"Фантастика 2023-122". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Емельянов Антон Дмитриевич - Страница 1190

— Так это индусы открыли, они такого наоткрывать могут… — недоверчиво пробурчала Брунн.

— Индусы это опубликовали, потому что для американцев они цветные, им можно. Им можно даже слово «ниггер» вслух произносить. А проверить четыре с лишним сотни генов у многих тысяч человек, причем людей для этого набрать со всей планеты — это явно работа не для пары исследователей из средней руки университета. UCSF — это даже не Беркли, по тамошним меркам чуть повыше колледжа, так что эти индусы работали вывеской очень серьезной группы, объединяющей, скорее всего, десятки генетиков из всех калифорнийских университетов. В общем, нет у негров кроманьонских генов, а у кроманьонцев нет генов африканских. Это значит что кроманьонцы не из Африки вышли, и незачем эту идею толкать в массы. Когда найдем что-то более правдоподобное, то тогда…

— Все равно не верю я индусам, — не согласилась Брунн.

— А мне веришь? Я, конечно, всю планету проверить не сумела, но кое-что сделала. У нубийцев черных этих генов точно нет. Ну, той полсотни, что я проверить успела. И мои данные более что ли чистые, чем у тех индусов: пока еще нубийцы не смешались с европеоидами.

— Интересно, как ты генетический анализ сумела сделать? — упорствовала Брунн.

— Примерно так же, как состряпала коктейль Яманаки. Если с упорством носорога чем-то заниматься пятьдесят лет…

— Брунн, не спорь, — в разговор вмешалась Алёна. — У Велты все методики расписаны были, а Вовка для неё такое оборудование делал, что и калифорнийским ученым оставалось бы лишь завидовать.

— Да не спорю я, просто удивляюсь: вот так живешь-живешь, и только в старости узнаешь что ты не негра полинявшая…

— Да негра ты, негра, успокойся, — засмеялась Лера. — Причем вообще внебрачная бабка Али: у эфиопов, точнее у гэезов, с германцами почти полное совпадение по генам.

— Ага! То есть мы все же из Африки…

— Ага, просто антропологи давно уже раскопали, что первые сапиенсы, как раз в Олдувае и найденные кстати, именно негроидных черт не имели. То есть они — наши предки, но не предки нынешних негров. Собственно, поэтому и эфиопов неграми считать неправильно. Вдобавок у эфиопов и неандертальские гены имеются, а неандертальцы в Африке никогда не жили. То есть как раз нынешние эфиопы скорее из Европы и репатриировались обратно в Африку. Но какая нам-то разница?

— Да никакой, собственно. Просто интересно. Вот сижу и думаю: а вдруг Эрих мой был неандертальцем?

— Кстати об Эрихе… — в разговор вмешалась Катя-первая. — Брунн, ты мне Конрада пришли, когда его увидишь, а то я его уже неделю застать нигде не могу.

— А зачем тебе мой внук? — с подозрением в голосе поинтересовалась Брунн.

— Я тут прикинула, сколько мощных гидрогенераторов в ближайшие лет десять понадобится. Короче, в Туле и Калуге столько не сделать, надо новый завод строить.

— А причем здесь Конрад? Он же не строитель.

— А он еще в прошлом году предлагал новый завод по выпуску чего-то там строить. Сам-то завод я попрошу все же маму Катю поставить, а вот руководить этим заводом…

— Ладно, пришлю. Только при условии, что завод этот ты не в Америке ставить собираешься. Но всё равно непонятно: он же просто инженер…

— Он твой внук.

— И что?

— Завод в Запорожье будем строить, а там как раз готов много, школу заканчивающих.

— И что?

— Он внук богини Бруннхильды. Еще вопросы есть?

Готы как-то очень быстро и «естественно» включили Брунн в свой пантеон. Скорее всего, как говорила Лера, потому что в доме Брунн всегда держала минимум двух мейнкунов — именно тех, как утверждали готы, которых Фрейя использовала как тягловых скотинок. Так что Брунн уже в «древних сказаниях» стала младшей сестрой Фрейи и именно она заботилась о ездовых котах ближайшей родственницы. Саму Брунн в этом удивляло лишь то, что готы почему-то не обращали особого внимания на кошек, живущих у других «богинь», но вероятно это было связано с тем, что остальные предпочитали заводить невских котиков, выглядящих менее воинственно…

Приехавший в Москву через два дня Конрад, услышав предложение Кати, удивился куда сильнее бабушки:

— Екатерина Владимировна, я думаю, что у вас в Госплане какая-то ошибка случилась. Я всего-то меньше двух лет инженером работаю, на заводе, который поршневые насосы делает. Причем я даже сам насосами не занимаюсь, оснастку конструирую для их изготовления. Вот завод по выпуску оснастки…

— Я в курсе. Но ты и меня выслушай. У нас турбина для ГЭС — я имею в виду мощные турбины — делает только один завод в Орле. И изготовление всех турбин для Днепровских ГЭС он закончит лет так через шесть, а нам нужно, причем довольно срочно, еще не меньше двух десятков мощных гидростанций построить.

