Новогодняя жена (СИ) - Романова Екатерина Ивановна - Страница 11

Раньше я никогда так часто не закатывала глаза. Выражайся просто, Кристина! Никаких идиом, метафор, гипербол и упаси тебя Необ… тьфу, упаси тебя Господи, не используй оксюморонов! Застыдят ведь!

— Ладно. Ты отвечаешь то, что от тебя хотят услышать. То, что тебе вложили в сознание, чему научили. Но чего хочешь ты сама?

Девочка поджала губы, со звоном поставила чашку на блюдце и поднялась.

— Я хочу закончить этот разговор и уйти в свою комнату. Поскольку вы чужачка, а не моя матушка, ваше дозволение на это мне не требуется. Доброго дня, графиня.

Прежде, чем я успела рот открыть, девочка уже вылетела из столовой. Бедное измученное дитя. Да Ирбис и конкретно замок графа прямо находка для врачей всех специальностей! Столько докторских диссертаций можно защитить, столько тем! В первую очередь, конечно, психологи и психиатры всех мастей заинтересуются, но для токсикологов тоже найдется работа. Именно этим я сейчас и планировала заняться! Поговорить с графом насчет сотрудничества.

Альберт помог найти комнату супруга. Без него я бы даже с компасом не справилась. Замок не слишком большой, как просветил дворецкий, всего пять этажей (ага, как дойдет дело до уборки, так «всего» превратится в «ого-го»!), но сеть коридоров и закутков превращают его в лабиринт. Остается только ниточку привязать и клубочек с собой носить, чтобы не потеряться. Ариадна же как-то спаслась при помощи клубка, я чем хуже?

Супруг моему появлению не обрадовался, хотя сдается мне, что это кислое выражение в области лица его обычное состояние.

— Кажется, вы обещали с сегодняшнего дня не заходить в мою комнату.

— Да кто, нас, женщин, поймет? — обворожительно улыбнулась, намекая Альберту, что пора покинуть нашу славную компанию. Дворецкий поклонился и бесшумно вышел.

Не дожидаясь разрешения мужа, расположилась на уже облюбованном кресле и привлекла к себе внимание. Так, зрительный контакт установлен. Перейдем к делу.

— Как вы знаете, ваше сиятельство, я по образованию токсиколог, — сказала и замолчала, подбирая слова.

Вы бы тоже тщательно слова подбирали, когда на вас смотрят таким взглядом, словно порчу наводят. Да и свежо в памяти касание ледяных щупалец, приковавших к сидению. Люди по-разному добиваются желаемого для себя поведения. Одни — вызывая в других уважение, иные — заставляя бояться, как граф. Это самый простой способ добиться того, что тебе нужно. Вот родители, например, чтобы добиться от ребенка нужного поступка, обещают ему ремня. Я человек прямолинейный, но поскольку мне сейчас без сомнений обещали ремня, слова подбирала витиеватые.

— Мы бы могли помочь друг другу. Я уверена, что могу быть полезна в профессиональном плане. Доротея сказала, что ваши лекари отрезают конечности слугам при укусах змей.

— Все верно. Нужных сывороток на всех не хватает. Королевство не способно обеспечить их производство в необходимом объеме.

— Я смогу помочь. Обучить ваших людей технике безопасности, первым правилам самопомощи при укусе. Лекарям проведу медицинский ликбез, научу…

— Мы обходились все это время без вас, поэтому как-нибудь справимся, — граф грубо меня прервал, и нарочито демонстрируя пренебрежение, отчеканил: — если это все — я вас не держу. Отправляйтесь по своим делам.

Женщина во мне требовала подняться, тряхнуть кудрями и удалиться с гордо поднятой грудью, зачеркнуть, головой. А вот ученый требовал проявить гибкость и приспосабливаться. Перед тобой пациент, Кристина. Он не властен над собственными эмоциональными реакциями… Ладно. Зайдем с другой стороны.

— Ваше сиятельство, скажу прямо. Есть вероятность, что я могу помочь вам с ногами.

В комнате похолодало. Лицо мужчины осунулось, стало острее, побледнело. Меня коснулись знакомые ленты, скользнули под подол платья, обвили мои лодыжки. Это было нежно-опасное касание. Я знаю, на что эти ленты способны и граф меня предостерегает. Этакое действенное невербальное внушение. Получилось. Еще как получилось! Жутко до жути!

— Это не повод для шуток.

