Демон меня отбери! - Санна Сью - Страница 6

– Ладно, не обижайтесь, просто я передумала участвовать, и мне бы хотелось, чтобы кто-то ещё передумал.

– Эгоистка ты, Шелли, бедный Микош, – покачал головой барс.

Кстати, только сейчас заметила, что эльфа за столом нет. Хреновая из меня девушка.

– Это наглый поклеп, – возмутилась в ответ на замечание Дарта. Неблагодарные какие. Я их тут всех спасаю, а они меня эгоисткой обзывают. – Но рассиживаться и спорить мне с вами некогда. Побежала хвосты сдавать.

Прикончила завтрак и, махнув друзьям рукой, отправилась в библиотеку. По пути подумала о том, что, в принципе, этот доклад по истории может быть мне даже полезен – что Великая Серость ни делает, всё к лучшему. В теме «Инкубы до и после большой войны» я плавала, а ведь там может найтись зацепка или даже причина, по которой Лукасгар гарн Септер задумал недоброе.

Эта неделя давалась вот таким как я студентам на то, чтобы подтянуть перед практикой хвосты, поэтому библиотека кишела раздолбаями разных рас и возрастов. Еле-еле нашла свободное место и, получив у библиотечной феи стопку книг по обозначенной теме, принялась их изучать… Не открывая… Потому что руки мои никак не хотели дотрагиваться до этой горы объёмных томов, а глаза пытались закрыться, чтобы не читать огромный объем информации. Так бы сидела и пялилась в ужасе, но маги-алхимики не зря ели свой хлеб, придумывая полезные зелья, которые облегчили жизнь не одному выпуску нерадивых учеников. Не морщась, я выпила заранее купленные микстуры повышения концентрации и скорочтения, и только тогда смогла погрузиться в работу.

На допинге дело спорилось. Уже к концу второго часа доклад был готов, и я принялась искать то, что меня интересовало больше, чем уклад жизни инкубов до и после войны – их тайны. Судя по учебникам, эти демоны от ухода за серые границы только выиграли и затевать заговоры им не имело смысла, но я упорно копала, ища хоть что-то, чего бы инкубы лишились, покинув внешний мир.

В былые времена, когда империи ещё не было, выживание людям давалось непросто. Тёмные питались нами как подножным кормом: вампиры пили кровь, инкубы потребляли без спроса и осторожности сексуальную энергию, демоны-пожиратели – магическую, зомби вообще могли сожрать целиком… В общем, каждый тёмный мечтал отхватить кусочек человечка. Но пятьсот лет назад в наш мир пришли драконы, страшно возмутились такому произволу, и началась война. Магия ящеров была серой, они не делились на светлых и тёмных, поэтому пытались донести до жителей нашего мира, что для благоденствия нужен баланс – нейтральная серость. И вот для тех, кто с ними согласился, они и создали Серую империю, где жители не выпячивали свою принадлежность светлым или тёмным, а уважали нейтралитет. Уйдя с нами от собратьев, инкубы ничего не лишились. Разве что теперь они не могли питаться сексуальной энергией без согласия партнёра, но партнёров-то у них всегда в достатке. Заряжалки – официально их «должность» называлась «энергетический помощник» – выстраивались в очереди, и не только потому что их работа шикарно оплачивалась.

Что же может быть нужным Лукасгару? Что его не устраивает? Может, он хочет сместить императора-дракона и сам занять трон? А что? Возможно. Этот гад ещё какой зазнайка честолюбивый… Правда, неясно, причём тут отбор и полный состав выпускного курса столичной академии магии… Нет, что-то не вяжется…

Принялась искать дальше и, перебирая книги, наткнулась на тоненькую детскую книжку со старыми сказками инкубов, а вот в ней с удивлением обнаружила ту самую историю про трусы и девственниц, которую нам рассказывала Рива ещё на первом курсе. К огромной моей радости, в этом издании после текста шёл исследовательский разбор, в котором учёный-историк, великий магистр Годрик Бодрик, трактовал сказку со своей точки зрения. Помимо прочих рассуждений он утверждал, что империя специально взяла курс на свободу нравов, чтобы лишить инкубов истинных пар, потому что драконы этого опасались. Обретая истинную, демоны плодились и получали способность принимать третью ипостась. Ничего себе! Правда, говорят, Годрик к концу жизни немного двинулся, но вдруг то, что говорил – правда?! Это можно обдумать, это уже хоть какая-то зацепка – мысли так и сплетались в цепочку. Может, они ищут среди нас девственниц? Хм… Не, а парни тогда им зачем?

