"Фантастика 2023-121". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Ткачёв Сергей Сергеевич - Страница 128

Как только мы отошли от стоянки, я заговорил с вампирицей:

– Тебя, случаем, не опознают?

Внешне Неяна выглядела совершенно по-человечески, даже я не чувствовал в ней ничего от нежити; вопрос задал больше в познавательных целях.

– Опознают как кого? – Неяна резко остановилась и пристально посмотрела на меня.

В ее голосе проскользнуло раздражение, впрочем, скорей всего, наигранное.

– Как… – Я слегка запнулся. – Как нежить.

– Ты же ловчий, Горан. – Вампирица лукаво улыбнулась. – Вот сам и скажи.

– Я пока ничего не чувствую, – честно ответил я. – Но из меня ловчий – как из козы барабанщица.

– Не прибедняйся, – хмыкнула Нея. – В тебе силы хватит на половину Капитула, правда, ты ее еще не осознаёшь. И вряд ли до конца когда-нибудь осознаешь.

– И все-таки?

Неяна спокойно сняла перчатку и протянула мне руку:

– Прикоснись, смелее.

Осторожно взял ее ладонь в свою и едва скрыл удивление.

Насколько я понял из трудов разных ученых, у нежити отсутствует кровоток, в буквальном понимании этого слова, следовательно, их тела должны быть холодными как лед. Что я и сам чувствовал, когда молотил захлюста, – эта тварь была как ледяная глыба.

Но, кикимора раздери, шелковистая, мраморно-белая кожа Неяны была… теплой. Верней, едва-едва теплой, но никак не ледяной. Мало того, на запястье прощупывался пульс. Едва слышно, но все-таки он был.

– Бьется сердце?

– Ну во-от, – притворно огорченно протянула вампирица. – А я думала, что ты скажешь «какая у тебя нежная кожа». Но да, сердце есть, и оно бьется. Если мне нанесут рану, то пойдет кровь, красная, как у тебя. Мало того, я дышу, нуждаюсь в пище и испытываю те же эмоции, что и люди.

– И можешь любить?

Вампирица ответила после недолгой паузы:

– Да, могу. И ненавидеть тоже.

– Спрашивать, кто ты такая, все еще бессмысленно?

– Да, не стоит. Со временем все узнаешь, а пока рано.

– Тогда в чем же отличие между нами?

– В очень многом, – с едва заметной печалью в голосе ответила Неяна. – Я все-таки не живой человек.

– Ты жалеешь об этом? – в упор поинтересовался я.

– С чего бы мне жалеть? – презрительно бросила повелительница нежити.

– Я почувствовал.

– Тебе показалось, – отрезала Нея и показала рукой вперед: – Смотри, кажется, деревня.

Впереди, в просветах деревьев, показались стога сена на скошенном поле. А еще порыв ветерка принес сильный запах гари, через который отчетливо пробивалась вонь горелой плоти.

Деревенька оказалась совсем небольшой, всего с десяток домишек, и полностью безлюдной. Верней, она когда-то была небольшой, потому что сейчас превратилась в одно сплошное пепелище. Население обнаружилось в глубокой яме неподалеку, в виде горы обугленных трупов.

– Кто-то очень радикально и очень эффективно решил вопрос эпидемии, – иронично прокомментировала вампирица. – В вашей, людской, манере.

– Может, они все были зараженными? – Я оглянулся, в тщетной надежде увидеть хоть кого-нибудь живым.

– Это тоже черная падучая? – Неяна показала на изувеченное святилище Старших Сестер.

Алтарь кто-то полностью разрушил, статуи богинь повалили и изрубили в щепки, сам постамент тоже разбили на куски. По меркам Упорядоченного, это было такое преступление, автору которого светил лишь костер, да и то только после продолжительных жутких мучений.

Подобное наводило на очень нехорошие мысли. Сожженную вместе с жителями деревеньку еще объяснить можно, к примеру, созданием санитарного кордона вокруг города, но оскверненный алтарь вообще ни в какие рамки не лезет. Любая религия в Серединных землях была основана на веровании в Старших Сестер. Их признавали даже разумные нелюди, темные и прочие еретики, впрочем уже давно почти полностью изведенные Синодом. И вообще, вряд ли кто разумный решится осквернить любой алтарь в этом мире, потому что может сильно аукнуться. Гнев богов здесь вещь абсолютно реальная.

