Чародей-детектив Коль'абат-Брасласват (СИ) - Славский Павел - Страница 27

— Я так понимаю ее тело перерабатывает часть чары из разряда?

— Именно, мой дорогой друг. И не только. Образец ещё и накапливает переработанную чару, и с ее помощью повышает свою прочность и регенерацию.

— Интересно.

— Поразительно. Это, это просто поразительно.

— То есть заклинанием ее не убить?

— Убить конечно, если превысить лимит, то тело не выдержит.

— Ее собираются казнить через переработку.

— Это же отличная новость! Заодно узнаем и предел. А когда?

— Завтра.

— А это уже плохо, очень плохо. Я же только начал. О чем они там в голове думают, такой ценный образец просто взять и сжечь. А перенести нельзя?

— Боюсь нет. Толпа жаждет правосудия.

— Как печально. Ну что поделать. Придется поторопиться.

— Это точно, но после перерыва, а пока оставьте нас ненадолго.

— Коль, ты серьезно? Я сюда еле спустился, даже обед с собой взял. Чтобы лишний раз не подниматься, а ты гонишь старика…

— Эмит.

Магистр неохотно направился в сторону выхода.

— С больными ногами, между прочим… Возможно на ступеньках я и встречу смерть… И куда катится мир? Молодежь совсем распустилась, никакого уважения. — Бормотал старик неспешно отдаляясь.

Коль взял ключ и открыл замок. Нарда моментально попыталась вцепиться в руку.

— Успокойся. — Коль успел увернуться и тут же отвесил ей сильную пощечину. — Завтра тебя казнят, так что потерпи.

— Плевать. — Ответила Нарда. — Вы все подохните раньше.

— Почему-то я так не думаю. — Коль взял стул и сел в метре от Нарды. — Это последний раз, когда прихожу. Последний раз, когда ты можешь говорить, поэтому можешь сказать все, что хочешь. Может надо кому послание передать?

Нарда отвела взгляд в сторону.

— Что, у верной псины нет ни семьи, ни друзей? — Коль говорил спокойно и рассудительно. Если прислушаться, даже с сожалением в голосе.

— Нет. Они всех убили.

— Жаль. Хочешь передам послание твоему хозяину? Мы наверняка ещё встретимся.

— Зачем тебе это? Ты такой же, как и все.

— Сострадание, если можно так выразиться. Ты была верным воином. Заслуживаешь сострадания.

— Хозяин придет за мной!

— Очень в этом сомневаюсь. Может он конечно явится на казнь? Может даже прискачет на белом коне, запрыгнет на эшафот и освободит тебя от цепей. Но это сильно навряд ли.

— Причем здесь конь?

— Да не причем… Завтра тебе на голову наденут ящик с рудой. И твое тело будет перерабатывать природную чару в естественную. Потоки потекут по жилам, эхом отдаваясь по костям и мышцам, разрушая их, заставляя отслаиваться. А внизу, под ноги, поставят тазик, куда с тебя будут сыпаться караты. Обычного человека хватает на пару минут. Чародеи выдерживают до получаса. Но ты, ты выдержишь еше больше.

— Я не боюсь ни боли, ни смерти. — Усмехнулась Нарда. — А вот ты… Ты боишься.

— Конечно боюсь. Я и тебя боюсь. Посмотри на себя. Ты чудовище. Настоящие чудовище. А чудовища должны быть мертвыми. Но знаешь, что я тут подумал… Ты не против, если мы сделаем из тебя чучело?

— Чего?

— Выпотрошим, высушим, воткнем в жопу палку и поставим в страшной позе перед входом в дом решений. Может даже в стеклянной коробке, чтобы не пылилась. Будешь внушать страх и после смерти. — Поделился Коль планами и встал со стула. — Нравится идея?

— Говори, говори. Пока можешь. Червяк. Хозяин…

— Не спасет тебя. — Перебил Коль. — На самом деле у него была возможность.

— Ты врешь! Врешь! Я его совершенное оружие! — Затрясла Нарда головой в разные стороны, раскидывая кровавые слюни в разные стороны.

— Такое уж совершенное?

Нарда опустила голову, словно силы покинули ее.

— Маленькая брошенная собачонка. Мне жаль. Правда жаль. Из тебя сделали оружие, использовали как оружие, но стоило тебе один раз ошибиться… И тебя сразу выкинули.

— Заткнись…

— А что ты мне сделаешь?

— Заткнись.

— Стоило оно того? Стоило уродовать себя? И чего ты добилась? Просто перебила ни в чем не повинных людей.

— Заткнись!

— Заставь.

Нарда закинула голову вверх и взвыла. Но это был вой печали, не злобы.

