Гелен: шпион века - Кукридж Эдвард - Страница 23

Заговорщики

Хотя Гелен сделал для себя вывод, что война проиграна, и с нарастающим беспокойством следил за планами Гитлера развернуть весной новую наступательную операцию, он тем не менее воздерживался от каких-либо попыток спасти Германию от уготованной ей участи. Гелену было известно, что весной 1943 года несколько групп офицеров из числа его начальства или ближайших коллег, вместе с которыми он создавал власовскую армию, замыслили заговор, надеясь устранить Гитлера, устроив военный переворот. Стоит нам расправиться с Гитлером, рассуждали они, и новое германское правительство с военными во главе сможет заключить с Великобританией и США перемирие, причем на вполне приемлемых для страны условиях. Кроме того, они лелеяли надежду, что западные союзники не станут препятствовать им в военных действиях против Сталина.

Центром заговора стал штаб фельдмаршала Клюге (группа армий «Центр»), В феврале 1943 года, в самый разгар немецкого отступления на Южном фронте, полковник фон Тресков и его адъютант капитан Фабиан фон Шлабрендорф начали операцию «Вспышка». Это был уже не первый опыт фон Трескова. Осенью 1941 года он принимал участие в неудачной попытке похищения Гитлера, когда заговорщики во главе с генералом Людвигом Беком и фельдмаршалом фон Вицлебеном решили закончить войну в самом ее начале. Весной 1943 года Тресков и его единомышленники придумали более хитроумный план. 13 марта планировался приезд Гитлера в Смоленск в ставку фон Клюге. Фон Тресков сказал фельдмаршалу, что подполковник барон фон Бёзелагер, один из штабных офицеров фон Клюге, согласился застрелить Гитлера. Однако фельдмаршал, в самом начале поддерживавший заговорщиков, попросил фон Трескова не убивать Гитлера прямо у него в штабе. Когда же тот проигнорировал эту просьбу, Клюге приказал ему вовсе отказаться от плана. Однако полковник был настоящим прусским офицером. Он подчинился, хотя и не отказался от этой затеи — просто изменил тактику ее осуществления. Он попросил двоих своих единомышленников — заговорщиков из абвера, полковника Лахузен-Вивремонта, возглавлявшего «группу-11», и советника Канариса Ханса фон Донаньи — раздобыть ему парочку британских взрывных устройств, которые Королевские воздушные силы сбрасывали с самолетов борцам Сопротивления в Западной Европе. Офицеры абвера собирали их в захваченных районах. Лахузен привез взрывные устройства в Смоленск, и Шлабрендорф смастерил из них две бомбы. Побывав на обеде, который фельдмаршал фон Клюге дал в честь приезда фюрера, фон Тресков попросил полковника Гейнца Брандта не в службу, а в дружбу, как он выразился, передать два свертка, в которых якобы находились две бутылки бренди, его приятелю, генерал-майору Гельмуту Штиффу (главе Организационного отдела ОКВ). Тот остался в штаб-квартире фюрера в Рас-тенбурге. Брандт согласился. Когда самолет фюрера был уже готов подняться в воздух, Шлабрендорф доставил два свертка на аэродром. Перед тем как передать их Брандту, он через небольшое отверстие в бумаге привел в действие часовой механизм. Бомбы должны были взорваться через полчаса, в те минуты, когда самолет Гитлера пролетал бы над Минском.

Фон Тресков и его сообщники были готовы отправить на тот свет всех, кто летел вместе с Гитлером, оправдывая себя тем, что все, кто его сопровождает, убежденные нацисты. Опасаясь, как бы тиканье часового механизма не выдало их, заговорщики придумали другое. Пружину, приводящую в действие детонатор, должна была разъесть кислота, которая начинала капать только после того, как Шлабрендорф откупорил небольшой пузырек. Но что-то получилось не так, и пружина осталась цела. Бомбы так и не сработали. Через два часа поступил обычный телефонный звонок из Растенбурга — фельдмаршалу фон Клюге сообщили, что фюрер благополучно приземлился. И начались звонки в Растенбург — надо было предупредить Штиффа о смертельно опасном содержимом «подарка». В конце концов Шлабрендорф был вынужден сам слетать в Растенбург, где он забрал бомбы у Штиффа и собственноручно обезвредил их.

