Земля разбитых грез (СИ) - "Sleepy Xoma" - Страница 28

Я быстро активировал магическое зрение и смог различить тонкий кокон вокруг бандита. Тот, похоже, в последнюю секунду успел пустить в ход защитные чары. Что ж, где не помогла магия, свое слово скажет сталь!

Еще десять минут назад я, наверное, ужаснулся бы столь кровожадным мыслям, но сейчас на все было плевать с высокой колокольни! Эти ублюдки решили, что забрать силой проще, нежели купить, ну и отлично! Я тоже в состоянии отобрать то, что мне нужно! Теперь в состоянии.

Все дальнейшее очень походило на тренировку в замке гейских паладинов.

Бандит, с трудом поднявшись, сорвал с пояса знакомый уже мне магический жезл и начал вскидывать его для выстрела. Я шагнул вперед, выставил копье перед собой, держа двумя руками, резко уколол.

Лезвие прошло сквозь пузырь, остановивший мои молнии, и погрузилось в человеческую плоть по самое древко. Похоже, чары эти работали только против магических атак.

Рука с жезлом на миг замерла, затем опустилась, безвольно повиснув. Пальцы разжались и оружие со стуком упало на пол, покатившись в ближайшую лужу крови. Главарь несколько секунд тупо смотрел на меня, из его рта полилась кровь, а после ноги подкосились и он рухнул вслед за жезлом.

Все было кончено.

Ярость схлынула так же стремительно, как и затопила тело, оставив после себя пустоту и чудовищную слабость. Я выпустил из рук копье, упал на колени и зарыдал, не сдерживая слез. Тело била крупная дрожь, руки и ноги тряслись, воздуха не хватало, хотелось свернуться калачиком и забыться сном. Возможно даже, вечным.

Кровь, она всюду, всюду! На мне, я в крови, нужно… умыться… Я должен…

Мысли путались, наталкиваясь одна на другую, перед глазами все накрыла пелена, а сознание подернулось дымкой. Я словно падал в пропасть, или тонул в болоте. Хотелось сбежать отсюда, не видеть и не слышать ничего.

Да, это все мне показалось. Ничего не произошло. Я не убил никого, ни сейчас, ни утром. Это выдумка, сон, все так. Я сейчас закрою глаза, а когда проснусь, все будет хорошо, да, именно так

Дневной свет начал меркнуть.

- Вот, наконец-то, сейчас прос…

Договорить я не успел. Перед глазами возник ворон и его алые глаза закрыли весь мир…

И я дернулся, точно понюхал нашатыря.

А затем все прошло.

Дурнота, слабость, странное ощущение пустоты, паника… Все растворилось подобно утреннему туману под горячими лучами летнего солнца.

Я протяжно вдохнул воздух и осмотрелся.

- Что… Что случилось?

Ты здесь, - коротко ответил Айш-нор.

А в следующий меня скрутил мощнейший рвотный спазм. Я уперся в кровавый пол ладонями и извергал свежесъеденный обед.

Неплохо, хорошо, отлично! Ты, пробудив сей гнев, убил врагов.

В поле зрения появились знакомые лапы и я, с трудом распрямившись, уставился на Айш-нора. В голове было на удивление пусто и чисто. Прямо, как в желудке.

Я полностью пришел в себя, но не испытывал ни малейшей благодарности по отношению к пернатому благодетелю.

- Доволен, тварь? - процедил я. – Ты этого хотел? Я только что убил добрую дюжину человек, среди которых был ребёнок!

Сказать хотел ты: «дети»? – глумливо уточнил демон.

- Что?

Смотри, они забились за мешками, а потому спаслись, но, между нами говоря, убить их должно сей же час, чтоб не узнал никто о нас.

Я непонимающе посмотрел туда, куда указал демон. И правда, в углу, прикрытые мешками с каким-то добром, забились двое: приснопамятный белобрысый шкет и девчонка – точная его копия. Дети тряслись от ужаса, обняв друг друга, но, как ни странно, не плакали.

Поднявшись, я осмотрел место побоища. Демоническая магия в очередной раз сработала выше всяких похвал, хотя энергии я явно потратил изрядно – голова кружилось, тело качалось, точно на ветру, а перед глазами все плыло. Тем не менее, я во всех подробностях рассмотрел дело руки своей и не блеванул лишь потому, что уже успел освободить желудок.

