Драконья алчность - Малинин Евгений Николаевич - Страница 50

— Так я ж его ученик! — Поганец назидательно поднял вверх руку с зажатым в ней огрызком. — Чтобы постигать искусство магии, я должен находиться как можно ближе к своему учителю! И ты себе представить не можешь, сколько нужно энергии моему организму, чтобы… это… ну… усваивать эти знания!…

Тут он неожиданно заткнулся и с подозрением посмотрел на Гварду:

— А ты откуда знаешь, что я… катаюсь на лошадке?…

— Видимо, ты не слишком хорошо постигаешь магическую науку, — явственно усмехнулся синсин. — Видимо, твои заклинания личной невидимости срабатывают не до конца… Во всяком случае, на меня они не действуют…

Я был уже совсем рядом со своими друзьями, но решил пока не показываться — мне очень хотелось услышать, чем кончится их ученая беседа, поэтому я, ступая очень осторожно, направился чуть в сторону, так чтобы зайти Поганцу за спину.

А между тем слова Гварды произвели, видимо, на моего ученика сильное впечатление. Он тяжело опустился на травку и пропищал:

— Ой, что-то со мной не в порядке, неведомая болезнь подкосила меня… — Затем, посмотрев на Гварду, добавил: — Мало мне учителя, так еще и синсин!… Скоро меня каждый пастух видеть будет.

Он сокрушенно помотал головой и вдруг тяжело вздохнул:

— Э-хе-хе… Не надо, учитель, ко мне подкрадываться… Не надо… Я сокрушен духом, но не настолько, чтобы не видеть твоего коварства!

Я действительно стоял уже шагах в пяти позади Поганца. Правда, я совсем и не подкрадывался, но шагал довольно осторожно и, на мой взгляд, очень тихо, так что бдительность маленького «несуразца» меня изрядно удивила.

А вот откровенная радость, выразившаяся на личике Шан Те при моем появлении, меня обрадовала, так же как и то, что синсин быстро вскочил на ноги и подбежал ко мне.

— О чем разговор? — бодро спросил я, делая вид, что не слышал изложения гастрономической гипотезы Поганца.

— Да вот у господина Поганца неприятности… — с изысканной вежливостью тявкнул синсин.

— Неприятности?… — удивился я. — Какие?…

— Из-за переедания у него избыток энергии отложился в… голове, и теперь он не может успешно постигать премудрости магии… — огорченно пояснил Гварда и сочувственно вздохнул.

Поганец между тем поднялся на ноги, подошел ко мне и протянул мешок с харчами.

— Вот, учитель, — с горечью произнес он. — Мне с трудом удалось отбить эти крохи. — Тут он бросил взгляд в сторону синсина, показывая, у кого ему пришлось отбивать остатки провизии. — И знал бы ты, скольких насмешек, издевательств мне это стоило… и…

— Энергии… — закончил за него Гварда.

— Хватит вам, — махнула Шан Те рукой синсину и Поганцу, а затем снова повернулась ко мне. — Куда ты ходил?… Что узнал?…

— Ходил я тут… недалеко, — улыбнулся я девушке. — А узнал…

Тут я прервал сам себя и, открывая злополучный мешок, неожиданно спросил:

— Принцесса и ты, Гварда, не хотите ли еще немного закусить?

Затем, достав из мешка несколько свертков и завернутую в кусок ткани бутылку, поставил все это на травку и присел рядом.

Шан Те и Гварда присели рядом со мной, но Поганец продолжал стоять на прежнем месте, глядя на меня с горькой обидой.

— Тебе, ученик, я не предлагаю, поскольку слышал, что ты уже насытился…

— Горько смотреть, учитель, как ты разбазариваешь с таким трудом сохраненные мной продукты, — горестно проговорил маленький Сю. — Но ты еще пожалеешь об этом, когда у нас совсем нечего будет кушать! Ты еще припомнишь своего ученика и поймешь, как он был прав!

Впрочем, увидев, что я разворачиваю свертки, в которых оказались лепешки, холодное отварное мясо, какие-то маленькие зеленые овощи, напомнившие мне физалисы, и пресловутые ватрушки, он с непередаваемом вздохом закончил свою речь:

— Однако я вынужден согласиться с твоим тезисом, учитель!…

И Поганец, мгновенно оказавшись рядом, первым схватил с нашего импровизированного стола… ватрушку!

Шан Те положила перед Гвардой кусочек мяса, но прежде чем приступить к еде, синсин взглянул на меня и коротко тявкнул:

— Я что-то прослушал, Сор Кин-ир, какой такой тезис ты высказал, что господин Поганец так резко поменял свое воззрение на экономию продуктов?

Мы все трое внимательно посмотрели на малыша Сю, который быстро поглощал доставшееся ему лакомство.

— Ну как же!… — пробормотал он, судорожно проглотив плохо прожеванный кусок. — Учитель правильно сказал, что перед дальней дорогой надо как следует подкрепиться!

И он протянул свободную руку к мясу. Я только улыбнулся, а затем, взяв в свою очередь лепешку и кусок мяса, обратился к Шан Те:

— Мне, принцесса, удалось подслушать разговор оборотней с посланцем их Хозяина. Посланец назвал себя дафэн Зиньяо…

— Ты смог приблизиться к дафэну?! — удивленно перебила меня Шан Те. — Но я слышала, что это невозможно! Даже те, с кем он сам намерен встретиться, бывают парализованы при его приближении — они могут только говорить и слушать, а уж приблизиться к дафэну против его воли!…

— Ну… кое-какие трудности были, — согласился я. — Но мне удалось их преодолеть! Так вот, этот самый Зиньяо приказал цзинам от имени Хозяина отвести пленников в Синий пригород Пакита, в усадьбу с яшмовыми воротами… Нет! — поправил я сам себя. — В усадьбу «Яшмовые ворота»! И срок установил — завтра к вечеру. К сожалению, он не сказал, зачем они Хозяину понадобились, но по крайней мере до завтрашнего вечера ни твоему отцу, ни моему учителю ничего не грозит.

— А кто этот самый Хозяин есть? — неожиданно вмешался в разговор Поганец.

— Судя по посланцу и по тому, каким образом он появился, я думаю, что Хозяином должен быть один из Великих магов Поднебесной. Ну а поскольку Неповторимому Цзя похищать своего подданного нет нужды, приходится сделать вывод, что это — Цзя Шун.

— Нам надо торопиться!… — воскликнула Шан Те, и в ее глазах снова сверкнули слезы.

— Мы, конечно, поторопимся, — успокоил я ее. — И по следам цзиней мы не пойдем, кое-кто из нас знает более близкую дорогу!

Я посмотрел на Поганца, тот немедленно сделал вид, что полностью поглощен куриной ножкой, выуженной им неизвестно откуда.