Но ломать голову над произошедшим не хотелось. Какая разница, пусть хоть все разом свихнутся.

– Не знаю, – буркнул я.

– Здесь было много конных. – Неяна присела и прикоснулась пальцем к одному из отпечатков лошадиных копыт в глине. – Так, подковы все единого образца, значит, не разбойники, а военные или стража… – Вампирица встала и протянула мне испачканную в земле бляху с выбитым на ней медведем с флагом в передних лапах, стоявшим сразу на двух холмах. – Стража Холмеца. Получается, они же разрушили алтарь.

– Или покарали жителей за осквернение, – наугад предположил я. – Чего гадать, пойдем лучше к берегу, лодку посмотрим.

– Может, и так, – согласилась вампирша. – Но, чтобы ты знал, все это отлично вписывается в пророчество Титуса.

– Это как?

– Отринут человеки истинную веру и попрут святыни, – равнодушно процитировала Неяна. – Об этой строчке пророчества знают далеко не все.

– Чем дальше, тем страшнее, – машинально ответил я, неожиданно вспомнив поговорку из своего прошлого мира. – Ну да ладно, идем лодку поищем.

Ни одной лодки около хлипкого причала не обнаружилось. Наш маршрут автоматически удлинился до следующего поселения. Или даже до самого Холмеца.

Следующее поселение тоже оказалось сожженным вместе с жителями, из живых созданий здесь остался лишь здоровенный, перепачканный сажей котяра, который при виде нас с пронзительным мявом мгновенно свалил куда подальше. Алтарь здесь не только разрушили, но и обгадили дерьмом.

– Дальше только сторожевой пост, – предупредила Нея. – Думаю, нас там ничего хорошего не ждет. Если хочешь, я могу пойти вперед и… – Она странно усмехнулась. – И разобраться.

– Не надо, – сразу отказался я. – Сначала глянем.

– Горан, – насмешливо протянула вампирша, – перестань верить в людей. Они этого не заслуживают.

– Невинные – заслуживают, – отрезал я. – Идем.

– Стоп! – тихо прошептала вампирица, прислушалась, потом почти неуловимым движением метнулась к завалившемуся сарайчику и выдернула за шиворот из-под обломков тощего лохматого мальчишку лет двенадцати.

– Не отрекусь!!! – отчаянно болтая руками и ногами, пронзительно завопил пацан. – Будьте вы прокляты, святотатцы!

– Не вопи. – Я подошел и отобрал мальчика у Неяны. – Никто тебя не заставляет отрекаться. Кстати, от чего?

Пацан смолк и, недоверчиво смотря на меня снизу вверх, прошептал:

– Дык от веры в Старших…

– Как зовут?

– Данька, Ждуна сын, – угрюмо буркнул мальчик.

– И кто заставлял?

– Дык стражники с заставы… – всхлипнул Данька. – И другие городские. А с ними еще монась.

– Монась? – Я подумал, что ослышался. – Заставлял отрекаться? Ты ничего не перепутал?

– Ага, оный, – закивал парень. – Ничего не перепутал, милсдарь…

– Так, давай все сначала.

– Дык вот оно как, милсдарь, случилось… – Всхлипывая и часто сбиваясь, Данька начал рассказывать.

Как выяснилось, вампирица оказалась совершенно права.

Зараза коснулась деревеньки очень милостиво. Интуитивно догадавшись, что надо делать, жители прибили сами своих зараженных и пятерых укушенных ими. Но вдруг прибывшая стража этим не удовлетворилась и неожиданно потребовала от населения отречься от веры. Верней, требовали не сами стражники, а монах со споротым с рясы знаком Синода. Монась при этом вещал, что только Морена спасет всех от заразы, которую, мол, наслали Старшие Властительницы. Когда народ его послал, всех перебили, даже стариков и детей, алтарь разломали, а деревню сожгли. Сам Данька спасся чудом, вовремя схоронившись в старом сарайчике, который стражники не удосужились спалить.

– Родных тоже убили?

– Нет, хвала Старшим! – Мальчик торжественно осенил себя знаком Сестер. – Они три дня назад уехали к сестре моей старшей, в Дубравицы. Это в десяти верстах отсюда, вверх по течению. А меня оставили за скотиной смотреть. Обещались к завтрему быть. Тока я ждать теперича не буду, к ним побегу.

– Сам доберешься?

– А как жа!

– Тогда беги.