Проклятый лорд (СИ) - Милославская Анастасия - Страница 35

Увидев шикарный, как будто вырезанный из цельного красного дерева, рояль, не смогла пройти мимо и откинула крышку. Настоящее произведение искусства…

Не сдержавшись, легонько провела пальцами по клавишам, а затем нажала на одну из них. Звук пролетел по огромной комнате, отражаясь от стен и потолка. Чудесный инструмент покорил меня ещё сильнее, я закусила губу и тихонько заиграла одной рукой, улыбаясь и притопывая ногой в такт музыке.

Внезапно почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Он буквально жёг мне спину. Я сбилась и резко обернулась.

В проходе стояла красивая женщина лет сорока. Её светлые волосы были уложены в замысловатую причёску, а декольте на дорогом золотистого цвета платье явно балансировало на грани приличия и вульгарности.

– Что же ты остановилась? Продолжай, – с лёгкой улыбкой насмешливым тоном проговорила дама.

Её голос показался смутно знакомым, как будто я уже когда-то слышала его. И она была колдуньей. Не вампиром. Я почувствовала её искру даже на расстоянии пары десятков метров, разделяющих нас. Но что здесь делать ведьме?

Ничего хорошего от новой знакомой я не ждала, поэтому нарочито громко захлопнула крышку рояля и развернулась к ней лицом.

– Вы забыли представиться, – холодно бросила я, не сводя глаз с незнакомки.

– Меня зовут Вильгельмина, – ответила женщина сладким голосом. – Но друзья зовут меня просто Мина. Как думаешь Аделаида, мы сможем подружиться?

Я почувствовала, что земля уходит из-под ног, и схватилась рукой за ближайший комод. Быть того не может… Смотрела на женщину, не веря, что это не просто чья-то злая шутка.

Чистая, незамутнённая ярость поднялась из самых глубин моей души. Я хранила её там уже давно, тщательно запечатав и скрыв даже от самой себя. Какая разница, что Вильгельмина Амадо здесь делает, если судьба сама предоставляет мне шанс отомстить?

– Убийца, – проговорила я негромко. – Ты убила мою маму.

Мина услышала меня и с укоризной покачала головой:

– Это вышло непреднамеренно. Ведьма не желала выдавать твоё местоположение. Если бы не её упрямство, она была бы жива… Но ведь это дела прошлые.

Пустая ничего незначащая болтовня ни к чему не приведёт. Мне не были интересны мотивы этой женщины, всё что мне нужно, я уже знала.

Я улыбнулась и сделала несколько шагов в сторону, давая себе больше пространства для колдовства. Огонь откликнулся незамедлительно, и я послала огромный столб огня в убийцу.

Ведьма явно не ожидала этого, она успела лишь припасть к полу. Я с наслаждением смотрела, как горит портрет первородного лорда, оказавшийся как раз позади места, где секунду назад была колдунья. Туда этой гадости и дорога.

Конечно, большее наслаждение я бы испытала сгори дотла Вильгельмина, но для начала и так сойдёт. Если понадобится, спалю весь замок дотла, чтобы достать эту стерву.

– Оруан предупреждал меня о твоём темпераменте, но признаться, я надеялась, что мы сможем хотя бы поговорить, – донеслось до меня откуда-то.

– Мертвецы обычно не болтают, – прошипела я, обходя дорогую мебель и пытаясь понять, где же засела эта гадина. – А ты скоро сдохнешь.

Я ускорила шаг, гадая, почему ведьма не защищается. Как такая трусливая слабачка вообще могла что-то сделать матери?

Портрет продолжал гореть, едкий запах бил в нос, наверняка скоро сбегутся слуги. Нужно было торопиться. Я послала столб огня в диван, тот моментально вспыхнул, но, к моей злости, Вильгельмины за ним не оказалось.

– Лучше тебе утихомириться, паршивка, – подала голос ведьма, выходя из за огромного книжного шкафа.

Я выпустила в неё очередной столп огня, злость буквально разрывала меня на части, шкаф мог сгореть дотла за секунду, но Вильгельмина легко поймала пламя и насмешливо покачала головой, туша его в ладони:

– Глупая маленькая ведьмочка. Вся в мать.

Я поняла, что она лишь притворялась, пытаясь выяснить мои способности. То что она не атаковала, насмехаясь надо мной, было преимуществом. Пытаясь мыслить здраво, я окинула взглядом комнату – оружия нет. Поэтому просто двинулась к ведьме, сжав кулаки.

