Кома. Эшелон (СИ) - Ростов Олег - Страница 48

Я же продолжал смотреть на женщину. Потом спросил:

— И в какой-то момент что-то пошло не так?

— Да. Часть сумела вырваться, когда они полностью обратились. Кого-то мы заперли в комнатах. Что с ними, я не знаю. Они, почти во всех помещениях вывели из строя видеокамеры.

— Но часть сумела вырваться на свободу?

— Да. В том числе и два особых экземпляра.

— Супермутанты? Мужик и женщина?

— Да. И первой на свободу вырвалась именно она. Девочка. Потом освободила его. И часть остальных. Я же говорю, они учатся. Знаю, что на «Объекте №1» был ещё один мужчина, такой же большой мутант. Но у меня нет связи с основной базой. Я уже говорила это. Так вот, эти двое детей, находятся здесь под наблюдением. Я ввожу им препараты, которые замедляют мутацию.

— А остальные дети?

— Остальные, это те, кто имеет иммунитет. Поэтому их вы заберите. Я отдам Вам, Марк всю информацию, которую мы собрали и получили в результате исследований. Возможно, кто-то на её основе продолжит работу и найдёт противоядие. А заодно сумеет до конца понять механизм того, что происходит. Скажите Марк, а у Вас есть видео вашей девочки?

— Есть. — Я вытащил сотовый телефон. Конечно, я не мог позвонить по нему куда-нибудь, но использовал его в качестве видеокамеры. Меня Софья попросила вести видеосъемку Люси. Как она себя ведёт в различных ситуациях. Как реагирует на то или иное, что происходит вокруг. Мы вместе с Ольгой это делали. У неё, в отличии от меня была небольшая видеокамера. Куда она снимала Люсю, потом перекидывала всё отснятое в компьютер Софьи. Я тоже делал тоже самое. Сейчас у меня имелись видеозаписи Люси, которые я не успел ещё передать Софье и почистить после этого память телефона. Я включил его и вывел видео на экран. Лидия Захаровна заворожённо смотрела на Люсю. — Если хотите я могу вам скопировать видео на ваш компьютер.

— Конечно. Мне бы ещё её биоматериал получить.

— На моей одежде её кровь. Это всё, что я могу Вам предоставить.

— Спасибо, мне этого будет достаточно.

Я снял бронежилет, потом куртку. Отдал её Лидии Захаровне. Предварительно, конечно, вытащив всё из карманов. Потом на майку надел бронежилет. Видео скопировал на один из компьютеров лаборатории.

— Выводите детей, мы их забираем. Бенедикт, стрелять умеешь? — Спросил его.

— Если честно, то нет. Я пацифист.

— Я тоже пацифист. И вообще у нас в эшелоне одни сплошные пацифисты. Так что стрелять тебе придётся научиться. Это и есть главное отличие настоящего пацифиста от не пацифиста. Поверь.

— Вы изволите шутить, Марк? — Неуверенно сказал Беня. Но я сохранял серьёзное выражение лица.

— Ни в коем случае. — Повернулся к Артёму. — Скажи ты пацифист?

— Конечно. Я вообще с самого рождения жуткий пацифист.

— Коля, а ты пацифист?

— Самый настоящий. У меня в детстве даже пара хомяков жила и канарейка.

Я посмотрел опять на Бенедикта.

— Ну вот видишь. Все мы пацифисты. Так что держи автомат. Коля отдай ему тот, который взяли на платформе.

Вера, помощница Лидии Захаровны привела девять детей. Шесть девочек и троих мальчиков. Дети смотрели на нас испуганно.

— Дети, не бойтесь. Это дядя Марк. Он пришёл спасти вас и вывезти из бункера. Дальше поедете на поезде. Я всё верно сказала, Марк? — Спросила меня Лидия Захаровна.

— Совершенно верно. У нас есть настоящий бронепоезд.

— Как в кино про войну? — Спросил один мальчишка лет десяти.

— Совершенно верно. Как в кино про войну. Лидия Захаровна. Вы сказали отдадите материалы по исследованиям.

— Да, конечно. — Она прошла к одному из столов. Взяла оттуда ноутбук. Вернулась и отдала мне. — Здесь всё. Это резервные копии, всего, что мы наработали. Всё систематизировано по времени. Одним словом, специалист разберётся. Да, и вот пароль доступа. — Она написала на листочке бумаги пароль из цифр и букв. Длинный, десять символов. — Не потеряйте его.

