Откровение (СИ) - Майер Виктор - Страница 87

— Мой вопрос, наверное, может показаться сейчас немного запоздалым, — произнёс я, ни к кому конкретно не обращаясь, — но просто из чистого любопытства мне хотелось бы узнать одну вещь — кто-нибудь пытался активировать шокеры?

— Мной было отдано такое распоряжение спустя пару минут после нападения мертвяков, — меланхолично усмехнувшись, откликнулся Тим. — Я должен был проверить версию Лены, и мне почему-то казалось, что те импульсные раздражители, какие мы получили от Научного Отдела, в любом случае будут функционировать. Моё мнение оказалось неверным. Шокеры не сработали.

— Это была пустая трата времени, дорогой, — с печальной улыбкой на устах обронила его подруга. — И сейчас мы видим ещё одно подтверждение моей теории. И оно станет уже роковым для всех нас.

— Лена права, — громко (чтобы мои слова могли услышать и другие люди) провозгласил я. — Это наша последняя битва, и у нас, к сожалению, нет другого выхода, как погибнуть. Мы до самого конца с честью сражались за свободу людей и андроидов и на этом нелёгком пути сделали всё, что было в наших силах! Прощайте, друзья, и простите меня, если я поступал несправедливо по отношению к вам или сказал, а может и совершил, что-то неправильное или плохое...

Головы большинства из них повернулись ко мне; они молчали, однако отважные лица и горящие взоры мужчин и женщин в эти секунды сказали мне то, что не смогли бы объяснить и тысячи слов, а затем их голоса в едином порыве слились в боевой клич, и руки с мечами, боевыми топорами, копьями, арбалетами и острыми хитиновыми пластинами взмыли вверх. В тот же миг киборги, похоже, отдали приказ к атаке, и все хамелеодилы были моментально убиты, причём произошло это, судя по достигнутому эффекту, при помощи разных средств поражения. У некоторых зверей подкосились лапы, и они, уже бездыханные, рухнули на пол, другие же были испепелены, изрешечены, разрезаны или разорваны на крупные и мелкие куски. Видимо, боевые аппараты применили все имеющиеся у них виды вооружений — импульсные, энергетические, электронные, волновые и огнестрельные. Мне было непонятно такое многообразие, ведь они могли бы ограничиться только импульсаторами и довольно быстро и бескровно погубить всех нас. Ещё одной странностью было то, что уничтожили исключительно животных, даже наездников пощадили, что наталкивало на тревожную мысль о весьма неутешительных для нас, людей, планах ИскИнов. К вони полусгнивших и давно не мывшихся мёртвых оборотней присоединились теперь резкие запахи горелого мяса, большого количества пролитой свежей крови и искромсанных туловищ, и внутренностей гигантских хищников.

Вдруг наши сомкнутые ряды нарушились, и в дотоле плотном кольце защитников образовалась брешь, а затем, повинуясь хриплому и полному ярости крику Аливабдола, вперёд, прямо на киборгов и машины, бросились шестиногие бойцы. Возможно, командующий биологов полагал, что их скорость и ловкость поможет им избежать губительных попаданий из орудий, поэтому и решился на эту самоубийственную акцию, хотя нельзя исключать и такого варианта, что он намеренно повёл своих сородичей на верную смерть, когда увидел мгновенную ликвидацию хамелеодилов и понял, что всем нам могут сохранить жизнь для последующей гибридизации. Но какие бы предположения о нашей дальнейшей судьбе не возникали в тот момент у нас в головах, подобные мысли были, безусловно, ошибочными, и уже в следующие минуты мы убедились в этом. Стремительно бегущих солдат Колонии встретили не импульсы, лучи, субатомные частицы, волны или огненные снаряды, — им пришлось сразиться с холодной разящей сталью, облачённой в упругую искусственную кожу. Боевые аппараты больше не проявляли активности и безучастно зависли в воздухе на высоте в половину человеческого роста, а киборги, напротив, молниеносно устремились навстречу нападавшим. За их движениями было сложно уследить взглядом, настолько ловкими и проворными они оказались, и даже юркие насекомообразные воины смотрелись медлительными и неуклюжими по сравнению с ними.