— Я не шучу, — сказала, храбрясь, хотя у самой поджилки тряслись. В отличие от простых смертных, я знаю где они находятся, и они правда тряслись. А еще в области желудка тряслось и зубы стучали немного, не то от холода, не то от страха. — Если вы позволите провести несколько эксперим…

— Нет! — отрезал граф и отвернулся.

— Но вы даже не дослушали!

— Я сказал нет! Покиньте мою комнату.

Я немного посидела, гипнотизируя взглядом графский затылок, но потом резко поднялась и хотела высказать все, что в душе накопилось. Даже рот открыла, но в очередной раз положение спас Этьен. У него, видимо, тоже супер сила имеется.

— Ваше сиятельство, — дворецкий поднес хозяину серебристый поднос с желтоватым конвертом. — Для вас письмо.

Граф небрежно разломал сургучную печать, пробежался взглядом по тексту. Не нужно видеть его лица, чтобы понять — недоволен. Он вообще всегда недоволен. Махнув на непутевого мужа рукой, я пошла к выходу.

— Графиня останьтесь! — раздался ледяной голос.

Остановилась, но присаживаться не спешила. Настроение моего нового мужа что вольный ветер. Только успеешь удобно в кресле устроиться, как он уже передумал и пора на выход.

Его сиятельство изволило повернуться и, отложив листок, произнесло:

— Завтра прибывает посланник короля. При дворе сомневаются во мне и моих мерах воспитания, — быстрый взгляд на Этьена. Дворецкий едва заметно кивнул и поджал губы. Я вот тоже сомневаюсь в методах воспитания графа. Фиговые, прямо говоря, методы. Неправильные. Дурные какие-то. — Этьен, пригласи Джейду. Она должна немедленно прибыть в замок. Мы примем любые ее условия.

— Любые, ваша светлость?

— Любые. Даже оренара.

— Но вы не создаете дважды для…

— Этьен! Я сказал — любые условия.

— Понял. Тотчас же займусь этим вопросом.

По крупицам информации сложно делать выводы, но мне эта Джейда не понравилась авансом. Зачем мне в доме чужая девица? Еще поди и красавица. По закону жанра она должна оказаться злодейкой и красавицей, жадной до чужих мужей.

— Вы должны стать моей женой, — голос графа вывел из раздумий.

— Если меня верно проинформировали, мы и так женаты, — произнесла довольно и медленно опустилась в кресло. Назовем это врожденной интуицией или наблюдательностью. Что-то в выражении лица графа, в его интонации, и в полученной мной ранее информации подсказывало, что у меня козырь в рукаве, но я его пока не вижу. Его сиятельство меня о чем-то просит! И смотрит так в упор, словно я должна сама догадаться и слов ему на меня потратить жалко. Стать его женой и… До меня медленно дошла суть. — Ах, женой! И что конкретно вы от меня хотите?

Вот положа руку на сердце, не хотела я смотреть туда, куда посмотрела. Взгляд как-то сам опустился на женилку супруга. Не работала она. Сломана. Выключена. Недоступна. Так о чем вообще можно говорить?

— Все, что делают обычные супруги. Кроме того, на что вы так вульгарно намекаете.

Меня пробило на смех. Дожила, Кристина. Взрослая баба, дипломированная, довольная жизнью, материально и сексуально удовлетворенная… Я всякие обвинения в свой адрес от зависти слышала, но что б в домогательстве… Граф сделал мой день.

— Знаете, вот без обид. Вы весьма хороши собой, но характер напрочь отбивает любое желание познакомиться поближе. Даже не удивительно, что жена сбежала от вас, а новую идиотку вы вряд ли найдете.

Граф стойко и даже без намека на обиду принял мои слова, а затем вернул мне молотком по голове:

— Уже нашел.

Два ноль! Хорош, засранец. Снова меня обыграл!

— Так! — поднялась и улыбнулась максимально сладкой улыбкой. — Покину, пожалуй, ваше недружелюбное общество и выполню то самое обещание, о котором вы мне напомнили…

— Мадлен, мы не с того начали.

— Верно. Начнем с того, что я Кристина.

— Сядьте и забудьте это имя. С данного момента и на тридцать дней вы ее сиятельство Мадлен де Трувэ. И вы будете играть роль любящей жены, заботливой матери, рачительной и дружелюбной хозяйки. Вы окажете посланнику короля надлежащий прием и усыпите его бдительность.