Айш-нор ситуацию не улучшал. Ворон переходил от одного тела к другому, вырывая лакомые кусочки и со вкусом глотая их. Отказываясь от обычной пищи, он старался пожирать поверженных врагов, отдавая предпочтения глазам, печени и сердцам.

Впрочем, это не имело значения, потому как до меня наконец полностью дошел смысл сказанного.

- Что значит, убить? – прошептал я пересохшими губами. – Безоружных детей?

Один из них завел тебя в ловушку, - напомнил демон, - чего жалеть? Убей с его подружкой.

- Она больше на сестру похожа.

Убей с сестрой, какое дело мне?

Ворон перескочил на еще одно тело и с силой вонзил клюв в распахнутый рот, вырывая кусок языка, который легко проглотил.

- Нет.

Нет? – демон посмотрел на меня. – Нет, значит? Почему?

- Я не буду убивать детей, тварь ты пернатая!

В этот самый миг в комнате потемнело, повеяло холодом, а грудь сдавило, точно могильной плитой или двумя метрами земли над гробом. Сам ворон как-то неуловимо преобразился, стал больше, массивнее, его взгляд потяжелел, а за позади точно из клубов дыма сформировалась человекообразная фигура с алыми глазами.

Следи за речью смертный, я тебе не друг! Я архидемон! Я – великий! Ты ж – жалкий червь, что мне попался вдруг, коль захочу убить, никто и не услышит крики! Неуваженье же не стану я терпеть! Ты прах, ты пыль... Ты понял ли меня? Ответь!

Последнее слово эхом отдалось внутри черепной коробки, вызывав приступ головной боли.

Я стиснул зубы и, превозмогая чудовищное давление, прохрипел:

- Я не стану убивать детей. Ни за что.

И в следующий миг все закончилось. Ворон глядел… с одобрением, что ли?

Характер, значит, можешь проявить? Ну что же, по сему и быть. Лишь тот достоин зваться мужем, кто может поступить, как сердце повелит, приняв последствия.

- Что, так просто?

Демон счел ответ ниже своего достоинства, а я, наконец, решил, что раз уж сказал А, перебив кучу народу, нужно говорить Б и ограбить покойников. А потому я подошел к съежившимся детям, смотревшим на меня как на опасного психа.

Ах да, для них же я разговариваю сам с собой. Да уж, неудобно получилось. Ладно, постараюсь больше не палиться.

Я мрачно воззрился на них и произнес:

- Соберите все ценное, что есть в доме. Золото, серебро, украшения. Когда это сделаете, я уйду, и мы больше никогда не увидимся. Попробуете сейчас сбежать – натравлю ворона, найду и вырежу глаза. Все ясно? Тогда выполнять!

Дети стали белее мела, дружно кивнули, и бросились обшаривать трупы, причем делали это с поразительной сноровкой и отсутствием какой-либо брезгливости, ну а я достал пару полосок волчьего мяса, присел на худо-бедно чистый кусок пола и принялся жевать, восстанавливая магическую силу.

Подумать только, за сутки я угробил полтора десятка человек, если считать вместе с крестьянами. Не всякий серийный маньяк может похвастаться таким послужным списком. Самое страшное, что стремительно начинаю привыкать к подобному. Еще вчера блевал добрых десять минут, а сейчас всего разок, после чего - сижу посреди комнаты, залитой кровью, и спокойно жру мясо, понимая, что на выходе из города может понадобиться демоническая магия. Кстати, о выходе из города… Переодеться бы.

Вещи, выданные гейскими паладинами, были изгвазданы кровью так, что их в принципе нельзя больше использовать, предварительно хорошенько не прокипятив. Возможно, даже с Тайдом.

- Или он – без кипячения? Не помню, - проворчал я, уточнив у детишек, где тут можно разжиться одеждой.

Оказалось, что недалеко – в одной из соседних комнат.

Повезло – подходяще шмотье нашлась достаточно быстро и выглядело оно, в целом, нормально. Обычные черные штаны, темная же рубаха, несколько пар перчаток, и, что самое главное, длинный пафосный кожаный плащ с кучей кармашков на внутренней стороне. Последние две обновки радовали особенно сильно, потому как тряпки, обмотанные вокруг магического протеза, превратились в лохмотья.

Помимо этого, я прихватил пару комплектов запасной одежды, а также – большой хороший рюкзак, снабженный множеством отсеков, кармашков, и даже несколькими нашитыми вручную петлями, на которые было удобно подвесить совковую лопату и топор.