Идет розыск - Адамов Аркадий Григорьевич - Страница 58

— Какие сообщения с дачи? — спросил Цветков у Вали Денисова.

— Мы приехали туда в восемь тридцать, — ответил тот. — Гости уже разъехались. Говорили с Вовой, хозяином.

— Ну, и что?

— Во-первых, — как всегда обстоятельно начал докладывать Денисов, — он произвел на меня хорошее впечатление и говорил правду.

— Точно. Хорошее, — подтвердил Лосев. — Случайный среди них человек.

— Во-вторых, — ровным голосом продолжал Денисов, словно Лосев и не перебивал его. — Гости разъехались спокойно. Никаких подозрений в связи с отсутствием тех двоих не возникло. Лев Константинович их ранний отъезд даже одобрил. В-третьих, больше на даче никто не появлялся. Других сообщений нет.

— А исчезновение Златовой их не встревожило? — спросил Цветков.

— Не очень. Поняли, конечно, что убежала. Посмеялись над Глинским. Нина, правда, разохалась. А Глинский разозлился.

— Куда делась та девушка, которая приехала с Шаниным?

— Уехала со всеми.

— И кто она такая, установить, выходит, не удалось? — продолжал спрашивать Цветков, на этот раз обращаясь к Лене.

Та смущенно покачала головой.

— Я ее даже не видела.

— Так. Значит, из всей этой компании, — подвел первый итог Цветков, — мы не знаем, кто такая эта девица — ну, ее мы быстро установим, адрес у нас есть — и кто такой Лев Константинович. Второй раз он от нас ушел.

— На машине Нины Сергеевны, — добавил Денисов. — Сотрудники ГАИ их пропустили, записав номера. Других инструкций они не имели.

— И не могли иметь, — досадливо откликнулся Лосев. — Вести незаметное наблюдение за тремя машинами они не смогли бы. А Денисов опоздал.

— Так, ведь… — начал было оправдываться Денисов.

Но Цветков жестом остановил его.

— Хватит, — коротко произнес он и добавил: — Тут все ясно. И ясно, что пока мы не установили, кто такой этот Лев Константинович.

— Главарь, — убежденно откликнулся Лосев и иронически добавил: — Уважаемая Нина Сергеевна знает, кого выбирать в дружки. Юные увлечения кончились.

— Ваше мнение? — обратился Цветков к Лене.

Он вел себя с вей, как будто ничего особенного вчера не случилось, и она остается в его глазах умным и надежным сотрудником. Хотя на самом деле, и это все понимали, ее участие во вчерашней операции не только не принесло особой пользы, но и изрядно осложнило дальнейшую разработку опасной преступной группы. Ведь она все же весьма странно исчезла с дачи, и у кого-то это могло вызвать подозрение. Да и ее отношения с Ниной Сергеевной теперь неизбежно должны были осложниться. Как-никак та предала ее, и Лене полагалось серьезно обидеться. Это означало почти разрыв вместо желаемого сближения. Тем не менее Кузьмич вел себя, словно ничего особенного вчера с Леной не произошло и, как всегда, интересовался ее мнением.

— Главарь, — подтвердила Лена. — И ее друг. Кроме того… он вовсе не Лев Константинович, оказывается. И кто он такой, не знает даже Нина.

— Это она сама вам сказала? — насторожился Цветков и даже перестал вертеть в руках очки.

— Это мне Глинский сказал. И добавил… — Лена на секунду задумалась. — Нет, он дал мне понять, что что-то про него знает.

— Так, так. Это надо запомнить. Теперь еще вопрос, — продолжал Цветков, снова обращаясь к Денисову. — Как гости уехали, кто в какой машине, ты не спросил?

— Спросил, — быстро, словно ожидая этот вопрос, ответил Валя. — Значит, так. Машин было три. С Ниной уехал один Лев Константинович. С Глинским уехали Коменков и та девушка Рая, которую Шанин привез. Ну, а Бобриков повез Катрин и Жанну.

— Жанна работает вместе с Ниной, — пояснила Лена. — А Катрин — на какой-то промтоварной базе.

— Так, — кивнул Цветков. — Теперь глядите, что получается. Значит, Шанин у нас. Смоляков скрылся. Остальные…

— Надо брать Глинского, — с необычной для него злостью сказал Лосев.

Цветков взглянул на него.

— Это мы еще посмотрим, — ответил он и, сняв трубку одного из телефонов, набрал короткий номер. — Цветков говорит. Добрый день. Как почерковедческая экспертиза по Глинскому?.. Да? Прекрасно.

Он положил трубку и посмотрел на сидевшего в стороне Албаняна, и тот невольно напрягся под его взглядом.