— А причем тут я? Я же не умею турбины делать.

— Теперь о твоем новом заводе. У нас не хватает людей, чтобы делать очень много чего, однако каждый год школы выпускают полмиллиона новых потенциальных рабочих. Проблема в том, что эти школьники в большинстве своем хотят идти работать на заводы уже существующие… Короче, ты у нас — внук богини Бруннхильды, сестры, между прочим, Фрейи…

— Я эту сказку уже слышал.

— Это для тебя сказка, а для многих готов — абсолютная истина. Пока строится завод, ты — и именно ты, как внук своей бабушки — объявишь набор в новенькие ПТУ и техникумы, которые там же, в Запорожье, и будут открыты. И где будут готовить рабочих и техников для твоего — подчеркиваю, именно твоего завода. В окрестностях готов, школы заканчивающих, больше тридцати тысяч, так что набрать полные классы у тебя труда не составит. Потому что эти школьники — даже если они, благодаря нашим школам, отъявленные атеисты — наперегонки бросятся готовиться к работе у самого тебя! У них в любом случае такая работа будет поводом, чтобы вся семья гордилась, поэтому и учиться они будут, слова иного не подберу, яростно. И если отсвет твоей бабули улучшит качество обучения хотя бы процентов на десять, то уже ради этого тебе нужно изо всех сил постараться. Я понимаю, уезжать незнамо куда из уютного Подольска…

— Я понял. Выпуск из школ состоится через неделю, даже меньше… А когда хотя бы здания ПТУ вы планируете построить?

— То есть возражений принципиальных у тебя нет?

— Если вы мне предоставите возможность еще немного на Тульском электромеханическом подучиться… не сразу, а пока завод строится…

— Учись сколько посчитаешь нужным. Но — потом. В смысле, завтра с утра вылетаешь в Запорожье, покатаешься по окрестным школам в готских поселках, по радио выступишь пару раз. С тобой полетит Маша Голубева, она как раз займется вопросами постройки учебного городка с ПТУ, техникумами и общежитиями — а значит, что где-то в середине августа все будет готово. Здания в смысле, а ты, как агитационную кампанию свою закончишь, бегом ко мне обратно, еще раз обсудим вопросы с педагогами и мастерами в этих училищах.

— Договорились, это я всё сделаю. А когда, по вашим планам, я смогу в Подольск вернуться?

— Так, Конрад, ты, оказывается, ничего еще не понял. Поясняю для самых бестолковых: дети и внуки богинь делают не то, что им хочется, а то, что нужно стране. Стране нужны турбины, и так сильно нужны, что даже внуки тех парней, которые этим летом пойдет в твои ПТУ, будут гордиться тем, что им удалось поработать под руководством самого Конрада Бреннера. Сегодня у нас что, двадцать шестое мая? Надеюсь, что двадцать шестого мая двести девяносто пятого года твой турбинный завод выпустит первую турбину для… впрочем, тут уже вариантов много. А вот дата — она без вариантов, договорились?

— Как с вами, богинями, всё не просто: не вы голову открутите, так бабушка сожрет с потрохами. Так что буду стараться. В смысле: сделаю…

ДнепроГЭС ставил Олех, так как у него был самый большой опыт в возведении «высоких» плотин, а четвертую станцию пока начал строить младший сын Ирины Юрий Владимирович. Вот у него как раз вообще никакого опыта в строительстве ГЭС не было, так что пока он занимался постройкой того, что умел строить: обводных «переливных» каналов и дамб, ограничивающих площадь будущего водохранилища. Госплан решил, что терять две с лишним тысячи квадратных километров довольно плодородной земли будет несколько расточительно, в особенности учитывая тот факт, что больше половины «прежнего» было глубиной меньше двух метров и «работало» больше на испарение воды чем на ее удержание, так что Юре предстояло «превзойти подвиг легионеров Адриана» и выстроить две хотя и невысокие — около трех метров в среднем — дамбы общей длиной больше двухсот пятидесяти километров. И почти такой же длины два переливных канала, посредством которых десятки речек и ручьев должны теперь впадать в Днепр уже за створом будущей плотины. Некоторое время должны были впадать, так как на каналах изначально ставились насосные станции, с помощью которых эта «лишняя вода» с появлением электричества будет использоваться для полива полей и огородов вокруг быстро возникающих деревень.