Роды. Прощание с иллюзиями. Хроники индивидуальной акушерки - Мишукова Инна - Страница 16

Напоследок неприлично разогнавшаяся фантазия дорисовала:

– Мы даже можем обязать каждую будущую маму подготовиться. Пусть у всех женщин исчезнет страх перед родами!

Мне виделся идеальный акушерский мир, где рожают со слезами счастья, а рядом – такие же счастливые партнёры, доктора и акушерки. И по моим щекам тоже чуть не покатились слёзы счастья – но уже реальные.

Поднявшая трубку дама представилась пиар-специалистом. Сказала, что они слышали очень хорошие отзывы о моём курсе и готовы заключить соглашение о сотрудничестве. На лекциях я должна говорить в их адрес самые тёплые слова, положительно отзываться о докторах и рекомендовать центр как наилучшее место для рождения здорового ребёнка. Если пришедшая от меня заключает контракт, полагается процент – порядка трёхсот долларов в эквиваленте.

– Но я ничего не знаю о вашем стиле работы. Давайте устроюсь к вам акушеркой и стану рожать с теми, кого готовлю? Поработаю с вашими докторами, чтобы не быть голословной.

– Нет.

– Но почему? Гораздо же убедительнее, если факты реальные, а опыт настоящий!

– Это исключено. Поверьте, у нас всё хорошо.

– Ну ладно, даже если нельзя у вас работать, мне всё равно нужно какое-то время побыть в роддоме. Хотя бы как волонтёр – посмотреть, как работают врачи, как ведутся роды. Не могу же я рекомендовать что-то вслепую!

– Ещё раз повторяю: у нас всё хорошо. Мы не будем вам ничего показывать.

– Так я не стану лезть, просто тихонечко, как студент на практике, понаблюдаю…

В голосе дамы уже явно звучала досада:

– У нас всё хорошо! Мы всего лишь предлагаем рекламировать наш центр. И платим за это деньги, не понимаете, что ли? Ну зачем вам что-то смотреть?

Вообразила себе это позорище: на курсах убеждаю женщину – иди, мол, туда рожать, и мысленно кладу в карман тридцать (вернее, триста) сребреников. А потом, после своих изнасилованных родов, она заходит в аудиторию и при всех плюёт мне в лицо… Ужас!

Сейчас об этом Важном и Пафосном Заведении известно уже гораздо больше – интернет, сарафанное радио и прочее. На днях открытых дверей там подаётся тонкая манипуляция: «Да, у нас семьдесят процентов кесаревых сечений. Но это потому, что мы очень бережём ваших детей! И при малейшем намёке на отклонение от нормы предпочитаем не рисковать – сразу в операционную».

Могу представить примерный перечень «малейших отклонений», которых в неразумном акушерстве, как говорится, куда ни плюнь.

Скажем, отёки: чем не отклонение? Временное некритичное снижение кровотока в маточной артерии – а вдруг станет критичным? Срок сорок недель и два дня? Перенашиваем, увеличиваются риски. Плод больше 4000? Может не пройти! Меньше 2900? Слабый, не выдержит родов! Плохое зрение, возраст, выкидыш или замершая беременность в анамнезе, эрозию прижигали, долгожданный ребёнок после нескольких лет «не получалось», анатомически узкий таз, неготовая в сорок недель шейка и т. д.

Бесконечный список причин, чтобы доктор заработал свой солидный гонорар всего за час операции. А не за десять – пятнадцать – двадцать часов естественных родов.

Для тех же, кто всерьёз настроен родить нижним путём, заготовлены другие фишки. Например, катетер в спину для введения анестезии – сразу при поступлении:

– Потом вам будет невыносимо больно, ставить в сильных схватках неудобно.

Работающий там знакомый анестезиолог:

– Ощущение, что доктора боятся непредсказуемой природы родов и их стихийного течения. Поэтому скорее переводят всё в привычную колею, где процессом управляют они, а не природа.