— Глинского мы можем брать, — задумчиво сообщил Цветков. — Обе фальшивые доверенности заполнены им. И по кислоте, и по пряже. Вот только не рано ли? Что скажут коллеги?

Албанян решительно кивнул головой.

— Можно брать, — сказал он. — Надо брать! — добавил он запальчиво. — Он должен вывести нас на главаря. Быстро вывести. Связан напрямую. Не через Нину. Уверен.

— А мы этим арестом главаря не спугнем? — с сомнением спросил Денисов.

— Глинский нам его через три дня отдаст, увидите, — сказал Лосев. — Тот не успеет даже испугаться.

— Мы еще можем спугнуть подпольных покупателей этой самой кислоты или, там, пряжи, — сказал Шухмин и, морщась, потрогал лоб. — Вон Лосев говорит, какой-то там Свиридов в Лялюшках уже напуган. Концы в воду упрячет и…

— Нет, нет! — энергично перебил его Албанян. — Мы ему не дадим упрятать концы! Через час мы туда едем.

— Кто там начальник подсобного цеха, ты еще не знаешь? — спросил Лосев. — Случайно, не Лев Константинович? Тогда поосторожнее.

— Сомневаюсь, — покачал головой Эдик. — Но посмотрим.

— Что ж, подведем некоторые итоги, — деловито и неторопливо произнес Цветков и повторил: — Кое-какие итоги. Значит, преступная группа включает в себя пока что, во-первых, этого самого Льва Константиновича…

— Так называемого, — ядовито вставил Лосев.

— Пока именно так и называемого. Допустим, это главарь. Затем идет Глинский. Он ищет фондодержателей и изготовляет фальшивые документы. Далее идет Шанин. Он являлся с этими документами и забирал товар. И, наконец, Смоляков, шофер.

— Во втором случае, с пряжей, — вставил Албанян, — являлся и забирал товар кто-то другой. Возможно, и шофер был другой.

— Верно, — кивнул Цветков. — Но пока нам известны вот эти.

— А Бобриков? — спросил Лосев. — Он, ведь, где-то рядом.

— Именно что, — с ударением произнес Цветков. — Рядом. Как, вот, и эта самая Нина, допустим, или Коменков, паршивец такой.

— Но все трое могут пригодиться, Федор Кузьмич, — вставил Лосев. — Все трое что-то, да знают.

— Конечно, — согласился Цветков. — Вокруг них мы еще поработаем.

— Но аресты могут их тоже напугать.

— Ну, и что? Они не скроются. Они станут только еще разговорчивее, — Цветков усмехнулся и тут же нахмурился. — И еще нам надо искать Смолякова. Мно-ого на нем крови, — и неожиданно обернулся к молчавшему Откаленко. — Ты, милый мой, как себя чувствуешь?

— Хорошо, — сдержанно ответил Игорь.

— Совсем хорошо?

— Совсем.

— Так, — удовлетворенно кивнул Цветков. — Что ж, тогда беремся за дело. Ты, Лосев, немедленно побеседуй с Шаниным, от него много ниточек тянется. И много у нас к нему вопросов. Правда, ты его и брал. Но парень он хлипкий. И на контакт легко пойдет. Ты, Денисов, получишь санкцию прокурора на арест Глинского. Дальше. Вы, Златова, позвоните этой самой Липе, поделитесь происшедшим, пожалуйтесь. Надо попробовать восстановить контакт с Ниной Сергеевной. Это тоже путь к их главарю. Ну, а вы, — обратился он к Откаленко и Шухмину, — сегодня свободны, — и многозначительно добавил: — Набирайся сил, Откаленко.

Лосев вернулся к себе в комнату и сразу же вызвал Шанина. Конвой доставил того уже через несколько минут из соседнего здания.

Впервые Виталий рассмотрел по-настоящему этого парня. Ночная схватка в счет не шла. Он производил на первый взгляд неплохое впечатление. Открытое, даже чем-то симпатичное лицо, пухлые губы, правда, чуть капризные, мягкая линия подбородка, чуть толстоватый, добродушный нос, обычно, видимо, веселые, голубые глаза и светлая, модно подстриженная копна волос. Фигура тонкая, даже изящная, узкие, нервные руки.

Держался Шанин самоуверенно, даже вызывающе, хотя вид у него был неважный. После поездки в Лялюшки переодеться он не успел и потому был в стареньком сером костюмчике, еще более измятом после схватки на даче и ночи, проведенной в милиции. Под пиджаком был надет синий свитер. Здоровый румянец на щеках слегка потускнел, вокруг глаз легли тени, и пухлые губы были упрямо сжаты.