Киборги не нуждались в каком-нибудь дополнительном оружии, они расправлялись со своими жертвами голыми руками. Их собственное тело само по себе являлось безупречным боевым инструментом, и этого им хватало с лихвой. Биологи наскакивали на своих врагов, которые даже не стремились избежать прямого столкновения, и старались обхватить торс противника одной парой ног, а две другие использовать для нанесения рваных ран зазубренными краями саблевидных наростов, однако таким образом можно было повредить только слой кожи, в то время как остальные органы, скрытые под сплошным экзоскелетом из сверхпрочного сплава, были недоступными целями. Некоторым солдатам удавалось срезать псевдоэпидермис, и кожные лоскуты свисали с человекообразных машин, придавая им жуткий вид и обнажая как статичные компоненты с характерным металлическим блеском, так и подвижные многосуставчатые механизмы из других искусственных материалов. Тем не менее никакого ощутимого урона, кроме эстетического, кибернетическим организмам удары биологов не принесли, а вот ответные действия были ужасающими. Киборги обладали неимоверной силой и буквально расчленяли солдат на куски. Они забивали их ногами, ломали им суставы, тут же отрывали или выворачивали конечности, расплющивали кулаками головы и пробивали пальцами хитин на брюшке, чтобы потом вытащить окровавленные внутренности наружу, причём проделывали все эти действия с поразительно высокой скоростью. Безумно жестокая расправа над бойцами Аливабдола, сопровождаемая предсмертными криками шестиногих, могла заставить дрогнуть и пасть духом любого человека, и уже только по этой причине никто из нас не стал бы упрекать своих соратников, если бы они решили сдаться, но трусость не являлась отличительной особенностью гвардейцев, и, несмотря на кошмарную ситуацию, они явно не собирались менять принятого решения. Не дожидаясь особого приказа с моей стороны, потому что все мы, в принципе, были так или иначе обречены, и какие-нибудь распоряжения уже не имели практического смысла, последние воины Гвардии Ковчега ринулись на безжалостных убийц, надеясь достойно умереть в бою. Даже женщины, прежде не хотевшие или не умевшие воевать, похватали с пола и трупов первое попавшееся оружие, принадлежавшее ранее погибшим защитникам Лагеря и зомби, и кинулись на ненавистного врага. Из моих друзей не сдвинулись с места лишь трое: Моглурн, кого, как обычно, никакие чрезвычайные обстоятельства не могли побудить избавить Великого Номада от присутствия рядом верного телохранителя; Лена, готовая защищать меня — и вообще каждого землянина — до последнего вздоха, о чём она много раз заявляла мне; а также Тим, оставшийся с нами, бесспорно, не по причине беспокойства за жизнь фельдмаршала, а ради любимой женщины.

Темгон с мечом в руке устремился в бой вместе с другими соплеменниками, и после этого ему суждено было прожить всего лишь пару минут. Один из киборгов с миловидным лицом молодой девушки и тёмными волнистыми волосами (как ни странно, ИскИны исправно продолжали придавать своим ближайшим помощникам мужские и женские внешние черты) отбросил ногой в прыжке смелого вождя со своего пути, а когда тот попытался встать, обхватил его голову руками и, ударив о колено, раскроил ему череп. К счастью, странник умер мгновенно, в отличие от тех гвардейцев, кому не так повезло и кто после тяжелейших травм падал на пол и ждал там смерти. По трагической иронии судьбы наши люди сейчас очутились почти в таком же положении, в каком ещё совсем недавно были гибриды, когда они отдельными группами совершали набеги на Новые Земли. Бойцы Гвардии превосходили большинство молчунов по многим показателям — как умственным, так и физическим, — и те являлись для них относительно слабым противником, способным побеждать в основном за счёт своего количества, а теперь им противостояли существа, обладающие высоким уровнем интеллекта, которых, кроме всего прочего, невозможно было уничтожить традиционным для этой территории оружием. Гвардейцы, в прошлом жившие на Потерянных Землях, прекрасно знали, что киборги фактически непобедимы, поэтому и бежали оттуда и на новой родине могли чувствовать себя в безопасности лишь благодаря процессу Смыкания. Лишившись этой защиты, все мы в одночасье стали лёгкой добычей... Люди один за другим гибли чудовищным образом под беспощадными ударами двуногих машин, и я бы многое отдал за то, чтобы боевые аппараты снова заработали и уничтожили каждого из нас быстро и сравнительно безболезненно, но они по-прежнему не принимали участия в битве, превратившейся уже в кровавую бойню. Через несколько секунд после смерти Темгона пришла очередь Ремара. Он сразился с киборгом мужского типа, и, конечно же, не сумел с ним совладать. Храброму бригадиру, мастеру боевых искусств, удалось уклониться от первого атакующего действия, и ребро ладони врага пронеслось совсем рядом от его лица. Полицейский взмахнул своим легендарным клинком, уже испившим сегодня кровь принца Артиса, и ударил по нисходящей траектории в шею, очевидно, надеясь перерубить тонкое сочленение черепа с корпусом, но острейшее лезвие рассекло только кожный покров, не причинив вреда твёрдому материалу скелета. Для того чтобы устойчиво стоять на ногах и вложить всю силу в удар, ему пришлось на мгновение замереть, и этого кратчайшего временного промежутка оказалось достаточно киборгу для контратаки. Он вцепился в гребень Ремара одной рукой, рванул его голову к себе и тут же разорвал гортань пальцами второй конечности, а после того, как кровь хлынула из раны на грудь, отшвырнул умирающего бригадира в сторону.