— Не знаю какое горе тебя заставило пойти на все это… Но это явно того не стоило.

— Они их убили. Убили моих мальчиков этой дрянью. Они виновны. Виновны!

— Кто они? — Настаивал Коль не отводя взгляда от глаз Нарды.

Но та все молчала.

— Значит ты хочешь умереть, так и не сказав за что боролась. Ты и в прям оружие… Жаль. Я надеялся что внутри сидит человек. С целями, с мотивами. — Коль засобирался к выходу. — Знаешь, интересная вещь, произошла когда ты уже отрубилась. У меня было то же оружие, что и у Шикки. Так вот. Его он забрал. А тебя нет… Ладно, пока. Умирай чудовищем, а не человеком.

— Ты врешь. Врешь. Врешь! Врешь!

Но Коль проигнорировал все крики и обвинения. Молча развернулся и начал уходить.

— Стой.

— Всё-таки хочешь сказать последнее слово? — Остановился Коль.

— Да.

— Значит всё-таки человек…

— Все началось не здесь. Не в Стоклане. В Торге. Мои мальчики ушли на ночную рыбалку. На причал. Тогда к берегу приплывает "лохматый грибун" маленькие черепашки с пестрыми панцирями. Суп из них вкусный, а на пестрые погремушки всегда находится покупатель. И обычно детки возвращаются еще до рассвета. Но не в тот раз. — Нарда сплюнула накопившуюся слюну. — Их убили, стражники. — Обратилась она к Колю. — За то что они видели. Взяли и убили детей. Ублюдки. Сволочи. Твари. Но я нашла их и вспорола горло каждому до кого дотянулась… Но не всем. Далеко не всем. Многие из этих мразей уже уплыли в Стоклан. Тогда меня и нашел Шикки. Раненую, измученную, терзаемую горем. Я так жаждала мести, но не знала, как ее осуществить. А он знал. Он знал все. И он хотел того же. Он хотел справедливости, хотел порядка. И у него был план, как этого порядка достичь. И ради этого я готова пожертвовать собой. Ради того, чтобы матери не теряли детей. Вот что мной двигает, стражник. Так и запиши.

— Так и запишу. Жалко только, что Шикки, так, или иначе, придумал эту дрянь. И я не удивлюсь, если это его люди убили твоих детей. А он просто обманул тебя, чтобы получить тело на опыты.

— Хватит мне врать!

— А какой мне в этом толк? Я конечно не могу доказать. Да и в общем-то не собираюсь этого делать. Просто знаю, что Шикки убрал с твоей помощью конкурентов, а потом оставил тебя, вернее твой труп, в качестве основного преступника, и улики. Чтобы все всё свалили на тебя и на этом успокоились. А жива ты только благодаря мне.

— И зачем? Зачем ему так делать?

— Чтобы оставаться в тени, полагаю. Ты была лишь инструментом. Просто подвернулась под руку и тобой воспользовались. А теперь не нужна. Мне жаль. Правда жаль, что так вышло. Но это не моя вина, и не моя война.

— А зачем тебе меня спасать?

— Чтобы поймать Шикки. Я очень надеялся, что ты дашь мне ценную информацию. Но увы… Верная собачонка остаётся верной даже когда хозяин кинул ее в воду с камнем на шее…

— Ты врешь. Путаешь меня. Шикки спасет.

— Думаешь?

— Знаю.

— Хочешь посмотреть на свою собственную казнь?

— И как же?

— Спустим шкуру с тебя прямо сейчас, живьём. А дальше будет моя забота.

— А когда Шикки спасет?

— "Если". "Если спасет"… Тогда я тебя отпущу. Но если Шикки не явиться, то ты станешь моей собачонкой. Идёт?

— Ты обманешь.

— Зачем мне тебя обманывать? Я мог тебя убить тогда. Мог вчера. Могу прямо сейчас. Но по плану конечно завтра. Так зачем мне возиться с тобой?

— Чтобы я рассказала.

— Но если ты увидишь своими глазами, что Шикки уже про тебя забыл, то точно ничего не скажешь. И тогда все равно придется тебя убивать. Так что подумай минутку. Нужен тебе этот шанс, или нет. В любом случае историю о твоих детях я предам огласке.

— Согласна.

***

Центральная площадь, эшафот, клетка. С такими частыми прутьями, что и руку просунуть нельзя. В клетке Нарда, с ящиком на голове. Руки раскинуты крестом. Вся обмотана блестящими цепями. А внизу, под эшафотом, прямо под прямоугольной дырой, кубышка для карат. Все, как и говорил Коль. Все как планировал Коль.