Земля разбитых грез (СИ) - "Sleepy Xoma" - Страница 108

Наконец, ученик не выдержал.

- Почему? – выдохнул он, зайдясь в новом приступе кашля.

Вместо ответа высший паладин налил чая и пододвинул кружку, дождался, пока тот не выпьет немного, угомонив кашель, и лишь затем разомкнул уста.

- Успокоился, глупый ученик?

Лехри буркнул что-то себе под нос, но кивнул, правда лицо его при этом дёргалось и извивалось, точно живя своей жизнью.

- Я не один и не два раза говорил о том, что человек твоих дарований обязан держать себя в руках. Впрочем, сейчас не время для нравоучений, вот, изучи.

Он протянул ученику тонкую папку, после чего налил себе еще чая.

Лицо Лехри по мере чтения менялось. Сперва с него ушла злость, затем – обида, наконец, покинуло и недоумение. Их место занял… страх? Увы, увы, не сие в высшей степени достойное чувство, нет. На лице юного паладина промелькнули радость, веселье, и ожидание.

«Увы, сегодня он в кровавом настрое, а посему будет рад грядущему», - подумал высший паладин.

- Наставник, - плохо скрывая переполнявшие его эмоции, произнес Лехри, — это точные сведения?

- Точнее некуда. Их перепроверил лично просветленный, и сомневаться не приходится.

- Но как подобное могло ускользнуть от нас? Почему узнали только сейчас, полгода спустя?

- Разведка Эйри допустила непростительную оплошность, если не сказать большего. Грейди сейчас проводит чистку рядов, но, коль тебе интересно мое суждение, его и самого недурственно было бы проверить. Измена, мнится мне, свила гнездо высоко. Но даже так… Результаты есть.

- Шпионы?

- Больше, чем мы ожидали, и куда выше, чем хотели бы. И не только у нас. В Ойлеане также начались чистки.

- А что метсаны?

Старик пожал плечами.

- Кто ведает, что на уме у детей леса?

Впрочем, это уже не волновало Лехри. В глазах юноши зажегся огонь борьбы, а сбежавший искаженный остался где- то на задворках памяти, отодвинутый по-настоящему важными вопросами.

- Выходит, скоро начнется война?

Голос паладина звучал прерывисто, хрипло, возбужденно. Лехри облизывал губы и даже подался вперед, с восхищением глядя на учителя.

- Мы станем воевать с Махансапом? Как в годы вашей молодости, наставник?

Риманн зажмурился, и перед его внутренним взором предстала изуродованная, лишенная жизни равнина. Тут и там грохотали разрывы снарядов. Черноту разгоняли всполохи выстрелов и магические заряды. А прямо на него – молодого двадцатитрехлетнего паладина – несся бронированный поток. Кошмарные всадники на ужасных конях. Рыцарство Махансапа, идущее в лобовую атаку.

Горло вмиг пересохло, а руки задрожали, и старый воитель поспешно открыл глаза.

Да, он видел вещи и пострашнее. Да, пережил схватку с пожирателем, пары шагов не дошедшего до вознесения, а победой над столь грозным противником в бою один на один могли похвастаться единицы. Да, за долгие годы пришлось переступить через десятки, сотни поверженных противников, каждый из которых с легкостью истребил бы целую дивизию. Но…

Ужас, пережитый в первом сражении, остался в его сердце навек.

А потому старый воин, посмотрев на полное радости лицо юноши, произнес:

- Нет, Лехри. В этот раз все будет куда страшнее.

- Почему, наставник?

- Нас стало больше. У нас больше союзников. У нас больше оружия. На этой войне мы, подобно Древним, опояшем землю рядами траншей, призовем пламя, газ и магию массового уничтожения. И моли Морриган о том, чтобы, когда война начнётся, на огонек не заглянули пожиратели, народ моря или обитатели Темного Леса.

Он помассировал виски и приказал:

- А теперь оставь меня. Ты назначаешься командиром особого полка, принимай людей и материальную часть, готовь их и тренируй так, как будто завтра в поход, потому что, скорее всего, подобным образом и случится. Будь готов исполнить любой приказ.

Лехри поднялся, вытянувшись струной, ударил кулаком по груди, и, склонив голову, четко развернулся.

- И вот еще что, - в спину ему прошептал Риманн, - постарайся обуздать своих демонов, иначе они пожрут тебя на этой войне, ученик.

