"Фантастика 2023-122". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Емельянов Антон Дмитриевич - Страница 721

Макар кивнул.

— Этот вепрь ни разу не опустился на передние конечности, — сказал он. — И, кажется, даже раздвигал время от времени ветки на своём пути.

— Кажется⁈ — язвительно поинтересовался Николай. — Нельзя ли чуть больше определённости?

Следопыт смущённо откашлялся. Было видно, что он уже не раз пожалел, что не сказал о своих подозрениях раньше.

— Он раздвигал ветки, Ваша Светлость. Я уверен. Просто…

— Для этого нужны руки, — закончил я за него. — А поверить в это так же трудно, как в прямоходячего кабана. Так?

— Да, господин маркграф. Спасибо. Это я и имел в виду.

Я повернулся к Николаю, который, стащив с лица очки ночного видения, сверлил бедолагу следопыта горящим взглядом.

— Твою мать, Макар! — прошипел он, едва сдерживаясь. — Тебе платят не за то, чтобы ты сомневался! Тем более — не за то, чтобы утаивал информацию! Тебе повезло, что ты лучший в своём деле. Но к вопросу, почему ты так поступил, мы ещё вернёмся, — пообещал парень, понизив голос до свистящего шёпота.

Насчёт этого я был полностью согласен. Мотивы требовали прояснения. Слишком уж много в этом деле непонятного.

Следопыт покаянно опустил голову.

— Ладно, хватит об этом, — сказал я. — Нам нужно найти вепря, на скольких бы ногах он ни ходил. Так что давайте продолжать.

— Слушаюсь, Ваша Светлость! — с облегчением отозвался Фёдор. — Вы слышали господина маркграфа⁈ Вперёд, вперёд! Макар, веди нас!

В последней фразе скрежетнул металл, из чего стало ясно, что начальник отряда не был в курсе подозрений следопыта.

Мы двинулись дальше. Я искоса поглядывал на Николая, снова нацепившего прибор ночного видения. Паренёк-то с характером. Это, конечно, хорошо. Ненавижу размазней и соплежуев. С другой стороны, это значило, что у него вполне могло хватить запала пришить папашу. А потом разыгрывать спектакль. В конце концов, на то он и аристократ. Насколько я знаю, лицемерие у большинства представителей данного сословия в крови. Иначе им было бы не выжить.

Через полтора часа Макар остановился и под знак, подняв праву руку.

— Похоже, нашли, Ваша Светлость! — шепнул, обернувшись, Фёдор. — Какие будут приказания⁈

Глава 8

Я втянул ноздрями воздух. Мы находились с подветренной стороны по отношению к кустам, в которых предположительно засел кабан. Соответственно, он нас не чуял, а мы его — да. Я — потому что рождён из звёздного света и божьей искры, а охотники — благодаря генетическим модификациям. Единственным, кто не чувствовал терпкого звериного запах, исходящего из зарослей, был Николай.

— Думаю, надо атаковать, — сказал я тихо. — Главное — не дайте твари уйти. Лучше всего окружить логово.

— Как прикажете, Ваша Светлость, — Фёдор отдал своим людям несколько коротких, чётких распоряжений, и отряд тут же выстроился вокруг кустов.

Я понял, что ловчие знают, как себя вести, и в советах не нуждаются. Им требовалось только моё разрешение начать.

— Ваша Светлость, желаете лично убить зверя? — осведомился Фёдор.

— Нет, обойдусь. Просто прикончите его.

— Я бы хотел, — заявил вдруг Николай.

— Это лишнее, — качнул я головой. — Только усложнит дело. Действуй, Фёдор.

— Но…! — попытался возмутиться брат, однако я остановил его взмахом руки.

— Не будем препираться. Мы теряем время, и зверь может уйти. Уверен, он и так уже нас услышал. Вперёд, Фёдор!

Николай обиженно насупился, однако спорить не стал. Мне было всё равно, что он там чувствует или думает. Я хотел увидеть тварь, убившую маркграфа, и изучить её. Рисковать из-за чьих-либо амбиций не собирался. Стратегия понтов не терпит.

Егеря дружно ринулись в заросли с пушками наготове. Часть из них осталась вокруг кустов в качестве оцепления на случай, если кабан вырвется.