Она растянула губы в улыбке, показав белые зубы:

– Успокоилась? Поняла, что тебе меня не достать?

Видимо, она совсем забыла, где я выросла. Магия лишь недавно появилась в моей жизни, и я не привыкла рассчитывать только на неё. Меня даже позабавило удивлённое выражение лица ведьмы, в тот момент, когда я вцепилась ей в волосы и потянула на себя. Она вскрикнула и споткнулась, падая на землю, у меня в руке остался приличный клок белокурых волос. Почти зарычав от злости, я уже хотела сжечь её заживо, но сильные ледяные руки схватили меня.

Я застыла, тяжело дыша и прекрасно понимая, кто удерживает меня.

– Ах, я мог бы бесконечно смотреть, как вы развлекаетесь, но боюсь, так сгорит половина моего замка, а ведь уже я так привык к нему за много столетий, – пропел мне в ухо Оруан Виндроуз.

Я дёрнулась:

– Отпусти меня! Убери свои руки!

– Сколько в ней экспрессии! Сколько жизни! – восхищённо проговорил Виндроуз, прямо возле моего уха.

Очевидно, он обращался к всё ещё лежащей на полу Вильгельмине Амадо. Та нехотя кивнула искривляясь. А затем начала вставать, поправляя причёску.

Руки вампира всё ещё сжимали мою талию, злость улетучилась, уступив место настороженности. Очевидно, я не расстроила Виндроуза. Он ожидал подобного исхода и наслаждался развернувшейся перед ним картиной. Диван продолжал гореть, огонь перекинулся уже на соседний пуф, начинал воспламеняться пол, но вампир, казалось, даже не замечал этого.

– Ты специально столкнул нас, Оруан? – холодно произнесла я, надеясь, что услышав, что я успокоилась, вампирский лорд отпустит меня.

Но он развернул меня к себе и впился жёлтыми питоньими глазами в лицо:

– Жаждешь мести, юная ведьма? Похвальное желание. Я рад, что ты уяснила главный принцип нашей большой вампирской семьи, к которой ты принадлежишь с недавних пор. Самый лучший враг – мёртвый враг.

Я улыбнулась. Например, смерть твоего мерзкого приспешника-шпиона.

Должно быть, Виндроуз принял мою улыбку за одобрение. Он попытался коснуться моей щеки, но я отпрянула, глядя на него с нескрываемой злостью.

– Дикая… – покачал головой вампир. – Я тебя приручу.

Омерзение, вызванное его словами, пронзило до основания. Я бросила взгляд на ведьму. Вильгельмина Амадо смотрела на меня с нескрываемой завистью и ненавистью. Неужели она нашла себе в Арванде покровителя и жаждет его внимания? Какая же она идиотка. Виндроуз настоящий психопат и нарцисс. Ему плевать и на меня, и на неё.

– Я любил этот портрет, – с нежным укором произнёс первородный вампир, указывая на место, куда по ошибке попал мой огонь. – Думаю, нам пора.

Дышать действительно было уже нечем. Вильгельмина кинулась на выход, думаю, скорее не в силах скрыть обиду оттого, что внимание вампира принадлежало лишь мне, а не из-за того, что боялась огня.

Я не стала ничего тушить с помощью магии, лишь прошла мимо с удовлетворением наблюдая, как языки пламени ползут всё дальше, пожирая обиталище чудовища.

Как только мы вышли, увидела, что слуги уже бегут с вёдрами воды. Может быть, и стоило заставить огонь погаснуть…

Вампир завёл меня в очередную комнату, где уже сидела убийца моей матери.

– Не ожидала от тебя такой выходки, Аделаида, – ведьма рассматривала свою шевелюру в маленькое резное зеркальце. – Разве так не поступают лишь человеческие простолюдинки?

– Я и есть человеческая простолюдинка, – ответила, бросая взгляд на Виндроуза и с сожалением отмечая, что он следит за мной. – А ты скоро сдохнешь, так что можешь не беспокоиться о своих жидких волосёнках.

– Пусть закроет рот, Оруан, – прошипела колдунья, резко развернувшись к вампирскому лорду. – Иначе я за себя не ручаюсь.

Вампир лишь рассмеялся, что ещё больше разозлило Вильгельмину.

Я улыбнулась и подошла к ней, нарочито внимательно рассматривая волосы ведьмы: