Царство воров (СИ) - Ветрова Роза - Страница 26

Когда он объявил о перерыве, они были совсем далеко от абтана. Перед ними поблескивала под луной гладь круглого озера, тени огромных деревьев окружили его со всех сторон. Раскрыв рот, Акку уставилась на мерцающих золотым светом светлячков над озером. Их гигантские крылышки освещали поляну, на которой Северин приказал остановиться на ночлег, таинственным желто-зеленым сиянием.

- Я поставил защиту и отвод на небольшой радиус. Можешь спать спокойно. По нужде отходи не дальше двадцати метров, поняла?

- Да.

- Хорошо. Сейчас вернусь, раз вспомнил, - пробормотал он, отправляясь за темные листья папоротника.

- Часа через два начнет светать, тогда и пойдем, в темноте легко сбиться с пути, - сказал перед тем, как крепко уснуть. Акку прилегла рядом.

Ночью они спали в теплом, хоть и влажном мху, как убитые, утомившись после побега. Но рано утром, едва стоило ей приоткрыть глаза в полудреме, как сон рукой сняло. Девушка вспомнила где она, настороженно огляделась. Северин крепко спал.

Она не стала будить его, поднялась и потопала к озеру одна, глядя, как оно накрывается теплым серебристым туманом. Вокруг озера росли исполинских размеров цветы. А она ночью подумала, что это огромные деревья.

Перемешались темно-зеленые листья монстеры и филодендрона, россыпью цвели и буйно пахли нежно-розовые орхидеи. Это только те растения, что она узнала. А сколько еще их тут росло, незнакомых и потрясающих в своей первобытной красоте!

И среди всего этого тропического великолепия она с удивленной улыбкой заметила простой одуванчик. Он уже отцвел, и сейчас его верхушка покрылась мягкими парашютиками, образовывая воздушный шар.

Наверное, его семена занесло ветром в портус, другого объяснения нет.

Таким родным и близким повеяло от одуванчика, что девушка притихла у озера, разглядывая его очертания. На душе покоилось умиротворение. Так бы и созерцала в утренней туманной тишине необыкновенную смешанную природу Парх-Цедеса, как знакомая дрожь побежала по земле. Все затряслось, подул теплый ветер, зашелестела листва папоротников. Парашютики одуванчика сорвались со стебля и понеслись по ветру над озером врассыпную. Такие большие, что каждый бы выдержал вес человека.

Акку повернулась к магу, но тот приоткрыл глаза, зевнул и снова заснул.

- Бояться нечего, здесь мы защищены, - пробормотала она сама себе, завороженно глядя во все глаза на появляющийся силуэт вдали.

Вот показалась в тумане великолепная морда с полуприкрытыми золотисто-зелеными глазами. Снисходительно повернулась в сторону замершей в листве Акку на секунду.

Показалось из зарослей мощное тело с роскошной шерстью. От фырчания кошки по воде пошла тонкая рябь.

Одной лапой леопард зашел в воду, опустил голову и принялся неспешно пить из озера, опуская шершавый язык и поднимая брызги. Озеро для зверя было точно большая лужа.

И снова Акку могла поклясться, что леопард ее видит. Если бы он мог улыбаться, наверняка сейчас бы это делал. Таким хитрым и насмешливым казался его взгляд.

Дух леса был до невозможности прекрасен.

Попив воды, он окунул в воду морду, затем отряхнулся. Капли и брызги долетели до берега, на котором застыла волшебница, упали на лицо и одежду. А хозяин леса подпрыгнул над ней, заставив высоко задрать голову, и тут же исчез в простирающихся до горизонта джунглях. Отчего-то хотелось верить, что встреча с Духом леса принесет им удачу.

Но едва Акку об этом подумала, как раздался над лесом странный звук, от которого волосы дыбом встали, а по коже побежали мурашки.

Она узнала этот звук.

**

Глава 8

Сардан злился.

Нет, он был просто в ярости. Буравил тяжелым взглядом откинувшегося на лавке Рикхарта, руки чесались выхватил меч и воткнуть ему в брюхо.

От слабых отголосков дружбы не осталось и следа. Рикхарт стал не просто раздражающим одноклассником, который в неопределенный момент даже превратился в товарища. Нет. Теперь он стал соперником. Противником. Врагом.