Послышался треск веток, а затем ночной воздух разорвал пронзительный хриплый визг. Темноту осветили вспышки. Фёдор нахмурился и достал из притороченных к седлу ножен широкий меч со светящимся лезвием. Поза его стала напряжённой, глаза впились в кусты, где происходила борьба. Примерно так же выглядел Николай, только у него в руке было копьё.

— Гоните сюда! — проговорил в рацию Фёдор. — На нас, парни! Мы его встретим!

Услышав, в чём план, я взял и разложил копьё. Похоже, егеря с этой тварью не справлялись. Странно. У них же крупнокалиберные пушки.

Треск ломаемых кустов приближался. Три секунды — и ветки резко раздвинулись в пяти метрах перед нами. Показалась огромная кабанья голова, покрытая жёсткой бурой шерстью. Крошечные глазки светились бледным мертвенным светом. Охотники из оцепления тут же открыли огонь. Тварь издала хрюкающий вопль и кинулась вперёд. Теперь стало видно, что тело у неё, скорее, человеческое! Правда, покрытое шерстью и неестественно мускулистое. Вдобавок, ноги были слишком коротки и странно изогнуты, вдобавок заканчивались раздвоенными копытами. Вепрь снёс одним ударом егеря справа, едва не отправил в нокаут успевшего отскочить егеря слева и ринулся в нашу сторону.

Николай привстал на стременах, занося копьё. Фёдор выстрелил в приближавшуюся тварь, но та вильнула в сторону, избежав попадания. Ещё мгновение — и здоровенная туша врезалась бы в нас.

Пришлось встретить её струёй пламени. Огонь вырвался из моей выставленной ладони и мгновенно превратил вепря в живой факел. Тот по инерции сделал ещё два шага, а затем притормозил и завертелся вокруг своей оси, издавая испуганные клокочущие вопли — словно сразу все духовые в оркестре сломались. Фёдор пальнул прямо в огонь и на этот раз попал, но кабана его выстрел не прикончил. Николай метнул копьё. Оно засело в горящей туше, которая металась в разные стороны, потеряв способность ориентироваться в пространстве. К этому времени вепря обступили егеря и открыли по нему огонь из автоматов. Наконец, монстр тяжело повалился в траву, захрипел, взвизгнул и забился в предсмертных судорогах. Я отозвал огонь. Теперь мы стояли вокруг огромной дымящейся туши. Воняло палёной шерстью и горелым мясом.

— Шашлык! — ухмыльнулся Фёдор, убирая пушку в кобуру на поясе. — Нужно убедиться, что тварь мертва, — с этими словами он спрыгнул с лошади и направился к вепрю, сжимая в руке меч.

Егеря подступили ближе, держа тушу на прицеле.

— Только голову не трогай! — сказал вдруг Николай. Он тоже спешился и двинулся вслед за начальником ловчих. — Она и так слишком сильно повреждена.

— Понял, — кивнул Фёдор. — Не извольте беспокоиться, Ваша Светлость. Всё будет аккуратно.

Обойдя тушу, он приставил клинок в районе левой лопатки, навалился и вогнал его в вепря почти до перекрестья. Чуть подвигал, а затем вытащил.

— Сдох! — объявил он. — Прикажете забрать тушу с собой?

— Да, — ответил я. — Это чудо-юдо нужно тщательно исследовать. А голову повесим над камином в гостиной.

— Такую громадину целиком не увезти, — заметил Николай. — Придётся расчленить и распределить между егерями. Жаль, ты спалил шкуру, Макс. Можно было бы снять и постелить перед камином — в комплект к башке.

— Ничего, обойдёмся. Работайте, парни, — кивнул я охотникам.

Те достали из седельных сумок электропилы и взялись за тушу. Воздух наполнился визгом моторов.

— Почему ты просил Фёдора не трогать голову? — спросил я Николая, когда тот выдернул из туши своё копьё и подошёл. — Обычно там располагают модули управления?

Парень кивнул.

— Да, я подумал: если тварью управляли дистанционно, в черепе должен остаться имплантат. Кабан же — явный модификант. Кто-то его создал и выпустил в лес. Вряд ли просто так.

— Думаешь, зверя нарочно натравили на отца?

Николай пожал плечами.

— Не знаю, но вполне допускаю. Собственно, это нам и надо выяснить, так ведь? Отвезём тушу в лабораторию — пусть там её нашинкуют, как ты и предлагал. Если в теле есть модуль, его найдут. Иногда по этим штукам можно понять, кто производитель. Хотя в данном случае концы должны были надёжно спрятать.