"Фантастика 2023-122". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Емельянов Антон Дмитриевич - Страница 1696

— Это вопрос не ко мне.

— Зачем вы убили Фромма?

— У меня был прямой приказ ликвидировать Фромма, в случае невозможности его вернуть в Германию. Мне пришлось возвращаться через границу, там на пропускном пункте Фромм мог объявить швейцарским пограничникам, что его удерживают насильно.

— Почему вы приняли решение возвращаться через границу на автомобиле, а не на поезде?

— У Фромма могли быть другие сообщники, я заметил слежку за собой.

— Какие замыслы были у Фромма?

— Он собирался убить меня и сбежать.

— Какова цель вашей командировки в Берн? Какие дела были у Фромма в Швейцарии?

— Прежде чем я отвечу, предъявите мне ваши письменные полномочия задавать такие вопросы, подписанные лично рейхсфюрером СС.

— Вы понимаете, что усугубляете ваше положение? Ну что же...

Ивана подняли с табуретки и потащили к зловещего вида конструкции, представляющей собой косой крест с зажимами для головы, ног и рук.

Здоровенный лысый амбал повел широченными плечами и начал неспешно натягивать кожаные перчатки.

Второй, примерно такого же вида, но волосатый как обезьяна, задумчиво перебирал на столе инструменты, очень похожие на средневековые пытошные приспособления. Ивану особенно бросились в глаза зубастые клещи с длинными рукоятками.

Благоразумие тотчас настоятельно подсказало рассказать все, но Ваня зло послал его нахрен.

Худой, болезненного вида оберштурмфюрер, недовольно скривил бледное, покрытое прыщами лицо и подошел вплотную к Ивану.

— Я повторяю вопрос: какова цель вашей командировки с Питером Фроммом в Швейцарию? Кто вас послал в Берн?

— Предъявите ваши полномочия...

Громила лениво ткнул кулаком Ивана по ребрам.

Удар получился несильным, но у Вани сразу вышибло весь воздух из легких. Он закашлялся и бессильно повис на ремнях.

Допрос продолжался уже вторые сутки. Сначала Ваню только допрашивали, не давая спать, есть и пить, потом перешли к пыткам. Правда больше угрожая, но и без тумаков не обошлось.

А началось все довольно спокойно, Иван прибыл в Берлин, сразу доложился Скорцени, но умолчав о финте Фромма со счетами. Но только оберштурмбанфюрер вышел, как Ивана арестовали и увезли.

«Сколько им надо времени, чтобы проверить вклады и убедиться, что деньги лежат на них? — спокойно подумал Ваня. — Сутки? Двое? Главное, чтобы валюту еще не успели перевести на другие счета. Если успели, то меня превратят в мешок с фаршем из мяса и костей. Но не должны, Фромм говорил о неделе. А это пока только легонькая формальная проверка на верность. Хотят знать, умею ли я держать язык за зубами. А если слегка ускорить проверку?..»

— Вы понимаете, Краузе? — ласково поинтересовался оберштурмфюрер. — Что мы пока только пытаемся воззвать к вашей благоразумности? Ответьте на наши вопросы и вас отправят обратно на фронт в вашу часть. Не надо ничего боятся. Возможно, вы хотите закурить?

Иван обреченно мотнул головой.

— Отлично, отлично! — эсэсовец поджал нижнюю губу и одобрительно кивнул. — Снять...

Ивана сняли с дыбы, вернули на табуретку и вставили в губы сигарету.

Ваня глубоко затянулся и дрожащим, испуганным голосом попросил:

— Я напишу все... можно?

— Конечно, — охотно согласился эсэсовец, положил рядом с листом бумаги остро наточенный карандаш и склонился над плечом Вани. — Итак, начнем с того, кто вам приказал сопровождать Фромма? Имена, фамилии, звания?

— Кто? — усмехнулся Ваня, попробовав пальцем грифель. — Звания, говорите? Ну что же, сейчас скажу...

А потом поймал шею оберштурмфюрера в замок правой рукой, дернул на себя и резко ткнул левой рукой.

Лязгнула дверь.

— Нет!!! — в камеру вбежал Скорцени. — Отставить Краузе, отставить!!!

Карандаш остановился в миллиметре от глазного яблока. Ваня скрипнул зубами, с трудом удержавшись от того, чтобы не проткнуть мозг оберштурмфюреру. Мозги взорвались, требуя крови, голова дико заболела.

