Факультет Чар. ЧарФак (СИ) - Тигрис Кира - Страница 57

Закипая от моей полнейшей безучастности и оскорбленная отсутствием у меня должного энтузиазма, блондинка в гневе ослабила хватку своих рук, кислород наконец-то наполнил мои легкие.

— Почему же ты так плохо целуешься, зайчик? Ай-яй-яй! — просюсюкала девушка, очевидно намереваясь дать мне еще одну попытку.

— Потому что он — не я! — раздался за моей спиной знакомый с хрипотцой голос, от которого по коже побежали мурашки. Это мог быть только настоящий Константин Блэкстоун, появившийся, как обычно, в самый неподходящий для меня момент.

Однако, не успела я прийти в себя, как раздался звонкий шлепок, мой мир покачнулся, а правая щека вспыхнула огнем. Стейси только что отвесила мне самую мощную из своих фирменных пощечин! Затем последовала ультразвуковая атака — девушка широко открыла рот, как на приеме у стоматолога, и завизжала, будто сирена, оповещавшая о начале атомной бомбардировки. Ситуация была крайне серьезная!

Она стояла в своем розовом бикини и вертела головой, переводя озлобленный взгляд своих густо накрашенных карих глаз с меня на настоящего Блэкстоуна-младшего.

«А тому ли я дала?» — у девушек это, видите ли, это очень серьезный вопрос.

— Ты, вообще, что такое? — серьезно спросил Коста, грозно сверкая своими темно-зелеными глазами в мою сторону.

Глава 21. Строго 18+

Блиин! Неудобно-то как вышло! Мне срочно нужно валить отсюда! Так! Первым делом надо было всех хорошенько отвлечь — все вокруг застыли в немом «ахе», не сводя с меня своих круглых ошарашенных глаз. С молниеносной скоростью я выбросила руку вперед и, находясь в образе Косты, быстро дернула за кончик бантика, который до этого времени вполне успешно удерживал на Стейси лифчик ее ярко-розового бикини — хвала дизайнерам моды, которые придумали завязывать купальник спереди. Оставшись топлес, блондинка снова истошно завизжала, словно пожарная сирена, децибел на сто, не меньше. Я была готова поспорить, что из чашечек ее купальника на пол выпала пара чего-то круглого, мягкого и объемного. Отстегивающиеся накладные «сиси» быстро покатились в направлении бассейна и, не успели окружающие их как следует рассмотреть, как обе с прощальным грустным «бульк» скрылись в разноцветной пене. Закрывая сбежавшую грудь руками, Стейси с истошными криками быстро покинула поле боя, умчавшись в ближайший женский туалет, словно она только что потеряла свое самое сильное секретное оружие.

Обалдевший настоящий Коста все еще не двигался с места, стоя с открытым ртом прямо напротив бассейна. Сейчас парень был похож на меня один в один, тоже в темной одежде — черная рубашка, джинсы и даже фирменные белые найки. Самое главное в атаке — это неожиданность, а самая сильная неожиданность всегда помножена на тупость. Я вдохнула в легкие побольше воздуха, в два широких прыжка подскочила к Косте и выпалила.

— Теперь ты водишь!

— Что?! — обалдел он.

— КРЯ!

И я со всей силы толкнула его в грудь. Парень, явно не ожидая от меня такой прыти, быстро попятился назад и, потеряв равновесие, полетел спиной в бассейн, подняв в воздух кучу разноцветных брызг и собственных ругательств.

Воспользовавшись моментом, я быстро укуталась в свой белый плащ мага и телепортировалась в первое пришедшее в голову место. Впрочем, не прошло и пяти минут, как я снова вернулась обратно…

Едва я забарабанила по знакомой высокой деревянной двери с номером «356», где располагался тайный номер для магических путешественников, как из оштукатуренной стены рядом появилась каменная и очень недовольная морда миниатюрной горгульи.

— Пусти меня внутрь! Я спать хочу! И в туалет! — выпалила я, на ходу придумав последнее для усиления драматизма ситуации.

— Ты чего буянишь и орешь? Твой смертный для развлечений еще дрыхнет! — сварливым шуршащим шепотом ответила мне горгулья. Едва злобный взгляд маленького монстрика упал на меня, как его большие каменные глаза сузились до пары тонких щелочек, а широкие приплюснутые ноздри раздулись, с шумом принюхиваясь. — Фу! Ну и смрад! Все ночь бесчинствовала? Нахрюкалась до поросячьего визга и пустилась во все тяжкие с местными трубадурами, да?