Как осмотреть вставшую «в кошку»? Или лежащую в ванне? Или рычащую на корточках? Это же бардак какой-то, безобразие!

Работа в подобном стиле трансформирует акушера-гинеколога в хирурга-мастера одной-единственной операции. Или в оператора при мониторах, ведущего роды как капитан судна в густом тумане – ориентируясь на датчики и цифры инфузоматов[6].

Молодая женщина на приёме:

– Я очень боюсь. Работаю в детском развивающе-игровом центре. И чем больше вижу нынешних детей, тем сильнее пугаюсь. С каждым годом всё больше отклонений – гиперактивности, необучаемости, дислексии, дисграфии, аутизма. Расспрашиваю мам – когда и как всё проявляется, но они не особенно понимают причины, просто решают насущные проблемы. А когда узнаю, как прошли роды, почти все говорят о каком-то кошмаре. Наши логопеды и дефектологи грустно шутят: «Акушеры нас без работы не оставят!» А мне, глядя на это, страшно беременеть. Может, потому и не получается, – как вы думаете?

Напомню: я за честное кесарево! За кесарево для реального спасения. За кесарево, отменяющее естественный отбор. Но против непрофессионализма, лени и лжи в акушерстве.

На фоне постоянного расширения возможностей медицины мы почему-то не получаем всё более здоровых детей. Увы – наоборот.

И это самое пугающее.

Неправильная рождественская сказка

Если я и говорю про эти роды на курсах, то с обязательным примечанием – не брать за ориентир! Можно наделать ошибок.

Опасаться в первых родах «не доехать до роддома», «родить в машине» и т. п. в девяносто девяти процентах случаев глупо. Выбирать роддом «поближе к дому» – тоже. Он может оказаться настоящим казематом: без соблюдения прав рожениц, с психологическим давлением и манипуляциями без предупреждения (совсем недавно женщины в течение нескольких приёмов подряд рассказывали – на первом же осмотре в приёмном при поступлении вскрывают пузырь как само собой разумеющееся). И что толку с «близкого» роддома, если первые роды обычно идут долго, а добраться до нормального места можно за час-другой?

Чаще всего первые роды медленно, тягуче разгоняются. И в них принципиально важно не приехать в роддом слишком рано: дать войти в силу природным рефлексам, не спугнуть внутреннего женского зверя, который и умеет легко рожать.

Очень красивая пара на курсах.

Слушают так, что хочется обращаться только к ним: ловят каждое слово, на лицах понимание – впитывают как губки. Молодая актриса, тип натуральной скандинавской блондинки – глаза, губы, фигура… С ней умный и симпатичный муж.

Отучились, заключили со мной контракт, выбрали доктора, ждём.

Наступила предполагаемая дата родов[7], пришедшаяся на середину декабря, – тишина.

Полная сорок первая неделя. УЗИ, КТГ, осмотр. Шейка матки пропускает один палец (считается, что готовая к родам свободно пропускает два). Вес плода – порядка 4000.

Вечером того же дня обсуждаем ситуацию с доктором:

– Инна, я сегодня с трудных суток, мне поспать хотя бы полночи, а лучше до утра. Если вступит ночью, смотрите сами. Решите ехать в роддом – после осмотра и понимания, что и как, звоните, за полчаса доберусь.

Договариваемся, что доктора они, в случае чего, раньше времени не дёргают.

А в 22:30 отходит пробка, и за ней воды. Уже через десять-пятнадцать минут немного встревоженный муж сообщает: пошли схватки, но какие-то странные – он не понимает, как отличить их от перерыва, всё как-то очень бурно. Фоном слышу необъяснимо изменённый – похожий на вздохи и стоны в сексе – голос роженицы.

– Собирайтесь и выезжайте. И пусть вам из-за города добираться, но дороги уже свободные.

Не так-то просто собрать женщину в роддом во время такой бурной родовой деятельности! Но минут за тридцать управились. «За час точно доедут», – подумала я и сама стала собираться.