. Точнее там и отношений как таковых не было. Саша просто не понимал, как должна выглядеть семья изнутри, не понимал, что такое домашний очаг, а я не понимала, как такое возможно, пока не узнала его историю. Я не имею права ее рассказывать, но знаете, мое отношение изменилось после того, как я получше его узнала. Я стала понимать, почему он меняет женщин, почему так к ним относится. Понимать, но не принимать это. Напоследок могу сказать то, что после нашей с ним… ссоры… он сильно изменился. И я не соглашусь с тем, что люди не меняются – меняются, но при определенных условиях. Когда опускаются на самое дно, когда их разрывает на части, когда они оказываются в полном дерьме. И дальше два пути – утонуть и сдохнуть, или выкарабкаться и выжить. Как-то так. Прошу прощение за резкость в словах, но иначе не знаю, как сказать правильно. Жаль говорить, но мне уже пора. Сегодня последняя примерка платья перед свадьбой. Спасибо, Даш. Разговор с вами помог найти правильные мысли и сформулировать их, но самое главное – я больше не боюсь. И еще скажу – у Саши не было семьи. Запомните это.