Беззаботная улыбка и некое умиротворение в светлых глазах Гаэрди просто выводили из себя. Словно тот вообще ни о чем не переживал. И даже больше. Был уверен.

Это как раз то, чего так не хватало Сардану. Гребанной уверенности.

Но вот вопрос.

Зачем ему переживать о намерениях Рикхарта, если сам он ничего не собирался предпринимать. Ну в самом деле? Что он, Маро, мог предложить сиротке Стоун? Ведь даже будучи обнищавшим до позора он переживает, что скажут на его союз в свете. Любовницей она не станет, да и он и сам бы не осмелился предложить ей эту роль. Только не ей. Но другого ничего не было для нее.

И Сардана просто разрывало на части от того, что Гаэрди оказался смелее. Он даже озвучить вслух не побоялся!

Ревел и махал лапами медведь на тумбе в центре арены, на ноте визгливой радости кричал в толпу дрессировщик. Чародей Вередина, о котором упомянул Гаэрди, стоял с краю, готовый вмешаться, если зверь вдруг справедливо решит наброситься на слишком агрессивно кричащего укротителя.

Никакой радости от представления он не испытывал. Да что там, он почти не смотрел в этот плевок буйных красок. Все усиленно думал.

Хмыкнул, заметив каким восхищенным взглядом окинула Рика Сирена. Ну конечно, для нее он теперь герой, поразивший в самое сердце.

Сестрица Эмеральд вызывала в Сардане только чувство брезгливости. Вот Эми бы сроду так не заглядывала в рот, как это делает белобрысая. Он уверен, что кальдерранскому змею приходится тащить одноклассницу силой. Или с помощью того парализующего дара, от которого немеют ноги и туманится в голове.

При мысли о том, КАК принц мог сейчас использовать силу на Эми Сардана замутило, он опять ощутил беспомощность и злость. Злостью пропиталась кровь в его венах, наполнилась голова. Он уже никогда не станет прежним. Теперь совсем становится неуравновешенным. Хоть бы Гаэрди ударил что ли...

Необходимо срочно что-то предпринять. Всю жизнь Сардан считал себя умным и расчетливым, а теперь мозги что каша. И все из-за нищебродской девчонки. Собрать волю в кулак, наступить себе на горло и переиграть Сирену с Риком. Вот что нужно сделать.

Эмеральд не достанется Сардану. Но и Гаэрди останется ни с чем.

Взрывались яркие хлопушки, осыпая зрителей бумажным разноцветным конфетти. Барабанными всполохами лупила по ушам музыка, с каждым ударом поднимаясь выше и выше. На арене показались ловкие акробаты - двое изящно пролетели под куполом и еще трое слаженно крутились гибкими колесами на помосте. От их костюмов рябило в глазах.

Неожиданно Сардан заметил, как на него пристально и с любопытством смотрит чародей. Знать бы по какому поводу сей интерес.

После выступления, когда весь балаган утих, и зрители разбрелись, они терпеливо ждали возле жестяной кассовой будки. Голубая краска на гофрированных стенках облупилась, окошко треснуло.

Без зрителей и музыки все очарование цирка пало, уставшие артисты потеряли свое волшебство. Жонглер расстегнул золотой парчовый кафтан, уселся прямо на помост, обмахиваясь собственной шляпой-цилиндром. Одна из танцовщиц буднично сметала метелкой крупицы конфетти. Акробаты спорили и ругались, а тоненькая девушка-канатоходка глотнула из фляжки и достала длинный мундштук, хлопая по бедрам в попытке найти карманы. Вспомнив, что на ней цирковой костюм, вздохнула и выругалась под нос.

- Ну что? Принесли? - спросил подошедший Вередин.

Сардан отвлекся от цирковой изнанки, разглядывая чародея за спиной Вередина. Издалека он казался необыкновенным магом, даже глотал горящие шпаги и ледяные иглы. А вблизи - обычная пьянь. Сейчас более-менее трезв.

Много он видал таких за свою жизнь. У семейства Маро росли акры нескончаемых виноградников. Много кто занимался вином в Авергарде. Самый ходовой товар, всегда сулящий прибыль. Десятки бочек приобретались разными тавернами, в которых-то и наблюдал Сардан скопище таких, как чародей.

Видимо презрение и отвращение слишком читались на его лицо, потому что Гаэрди больно наступил ему на ногу.