— Скажите, Лидия Захаровна, а откуда у вас электричество?

— Двумя уровнями ниже работает небольшой реактор.

— Ядерный реактор? Как на АЭС?

— Ну да. Только повторюсь, не такой большой. Но его хватает с избытком. Тем более к некоторым частям бункера мы подачу электричества отключили. Как и контактную сеть в тоннеле, после того, как последняя группа, которая уходила на «Объект № 1» не вернулась и связь с самим центром прекратилась.

— А кто-нибудь следит за этим реактором?

— Следили, пока не умерли от вируса, либо не погибли от рук мантикоры. Но автоматика работает исправно.

— Но так будет не всегда.

— Я знаю. Если что-то произойдёт, автоматика заглушит реактор. Сработают резервные генераторы.

— И насколько хватит резервных генераторов?

— Пока не закончится горючее. А там или надо будет включить в ручном режиме реактор, либо остаться без электричества.

— Если не будет электричества, перестанут работать насосы, которые качают воду в охлаждающий кожух реактора. Либо перестанет работать сама система охлаждения стержней. Вы понимаете, что произойдёт?

— Тоже, что в Чернобыле. Я понимаю. Но там вроде бы, как-то так сделано, что охлаждаться будет даже и без электричества. Как не спрашивайте, я не знаю. Но мне об этом говорили. Проверить я не могу. Это опасно.

— Почему?

— Мы перекрыли проход сюда со стороны платформы и транспортного тоннеля. Но они, мантикоры, всё равно сюда как-то проникают. Скорее всего по нижним уровням, в том числе через отсек с реактором. Если там перекрыть вход.

— Извините, но мы туда не полезем. — Сказал я ей сразу. На хрен. Воевать с дикими в подземных коммуникациях, это надо быть совсем дебилом. Тем более, мы отсюда сваливаем.

— А где майор ваш?

— В лазарете. В соседнем отсеке.

— Давайте так сделаем. Сейчас мы принесём вам продуктов со склада и медикаменты. Потом уйдём.

— Хорошо. Я была бы вам очень благодарна.

Продукты мы притащили, несколько коробок с консервами, крупами и макаронными изделиями. Консервированные овощи и фрукты. Притащили и медикаменты. Лидия Захаровна сама ходила с нами.

Наконец, мы вывели детей в тоннель. Лидия Захаровна стояла в проёме входа в лабораторию, возле открытой двери. Она перекрестила нас всех.

— С богом. Удачи вам. Марк, выведи их и позаботься о них.

— Обещаю. — Ответил я. Женщина закрыла дверь, отрезая себя и оставшихся от всего остального мира. М-да, я бы не хотел здесь провести остаток жизни.

Артём и Николай шли впереди. Я и Павел замыкающими. Шли быстрым шагом. Дети шли молча парами, держась за руки. Их вела Вера. Беня держался позади неё. Я уже засомневался, правильно ли, что дали ему автомат? А то как начнёт лупить куда попало с испуга.

Когда прошли границу, разделяющую те части бункера, которые освещались от реактора, с той частью, которая освещалась от запущенных нами дизель-генераторов, услышал позади далёкий визг.

— Твою мать. Паша слышал?

— Слышал. Самка ищет своего самца, которого мы грохнули или что-то ещё?

— Не знаю. Вполне возможно. Артём, Коля, ускорились. Позади дикие. — Крикнул им. Перешли на легкий бег. Дети бежали вместе с нами.

— Кира, Оля, приём, слышите меня?

— Слышим. Слава богу, Марк! — Ответила Ольга.

— Заводите технику. Мы сейчас будем. С нами дети. Надо отсюда бежать. И приготовьтесь. Как там Люся?

— Люся спит.

— пусть спит.

Визг и что-то похожее на стон или плач, от которого холодный пот побежал по спине, раздался ближе. Кто-то шёл за нами. Мы проскочили ещё один переход, и я закрыл металлическую дверь на запор, отсекая нас от преследователей. Побежали дальше. Дети, особенно младшие стали уставать. Пришлось нам взрослым брать их на руки.

Когда отошли метров на сто, услышал глухие удары в металлическую дверь. Надеюсь, дверь они не сломают, а то это будет уже перебор. Наконец, дверь в ангар. Артём стал стучать.

— Кира, Оля, дверь откройте. Это мы. — Сказал по рации. Лязгнули стержни запоров. Дверь открылась.