Но заговорщики не оставили своих планов и на протяжении последующего года предприняли еще целый ряд попыток. Буквально через несколько дней после их первого провала, 21 марта 1943 года, майор Рудольф фон Герсдорф вызвался во время мемориальной церемонии в берлинском Цейгхаусе бросить в Гитлера бомбу, которую дал ему фон Тресков. Это было чистой воды самоубийство. Предполагалось, что Герсдорф положит две бомбы в карманы шинели и, стоя рядом с «Гитлером, приведет в действие детонаторы. Однако Гитлер куда-то торопился, и его адъютант сказал Герсдорфу, что на церемонии фюрер задержится не более чем минут на восемь. Все это время фюрера окружало плотное кольцо генералов и членов охраны, и убийца так и не смог протиснуться к нему. Другая попытка имела место в сентябре, когда фон Тресков и генерал Штифф попытались взорвать бомбы в Растенбурге. Но буквально за день весь их запас взрывчатки случайно взлетел на воздух в казарме Штиффа. Когда этими взрывами вплотную занялось гестапо, заговорщикам лишь по счастливой случайности удалось избежать разоблачения.

В ноябре фон Тресков откопал еще одного потенциального террориста — двадцатичетырехлетнего капитана Акселя фон ден Бусше. Тому предстояло «продемонстрировать» для Гитлера армейскую шинель нового образца — без согласия фюрера новую «модель» не могли запустить в производство. Предполагалось, что в карманах шинели у Бусше будут две гранаты. Потянув за чеку, он бросится на свою жертву, и их обоих разнесет в клочья. На этот раз Гитлер своим спасением был обязан англо-американцам. Американская бомба, сброшенная во время авианалета, разрушила склад, где хранились шинели нового образца, так что «демонстрацию мод» пришлось отменить. Бусше предпринял повторную попытку в декабре, когда фюрера ожидали на рождественском вечере для офицеров вермахта. Однако Гитлер предпочел провести Рождество в Берхтесгадене. По той же самой причине 26 декабря, то есть несколькими днями позже, провалилась попытка полковника фон Штауффенберга. Он отправился в Растенбург на совещание к фюреру, но Гитлер задержался в «Орлином Гнезде» на несколько дней дольше, чем предполагалось. 11 февраля 1944 года сын фельдмаршала фон Клейста Генрих попытался осуществить еще один «шинельный» теракт, но Гитлер так и не появился в предполагаемом месте по причине авианалета противника.

В конце концов Штауффенберг осуществил свою знаменитую попытку 20 июля 1944 года. Гитлер получил легкое ранение, а его стенографист Бергер был убит на месте. Полковник Брандт — тот самый, который в марте 1943 года вез «подарок» с бомбами, — генерал Шмундт, адъютант Гитлера, и начальник штаба Геринга генерал Кортен скончались от телесных повреждений в больнице. Некоторые другие получили увечья разной степени тяжести. Переворот, который якобы должен был последовать за гибелью Гитлера, не состоялся. В результате к смерти было приговорено около семисот заговорщиков. Среди них — два бывших сотрудника Гелена: полковник фон Ренне и граф фон Риттберг. Фон Трескову удалось избежать ареста, но он покончил жизнь самоубийством.

Гелену было известно о двух покушениях на Гитлера. Он догадывался и о многих других, понимал, что повсюду плетутся интриги, особенно в штабе группы армий «Центр», и не сомневался в причастности к ним Ренне и Риттберга. И все же, вопреки сделанным им в 1945 году заявлениям — после того как сам Гелен сдался американцам — вопреки тому, что писали о нем газеты, когда он уже возглавлял разведку ФРГ, сам он никогда не принимал активного участия в заговорах против Гитлера. Верность фюреру Гелен сохранял до самого конца.

Месяцев за пять до последнего покушения на жизнь Гитлера, которое должно было стать, но так и не стало, сигналом к государственному перевороту, Гелен достиг высшей точки в своей тогдашней карьере. В феврале 1944 года был ликвидирован абвер, и большая часть его функций была передана РСХА, а также Кальтенбруннеру и Шелленбергу. Таким образом, Гелен избавился от своих самых неудобных конкурентов. После этого он вполне охотно сотрудничал с шелленберговским «Цеппелином», взяв на себя контроль за группами «Валли». Через власовский штаб он также заполучил в свои руки вербовку советских перебежчиков, после чего возглавил всю гитлеровскую разведку. Случись так, что Гитлер пал бы жертвой заговорщиков, на место нацистской диктатуры пришел бы военный режим во главе с фельдмаршалом фон Вицлебеном, генералом Беком и доктором Герделером. В таком случае Гелен вряд ли остался бы на своем столь влиятельном месте. Независимо от исхода войны, перспективы его в этом случае были бы весьма незавидны, и ему никогда не достичь бы тех высот, на которые он вознесся благодаря американцам. Однако вернемся назад, в 1942 год, когда Гелен активно занимался непревзойденной шпионской сетью.