Дьявол для отличницы (СИ) - Ветрова Роза - Страница 28

- Пока ты елозил у меня во рту языком, я представляла Олега Сергеевича. Очень сильно надеюсь, что целуется он лучше, чем ты. Впрочем я скоро об этом узнаю, обязательно тебе расскажу.

 Он изменился в лице, и вдруг уселся на меня сверху, своим тяжелым телом выбив из моих легких последние остатки воздуха. Я закашлялась.

- Ты не будешь с ним целоваться, или твои снимки будут гулять в интернете, - безжалостно бросил он, придавливая меня за плечи к земле.

- Боже мой, ну ты и больной, - сипло прошептала я. – Как тебя вообще земля носит? Бедные твои родители, я бы на их месте отказалась от тебя еще при рождении. Ты просто пустое место.

 Знаю, жестокие слова. И я бы никогда их никому не сказала, но он вынудил меня. Сражаться грязно, целясь прямо в сердце. Убивать, а не ранить.

 Видимо в семье у него что-то действительно не ладилось, потому что мои слова каким-то чудом попали в цель, он дернулся и отшатнулся от меня. Взглянул, как будто не веря.

- Тупая стерва, гори ты синим пламенем. – С этими словами он придвинул к себе ведерко с малиной и опять сжал мои плечи, наклоняясь ко мне. 

 Сначала я думала, что сатана хочет снова поцеловать меня, но тот принялся мазать меня малиной. Горсть за горстью.

 Я завизжала на всю поляну, но его это не останавливало. Чуть не выла, пытаясь выкарабкаться из-под тяжелого тела. Бесполезно. Тогда  располосовала ему лицо ногтями, вцепившись в ненавистное лицо изо всех сил.

 Когда мне почти удалось выбраться, я пыталась отползти на животе в сторону, чтобы сбежать от это дьявола, но он не дал уйти, дергая меня за косу на себя.

Спина выгнулась дугой в неудобной позе, пока он наматывал косу себе на кулак.

- Я тебя сейчас землю жрать заставлю вместо малины, - пообещал он мне, и я в страхе сглотнула, закрыв глаза.

 Тогда я действительно испугалась. Вообще всего. Ему ничего не стоит выкинуть фото в сеть, какая разница? Вряд ли мы еще когда-то увидимся, и вот так растоптать меня на последок, разве не сладко?

 Мысль о том, что он испытывает ко мне чувства, сильно поколебалась. Не заметно, что он испытывает ко мне что-то похожее, как я к Олегу Сергеевичу. Но тогда что это все? И почему меня так это пугает?

 Через какое-то время появились вожатые и спасли меня от этого ненормального. И снова его жестокий шантаж, от которого выворачивает наизнанку, подтверждает страшную догадку. Неужели он выложит фотографии в сеть? Я всю жизнь буду трястись в страхе, что где-то это однажды всплывет. Или какой-то близкий мне человек покажет мне экран своего телефона, а там…

 Господи, пусть он исчезнет из моей жизни, пожалуйста, молю тебя! Как дожить до конца смены? И что же все-таки ждет меня дальше?

Глава 14

 POV Захар. Настоящее

 Этим утром я встал очень рано, отжался как обычно, затем умылся и принял душ, и еще долго не выходил из своей комнаты, но, в конце концов, вышел, вечно в ней прятаться я не мог. Так и в школу с легкостью опоздаю, и какой смысл тогда вставать ни свет, ни заря? Тут же смеюсь про себя. С каких пор меня вообще волнует школа и моя посещаемость? 

 Взглянув на часы на руке, тяжко вздыхаю и выхожу на кухню. Завтрак как обычно не полезет, поэтому я даже не делаю ни одной жалкой попытки запихнуть овсянку или яичницу в рот, просто подойдя к кулеру и набирая воды.

 Дверью своей комнаты я старался не хлопать, и сюда прошел босиком, не издавая не звука. Но она словно ждала, затаившейся коброй, когда же я выползу из своего укрытия, чтобы прошелестеть следом.

- Захар, и мне налей водички, - произносит она томным голосом. 

 Холодно оборачиваюсь, замечая на ней какую-то полупрозрачную тряпку.

- Оденься.

- Я одета, это пеньюар. А тебя это так заботит? Нравится? – кобра хитро прищурилась.

- Мне плевать на тебя. Но ты тут не одна живешь.

 Я уже невероятно раздражен, и от одного ее похабного вида меня воротит. Игнорируя ее просьбу о воде, тут же пытаюсь выйти из кухни, но она перегораживает проход, оказываясь прямо напротив меня.