Я бы долго могла ещё ковыряться в книгах и мыслях, но тут к столу подошёл Микош. Как хорошо, что доклад я убрала в сумку.

– Шелли, ты что это делаешь? – он сверлил удивлённым взглядом книги по истории. – Ты ведь сказала, что уже сдала доклад…

– Сдала, – я даже кивнула для убедительности. – Просто понимаешь, Мик, я решила узнать побольше о будущем командире. Оказывается, я очень многого не знала об инкубах.

– Странно, я думал, ты их фанатка, – в голосе мелькнули ревнивые нотки, – ну да серость с ним. Идём на обед, а потом на собеседование?

– Ой, спасибо, что зашёл за мной, а то я так заработалась, что обо всем забыла.

– Что тоже очень странно и на тебя совсем не похоже.

– Так, всё, – оправдываться мне надоело. – Иди в столовую один, Мик, а я закину сумку в комнату и присоединюсь позже.

Мне нужно было не только сходить в общагу, но и сдать многострадальный доклад, поэтому я сделала крюк и потеряла время, которое планировала потратить на то, чтобы привести себя в порядок. Да-да, мне почему-то невероятно сильно хотелось выглядеть на собеседовании достойно, а не как обычно, поэтому я пожертвовала вкусной и питательный едой ради причёски, макияжа и переодевания.

Пришла в столовую, когда феи уже убирали тарелки, и успела лишь стоя, прямо на глазах у ошарашенных друзей, запихнуть в рот котлету и запить её компотом.

– Шелли, тебя не узнать, взялась за старое? – Клод всегда говорил то, что думал. Полу-ангелы, как и ангелы, не умели лукавить. – Решила попытать удачу с генералом-командором? А как же Микош?

Клод с сочувствием посмотрел на красного от досады Микоша, и все остальные тоже. Неудобно-то как!

– Что за глупости? – подхватила своего парня под руку. – Просто мне мама вчера звонила и полчаса читала нотации про гордость рода и прочее. Велела не опозориться на собеседовании и выглядеть, как взрослая Верис.

– А, тогда всё понятно, – Клод сам не врал и другим всегда сразу верил.

Правда, не все были такими, как он. Рива с Лау, да и Микош продолжали смотреть на меня скептически.

– Ну что застыли? Мы никуда не опаздываем? – спросила я, готовая психануть и на всех обидеться. Мне никогда в жизни не приходилось столько изворачиваться, и это дело мне категорически не нравилось. – Опаздываем, – отмерли все разом и торопливо отправились каждый к своей аудитории, где генералы-командоры проводили собеседования доставшихся им студентов.

Из нашей компании обладателями жёлтых печатей стали трое: я, Микош и Рива. А всего в команде гарн Септера насчиталось тринадцать студентов, и к моменту нашего появления все остальные участники уже расселись на подоконниках в коридоре перед аудиторией, дожидаясь начала испытаний.

– Вызывают или живая? – деловито поинтересовалась Рива, поравнявшись с ближайшим заполненным подоконником.

– Вызывают, первый уже пошёл, – ответили ей, и мы прошагали в конец коридора, чтобы тоже примоститься на свободный подоконник.

– Отлично, сейчас тот, кто отстрелялся, расскажет, о чём генерал-командор спрашивает, – потёр изящные ладошки эльф, и я вновь удивилась его невероятному, прямо даже нездоровому воодушевлению.

Но вот только ни первый, ни второй вышедший из аудитории ничего нам рассказать не смог: инкуб – умный, зараза – поставил запрет на разглашение информации, и из-за этого в оставшееся время мне пришлось срочным образом прикидывать возможные вопросы и варианты ответов, следя за периодически вспыхивающей в коридоре надписью с именем следующего студента.

Меня вызвали шестой, попросив про себя благословения у нейтральной Серости, я толкнула дверь аудитории.

Гарн Септер сидел за преподавательским столом и собеседовал членов своей команды в одиночестве. Порадовалась, что заряжалку он с собой не прихватил, и уселась напротив демона на стул, стоявший, как одинокое дерево, среди пустыни. Сложив руки на коленях и замерев, я почувствовала себя единственным листочком того одинокого дерева, оказавшись под прицелом невероятно притягательных, смотрящих на меня с высоты преподавательского места инкубских глаз.