- Я постараюсь, учитель, - произнес юноша, затворяя за собой дверь.

Как всегда, искренне. Как всегда, уверенно. Как всегда, лживо.

- Что ж, значит, одним смертником сегодня в Эйри станет меньше, - вздохнул высший паладин, наливая себе еще одну кружку чая и поднимая ее трясущимися руками.

«Хорош наставник… Со своими демонами справиться не может, а советует… Поистине, мы передаем свои ошибки по наследству детям и ученикам, чтобы изуродовать тех, как нас в свое время покалечили наставники и отцы… Ничего не меняется. Никогда».

Вздохнув, он отставил кружку и извлек из внутреннего кармана фляжку с верным лекарством, к которой не прикладывался уже несколько месяцев.

Глоток, и расплавленный огонь устремился по венам, разгоняя страхи и пряча неуверенность.

Риманн с видимой неохотой отстранился от фляжки, затем повертел ее в руках, пожал плечами.

«Ну, от еще одного глоточка ведь ничего страшного не случится. А если что, Агна закодирует», - решил он, и залпом осушил содержимое. – «Какая разница, в самом деле? Этой войны мне не пережить. А потому… мое здоровье!».

Глава 29.

Дни сменяли один другой, а мы почти не разговаривали друг с другом. Вопросы роились в голове, налетая один на другой, но ответов на них найти было негде. Максимум, удавалось перекинуться парой незначительных фраз с Анандой, которая неплохо разбиралась в реалиях Дамхейна, или Сюин, обладавшей куда большим, нежели мой, опытом обитания в этом затхлом мирке, а когда уже казалось, что момент для разговора настал - нам обязательно кто-нибудь да мешал.

Всего полтора десятка спасенных на деле оказались той еще головной болью. Этих людей следовало кормить, защищать, согревать, следить за тем, чтобы никто не потерялся в дороге. Благодаря трофейным фургонам, никому, по-крайней мере, не пришлось идти пешком, и это, пожалуй, было единственной хорошей новостью…

Скатиться в пучину мизантропии мне мешали только Илэр с Морвин, которые после очередного спасения, кажется, решили, что я их персональный ангел-хранитель и не отходили от меня ни на шаг, провожая чуть ли не в походы до ветру.

Впрочем, воровское прошлое оказало на детишек серьезное влияние, благодаря чему они хотя бы не открывали рты там, где не надо. Или, как сказал бы Илэр, не палили контору, старательно избегая любых упоминаний демонического происхождения моего ворона, вечно замотанной правой руки или особенных гастрономических пристрастий.

Зато каждый вечер они засыпали меня вопросами о Земле, и приходилось выуживать все новые и новые истории. В какой-то момент времени я начал пересказывать детишкам «Властелина колец», и, судя по их довольным лицам, классическое высокое фэнтези вполне могло бы завоевать себе определенную долю на книжном рынке Дамхейна. Прямо рядышком с бестселлерами «Как принести попаданца в жертву» и «Как быть моральным уродом, советы профессионалов».

Впрочем, рассказами заслушивались и прочие спасенные. Этим людям нравились мои байки, а все рассказы я подавал именно под соусом небылиц, и они в ответ поведали массу любопытных историй, преимущественно про свое житье-бытье.

К сожалению, большая их часть выглядела синопсисом то ли фильма ужасов, то ли какой-то жёсткой антиутопии.

Жизнь на восточных окраинах, как я понял, вообще не отличалась весельем, но тут выходила совсем уж какая-то запредельная хтонь.

Так, пятнадцатилетнюю девчонку по имени Ита - вечно зашуганную блондинку с фиалковыми глазами – продали в бордель родители, а оттуда – из-за отсутствия популярности – “добрые дяди” отправили малолетку в фургон южан.

Старика лет шестидесяти родные дети отвезли подальше от деревни - и бросили под сосной, связанного..

Когда другие “добрые люди” разрезали путы, дедушка сперва прослезился от радости, а затем увидел спасителей и едва не помер от ужаса, поняв, кто они такие. Увы, южане не желали, чтобы потенциальная жертва тихо и мирно загнулась от инфаркта. Они не просто так держали алхимика, который и напоил дедка какой-то дрянью, приведя того в относительно нормальное состояние.