— П-пожалуйста... — плаксиво зашептал эсэсовец. — Не надо, пожалуйста, я прошу, не надо, я умоляю вас...

На руку Ване потекла струйка слюны, в камере резко запахло мочой. Амбалы так и не тронулись с места, растерянно переводя взгляды со Скорцени на Ивана.

— Отпустите его! — оберштурмбанфюрер подбежал к столу, вытягивая вперед руку с раскрытой ладонью. — Немедленно отпустите. Все закончилось!

Иван ослабил захват, эсэсовец отпрянул к стене, сполз по ней и тихонько заплакал. На его штанах быстро расплывалось темное пятно.

— Вы идиот! Если бы не я, вы уже были бы мертвы! — зло бросил Скорцени ему. — Слюнтяй! Я добьюсь вашего перевода на фронт! — а потом приказал Ване. — За мной, унтерштурмфюрер Краузе.

Иван пожал плечами, подмигнул амбалам и спокойно вышел из камеры.

По дороге молчал, задал вопрос уже в машине:

— Что это было, оберштурмбанфюрер?

— В некотором роде недоразумение, — торопливо ответил Скорцени. — Инцидент исчерпан, ваши слова полностью подтверждены. Ваша верность тоже подтверждена. Рекомендую, как можно быстрее забыть случившееся и начать готовиться к новой операции.

Ваня вопросительно посмотрел на Скорцени.

— Новая операция?

— Да, новая. Сегодня советую хорошенько напиться и отдохнуть, — эсэсовец улыбнулся. — Все подробности завтра.

«Деньги все-таки нашли на счетах, — расшифровал для себя Иван. — Я прошел очередную проверку и меня планируют опять использовать. Но явно не на поприще уничтожения генералитета пендосов. Опять бабло переводить? Таких бухгалтеров как Фромм у Гиммлера пруд пруди. Ну что же, пусть так. Один вопрос, а если бесноватый наркоман вспомнит обо мне и поинтересуется, сколько я уже отправил трехзвездных генералов на тот свет? Кто перед фюрером отдуваться будет; я или они?»

И закинул пробный шар:

— Я знаю, как рассорить красных с американцами.

— Как? — живо заинтересовался Скорцени.

— Американская резидентура в Берне. Ее уничтожение русскими испортит отношение между Москвой и Вашингтоном надолго.

— С чего бы русским уничтожать своих союзников? Вздор!

— Резидентуру уничтожим мы, — терпеливо пояснил Ваня. — Но так, что подумают на русских. У вас достаточно кадров из России, подобных тем, что я отправил в коммунистический рай? Оставим в живых одного американца, который опознает русскую речь при нападении, а на мертвых телах, нападавших, найдут русские татуировки. Что очень поспособствует нам, если мы соберемся найти общий язык с американцами. Нет? Как вариант, можно предупредить американцев о нападении. Пусть встретят убийц, но, все равно, я смогу сделать так, что им достанутся только трупы.

Скорцени притормозил и прижал машину к обочине, после чего внимательно посмотрел на Ивана и отчеканил.

— Ни в коем случае не предлагайте свой план рейхсфюреру либо кому еще. Это очень деликатный вопрос и им я займусь сам. Вам понятно, Краузе?

Ваня вместо ответа молча кивнул.

Скорцени довез его до отеля и еще раз напомнил, чтобы Ваня держал язык за зубами. Пообещал заехать завтра к обеду и укатил.

Ваня немного поразмыслил и решил последовать совету своего шефа. Нажраться хотелось совершенно невыносимо.

Лемке встретил его с искренне озабоченной мордой:

— Я беспокоился за вас, шеф. Все нормально?

— Нормальней не бывает, — Ваня пожал плечами. — Не составите мне компанию? Я страшно голоден и хочу пить.

— Я сейчас все организую! Я свел знакомство с местным поваром, думаю, он не откажется нас накормить... — унтер-офицер ушел.

Ваня зашел в номер и первым делом отправился в душ: после эсэсовских застенков он чувствовал себя словно извалялся в нечистотах.

Когда он вышел из туалетной комнаты, Лемке уже успел организовать воистину царский стол.

— Вы долго не ели, поэтому первым делом — горячий баварский суп с кнедлями... — унтер-офицер с легким поклоном показал на супницу. — Он готовится на крепком бульоне и подается с чесночными гренками, а на второе я просто нарезал колбасы, сыра и ветчины. Увы, ничего больше на кухне не нашлось. С супом, думаю, будет лучше сочетаться доппелькорн. Но если хотите, я открою коньяк...