Светлая в академии Растона: любовь или долг (СИ) - Романова Екатерина Ивановна - Страница 73

Безукоризненно воспитанный Фарух среагировал незамедлительно. Ни о чем не спрашивая, он снял пиджак, надел на плечи светлой и вернулся к изучению содержимого папки, словно ничего не случилось. Но присутствующие так не посчитали. Кристина умиленно улыбнулась и прижалась к Этану, Леа глядела на Фаруха, не зная, как реагировать. Кроме Тора о ней никто не заботился, и такая чуткая реакция на малейшие нужды разлила внутри нее терпкое тепло благодарности.

— Спасибо, — тихо произнесла она, ощущая, как прожигает взглядом Блэквел. Играть, так напропалую! Суарес погладила Фаруха по руке. Также, как делала Кристина.

— Это просто пиджак, Леа. Не за что, — улыбнулся он и обратился к женщине: — Наша цель?

— Основная — привлечь внимание Ринеля к Суарес. Он должен узнать, что она светлая девственница с даром целительницы. Упомяните о финансовых трудностях. Дополнительная цель — осмотр апартаментов этого господина. Королевский номер под самой крышей. Вид, должно быть — умопомрачительный! Этан, помнишь, как мы с тобой участвовали в миссии в Ассалии? Тот номер на двадцатом этаже…

— Не думаю, что сейчас стоит об этом упоминать, — недовольно отозвался куратор. — Перейдем к сути.

— Ты всегда был таким занудой. Он зануда, правда? — улыбнулась она и подмигнула нам. — Веселье, дорогой, еще никого не убило.

— А легкомысленное отношение к этапу планирования и подготовки — убило.

— Хорошо. Не будем злить нашего темного мага. Учитывая скрупулезность объекта — в номере наверняка есть важная информация. Но помните — основная цель презентовать Леа как товар. Идеальный вариант, который, впрочем, из разряда фантастики, если Ринель завербует тебя прямо там. Сама понимаешь — в этом деле каждый день промедления стоит кому-то жизни.

— Я поняла. Приложу все усилия.

— Без фанатизма, — жестко осадил Этан.

— У меня будет надежный защитник рядом, — она вновь погладила Фаруха по ладони. На этот раз жест светлой не остался незамеченным. Парень внимательно на нее посмотрел и натянуто улыбнулся. Он не мог понять — искренне ли поведение Леа. Так не похожа подобная раскрепощенность на скромную светлую девочку, которую он знал. Тем не менее, чтобы не ставить Суарес в неловкое положение, он улыбнулся, взял ее за руку и продолжил знакомиться с подробностями операции, изложенными в папке.

Леа оценила реакцию Блэквела, стиснувшего зубы и победно улыбнулась. «Вот так тебе!» — подумала она, не зная, правда, почему и за что хочет поиздеваться над присутствующим мужчиной. Просто хочет.

— Итак, после того, как продемонстрируете Леа и оставите ее контакты Ринелю, можете быть свободны. На первый раз — все просто. Это лишь разведка. Никакой самодеятельности. Тем не менее, мы с Этаном будем за вами присматривать через камеры, подсказывать в наушники. Для Леа у меня готов кулон со встроенной камерой, так что видеть и слышать мы будем буквально все. План отхода на случай внештатной ситуации на пятой странице. План отеля, расположение и типы замков — все в папке. Изучайте, задавайте вопросы.

— А сейф? В номере наверняка будет сейф. Мне нужны его характеристики, чтобы вскрыть, — Леа решила подойти к этому делу с максимальным профессионализмом.

— Молодец, — удивилась Кристина. — Я добуду необходимую информацию. Изучайте файл, предлагайте ваши варианты достижения поставленных целей.

Как правило, в отеле не ставят дорогостоящие сейфы со сложными замками. Но, раз уж объект занимает королевский номер, должно быть, и сейф не так прост, как хотелось бы, и, чтобы его взломать, потребуются специальные инструменты. Раньше такие добывал Грэг и учил ими пользоваться. Сейчас такую роль взяла на себя Кристина. Некоторые вещи не меняются, меняется лишь отношение к ситуации и место в ней…

Собрание продолжалось до позднего вечера. Солнце уже давно спало, и присутствующим дарили мягкий свет луна и фонари. Вечер вкусно пах травами, пел сверчками и холодил ночным дыханием. Суарес в душе все больше благодарила Фаруха за пиджак, в который забралась с руками. Она переживала, что друг может замерзнуть, но, даже если ему и было холодно — вида он не подавал.