— С какими такими дурами, блин?! — огрызнулась я, машинально осматривая свой помятый, драный и мокрый от воды и не только, костюм. На светлой рубашке помимо прочих алели пятна и от ярко-розовой помады — блондинка Стейси умудрилась пометить свою территорию. — Эти желтые пятна на моих штанах — не то, что ты думаешь! На меня какой-то олух опрокинул поднос с горящими медовыми коктейлями! Вот теперь я и воняю, как улей!

— Ты хоть бы мне стаканчик эля притащила, непутевая! Э-э-х! — грустно вздохнула горгулья, печально опустив свои огромные, как у летучей мыши, уши.

Я понимающе нахмурилась: «Горгулья— алкашонок — горе в замке!»

— А тебя вообще пускать не велено! — оскалила свои клыки каменная шушера, словно только что подслушала мои мысли. — Еще ни одного золотого не поступило в качестве платы! Одни только расстройства и убытки!

К такому повороту событий я была заранее готова и, можно сказать, ждала этого момента, чтобы триумфально вытащить из отяжелевших карманов аж семь золотых лепреконовских монет — их я заранее «наксерила» с помощью осколка волшебного зеркала — каждый раз просовывала сквозь стекло руку и вынимала из зеркала отражение настоящей золотой монеты.

— Столько хватит, надеюсь? — с наигранным безразличием спросила я, протягивая щедрую плату на своих ладонях. — Ну, тут и за ваш моральный ущерб, и за то, чтобы я доспала нормально эту ночь!

Глаза горгульи при виде столь многочисленного и интенсивного блеска драгоценного металла округлились и дважды увеличились в диаметре — дабы все рассмотреть и пересчитать. Ни слова не говоря, она всеми четырьмя каменными лапками схватила монеты и… мигом отправила в свой широко раскрытый клыкастый рот, что зиял на ее морде, словно черная каменная дыра. Наверное, это был своеобразный монетоприемник и монетопровод, так что я теперь с нетерпением ждала, что горгулья повернется ко мне своей каменной задницей, из-под хвоста которой вылетит чек о проживании или, на худой конец, ключ от номера. Но дальше случилось нечто совершенно невообразимое, что заставило меня начать нервничать и заподозрить что-то неладное. Горгулья с громким хрустом и ругательствами принялась пережевывать мои золотые монеты, словно жесткие леденцы. В итоге она сморщилась, словно выжатый лимон, скосила свои темные каменные глаза к огромному сплюснутому носу и выплюнула на паркетный пол прямо мне под ноги… блестящие мелкие осколки разбитого в дребезги зеркала…

— Тьфу! Кхе-кхе! Троллий помет! Гоблинская моча! Глаза б мои тебя не видели! — зашипела она, словно это я заполнила ее пасть стеклом. — Брысь отсюда, бесхвостая, или я позову легионеров с факультета Проклятых! Они выпорют тебя у позорного столба на главной площади за такое фуфлотворение!

— Что это сейчас было? — зло выпалила я, опускаясь на корточки и разгребая холодные острые осколки. — Зачем вы сожрали все мое золото?

Снизу по лестнице донеслась какая-то громкая возня — кажется «двое счастливых» богатеньких студентов возвращались с вечеринки «на бровях» в поисках места, где бы скорее уединиться. Это значило только одно — мне скорее нужно было исчезнуть с их пути и побыстрее покинуть главную лестницу элитного корпуса общежития для богатейших студентов Академии.

— Сама монетки сварганила или кто помогал, а? — нахально спросила горгулья, хитро прищуривая один глаз.

— Эй, верните мне мои бабки! Немедленно! — закричала я и, видя, как горгулья молча с самодовольной каменной моськой погружается в стену, словно в полную ванну, я со всей силы треснула ее прямо по огромному сплюснутому носу. — Ой-е-а-а-ай!

Это было ужасной ошибкой — парочка внизу сразу же притихла и, подгоняемая любопытством, на цыпочках бросилась вверх по лестнице. Я прижала к груди свой несчастный кулак с разбитыми костяшками, кое-как одной рукой обмотала вокруг себя белый плащ и вовремя испарилась с места происшествия, оставив после себя кучу битых блестящих стекляшек и бескрайнее удивление на лицах подоспевших студентов. Кажется, они оба заметили растворившийся в воздухе мой белый силуэт.