- Ну чего такой бука? Мы могли бы подружиться. – В ее голосе я слышу кое-что другое, и мне опять противно, словно выпил из грязной лужи.

 Каждый раз, когда она говорит что-то подобное или намекает взглядами, легкими прикосновениями пальцев, меня воротит и трясет, как будто попадаю в зловонную жижу. Она и есть болото.

- Что, подружимся?

- Зачем? – ровно спрашиваю я, а самого колотит. Я бы вышвырнул ее за дверь прямо сейчас. – Ты всего лишь любовница моего отца.

- А ты ведешь себя как обиженный мальчик. Ты почти совершеннолетний, в конце концов, веди себя как взрослый.  – При этих словах она провела пальцем по моей щеке.

  Я откинул голову.

- Ключевое слово «почти». Поэтому мне ничего не стоит рассказать отцу, как ты тут ластишься кошкой к моим ногам, и он вышвырнет тебя отсюда.

- А вот и не расскажешь,  - кобра мягко рассмеялась. Я почти видел ее раздувающийся капюшон. – Потому что, скорее всего, он вышвырнет тебя, как твою матушку и сестре..

 Она не смогла договорить, потому что мои руки схватили ее за горло, заставляя заткнуться.

- Ни слова о моей матери, подстилка мерзкая, или моему терпению придет конец. 

 Она шипела и брыкалась под моими руками, эта змея, пойманная в сети, и я оттолкнул ее от себя, буквально вылетев из кухни.

- Придурок малолетний. – Долетело в мою спину.

 Я быстро переоделся в школьную форму и, наглухо застегнув парку, побежал на остановку, чтобы успеть в школу. Как всегда в паршивом настроении. Угрюмый, даже слегка злобный вид уже стал моей визитной карточкой. 

 Времена, когда я был веселым и беззаботным, уже и не помню. Пятнадцать лет? Шестнадцать? Точно не семнадцать. Столько мне стукнуло в прошлом месяце, но отмечать я не стал. Честно говоря, о своем дне рождении я вспомнил только вечером, когда по видео звонку позвонила Ленка и начала петь «хэппи бездэй ту ю». Сначала я сильно удивился, а когда понял что это для меня, хлопнул себя по лбу.

- Ну ты даешь, - покачала головой Лена. – Как про собственный праздник можно забыть?

- А ты видишь праздник? – я демонстративно показал ей комнату. – Шары? Хлопушки? Акробаты?

- Зануда ты. Люблю тебя. Подарок на выходных отдам.

- Маме привет.

- Она сама позвонит, - брякнула сестра и тут же замолчала.

- Ага, как обычно, - усмехнулся я. – Пока.

 После развода с отцом мать сильно отдалилась от меня, и причину я знаю. Причина все та же – измена отца. И вроде бы причем тут я? Но однажды мы с Ленкой сидели в моей комнате и смотрели какой-то тупой сериал, и незаметно для себя стали свидетелями безобразной сцены. Слышимость в квартире была превосходная, и так мы, в конце концов, узнали, что родители расходятся, разводятся, разъезжаются. Как больше нравится.

 Лену, мать кричала, заберет с собой. А меня оставляет отцу. На что тот возмущался, требуя, чтобы она забрала и меня. Чудесно. Но мать орала, что это он просил ребенка, когда она еще не была готова, вот пусть мол и остается с тобой «малыш». Малышу скоро восемнадцать, купишь ему, то есть мне, квартиру и будете наслаждаться жизнью со своей молодой козочкой дальше. А ей меня брать некуда. И еще «он слишком похож на тебя, не могу даже смотреть на него».

 В тот вечер я узнал, что был нежеланным ребенком для матери, и, как только слегка подрос, оказывается, стал нежеланным и для отца. Лена смотрела на меня глазами, полными слез, не зная, что сказать. А мне хотелось заткнуть ей уши руками, чтобы ее хрупкий призрачный мир не раскололся, и ее не постигло такое же разочарование, как и меня.

 Я просто надел ей огромные наушники, и, подключив их к ноутбуку, сильно прибавил громкости. Она смотрела в экран невидящим взглядом и плакала, хотя там должна быть забойная комедия. Наушники были одни, и тайны родительской жизни сыпались на меня как из рога изобилия.

 Оказывается, они друг другу уже изменяли, когда мне было всего десять, а Ленке семь, более того это происходило время от времени, и их брак уже давно дышал на ладан. И вот, наконец, все развалилось окончательно. И никакого хэппи энда, дети. Вытирайте молча сопли и живите с этим дальше.