Они обсудили подробности операции в мельчайших деталях. Разработали несколько дополнительных и альтернативных планов, присвоили позывные, составили список необходимого оборудования. Наконец, когда все подробности были улажены, Блэквел, доведенный до белого каления, холодно отчеканил:

— Все. На сегодня достаточно.

— Но мы еще не обсудили…

— Я сказал — достаточно.

Присутствие светлой рядом с Фарухом, с которым они обменивались улыбками и поглаживаниями его не то, что нервировало — выводило из себя. Он не мог толком сконцентрироваться на задании, а ведь от его руководства во многом зависели не только успех операции, но и жизни курсантов. Ему остро требовалось одиночество. И холодный душ. Прежде, чем от Кристины последовали возражения или, что еще хуже — предложения — он зашвырнул ее порталом в центр города, прекрасно зная, что та найдет способ добраться до места, где она расположилась. Также куратор поступил с курсантами и, вдохнув освежающую ночную прохладу, сам растворился черным дымом.

В комнате Леа

Светлая свалилась прямо на кровать, с заставшими на губах возражениями. Столько вопросов еще хотелось задать. Столько деталей казались неулаженными. Впрочем, очутившись на собственной кровати, она поняла, как сильно устала за день. Действительно, куратор прав — необходимо вовремя остановиться. Каждому, даже самому опытному шпиону требуется отдых. Отсутствие сна и раздражающие факторы отрицательно сказываются на внимательности, собранности и концентрации, что в ее случае недопустимо, ведь она далеко не опытный шпион. Она вообще не шпион, а мелкая воровка с некоторыми навыками владения ножом, греющим щиколотку и умением пользоваться отмычками.

Кроме того, вряд ли можно распланировать операцию до мельчайших подробностей. Чем ценятся шпионы? Вспоминая лекцию Блэквела, Суарес могла уверенно ответить — умением импровизировать. Когда операция идет псу под хвост, у шпиона есть два выхода: воспользоваться планом отступления или импровизировать. Она решила сделать ставку на импровизацию, ведь, во что бы то ни стало, следует выполнить операцию, чтобы произвести впечатление на Кристину, утереть нос куратору и помочь девочкам. А Блэквел еще взглянет на нее с восхищением и будет повторять ее имя с гордостью. Леа Суарес… почему-то ей было важно, чтобы он произносил ее имя и именно с гордостью. Да. Она своего добьется.

Бри уже спала и Леа, придя, наконец, в себя, решила переодеться и последовать примеру соседки по комнате. Но что-то не давало.

«Одиннадцать», — послышался мужской шепот.

«Дверь», — в сознании вспышки, воспоминания того, чего не было…

«Волосы», — карточка… Где карточка? Девушка нащупала предмет в кармашке, извлекла его, покрутила в руках.

«Клен»…

Перед глазами с бешеной скоростью мелькали картинки, казалось, воспоминания давили на нее изнутри головы, от чего кости разве что не трещали. Боль, едкая, как разъедающая кожу хлорка, разрывала ее мозг. Хлопок и все исчезло. Леа Суарес спокойно вздохнула и, убрав карточку в кармашек, шмыгнула из комнаты, бесшумно закрыв дверь.

По дороге в административный корпус, она остановилась у одного из деревьев в парке и, убедившись, что никто не наблюдает, откопала небольшую посылку: отмычки, глушитель сигнала сотовой связи и охранных заклинаний. Крайне редкая вещь, почти раритетная вещь. Если бы охранные заклинания можно было запросто блокировать, в них не было бы смысла. Только сильнейшие архимаги с особым даром способны создать подобный артефакт. Леа знала об этом достаточно.

Разложив инструменты по карманам, она бесшумной кошкой прокралась в административный корпус. У нее буквально десять минут до включения камер — более, чем достаточно.

Охрана в административном корпусе ночью более, чем скромная. Один престарелый мужчина, скучающе глядящий в мониторы, которые сейчас показывали закольцованную запись. Выглянув из-за угла, Леа убедилась в отсутствии других охранников и, сотворив в ладошках светлый шарик, прошептала: