Стеклянное сердце (СИ) - Ветрова Роза - Страница 46

Он в очередной раз с тоской вспомнил свой Дар, когда одновременно четверо разбойников подобрались к его лошади. Кто-то схватил его за ногу и со всей дури дернул, он полетел наземь. С трудом успел ранить двоих, пытаясь удержаться на земле в вертикальном положении, но силы оказались не равны. Один из мужчин подло напал со спины, ударив Фрэнсиса по голове. Перед глазами заплясали звездочки, по лицу потекла горячая и густо пахнущая кровь. Заливала глаза и нос, и подбородок, не позволяла дышать. Извернувшись, принц опять взмахнул мечом, но в живот тут же попал чужой грязный сапог, выбивая из него весь дух.

Охнув, он склонился над землей, сплевывая скопившуюся во рту кровь. А когда перед лицом возникли чужие ноги, подорвался и выпрямился, ткнув мечом наугад. Со злым удовлетворением понял, что попал прямо в мягкий бок.

- Ах ты, гаденыш мелкий, - гаркнули ему прямо в лицо.

В нос ударил запах кислой пищи и какого-то дешевого пойла, принца чуть не стошнило. Однако через секунду он уже не думал ни о чем кроме боли, потому что его начали колотить без разбору сразу несколько человек. Не у всех были мечи, некоторые лупили обыкновенными дубинками. Принц кулем повалился на землю, не удержавшись на ногах. Слабо пытался встать, но это было бессмысленно.

- Глянь какой меч! Стекло! Что за диво, впервые такой вижу. За него можно хорошо выручить.

- Отдай мне! Я его первым увидел!

- Эй, это мое! Я отобрал!

- Убери свои грязные лапы, я же сказал, что он мой!

Голоса доносились до него как сквозь толщу воды, принц с трудом осознавал, что происходит. Но потом раздался жалобный звон...

Они разбили меч. Меч, который служил ему силой и правдой столько лет. Столько лет каленое стекло было целым и невредимым, отбивало даже самую тяжелую сталь. Оно закалялось от его силы и магии. А эти недоумки так просто разбили его в обыкновенной драке. Ему показалось, что вместе с мечом разбилось что-то в нем внутри.

Сил не было даже застонать.

“Как глупо и смешно я подохну. Меня убьют мелкие грабители из-за лошади и меча.” - отрешенно промелькнула в сознании мысль прежде, чем он отключился.

**

В воздухе пахло сушеным шалфеем. В Кальдерране не рос шалфей, но Фрэнсис помнил этот запах в кабинете Веруча. Откуда-то маг умудрялся добывать себе разнообразные травы для зелий. В том числе и тех, которых не могло быть на их бесплодной земле.

Сейчас этот запах приятно щекотал ноздри, в голове представлялась волшебная картинка, будто он стоит посреди поля луговых цветов. Между пальцами колышутся бархатные стебли этого фиолетового цветка с потрясающим запахом.

“Кажется, я все-таки умер...”.

Однако, едва отрешенная мысль промелькнула в гудящей голове принца, как он почувствовал прохладные мягкие пальцы на лбу. Женские.

С трудом разлепив веки, он уставился в светло-голубые, как летнее небо, глаза. Над ним склонилось девичье лицо, насмешливые губы улыбались. Его разглядывали с откровенным любопытством, хотя, казалось бы, он лежал тут черте знает сколько времени, и рассмотреть избитого мужчину было предостаточно возможностей.

- Очнулся? - мягкий голос девушки снова вытащил на поверхность, едва он был готов опять в усталости прикрыть глаза.

Жутко тошнило. Тот разбойник нехило ударил его чем-то тяжелым по голове. Фрэнсис был в полной уверенности, что ему проломили череп.

- Где я? - выдавил с трудом юноша.

- В безопасном месте, - снова улыбнулась девушка.

В этот раз ее улыбка не была смешливой. Наоборот, она глядела на него с участием и ободрением.

- Где я? - снова спросил он, уже более настойчивей.

В голосе принца проскользнуло раздражение, и девушка приподняла золотистую бровь. Он отметил невольно, что, не смотря на простые черты лица, она была довольно мила. Светло-пшеничные волосы оказались распущенными, касались его щек. Хотелось чихнуть. Он отвел лицо в сторону, и она, заметив это, выпрямилась.

- У меня дома.

Махнула рукой на скупое убранство избы. Проследив за ее рукой, он неожиданно уткнулся взглядом в двух притихших на лавке детей.

На столе у лавки было пусто, небольшая печка притулилась в уголке, накренившись. К ней примыкал узкий буфет. На скрипучей жесткой кровати лежал он. Вот и вся мебель. Невероятно унылая обстановка, которую совершенно не хотелось разглядывать.

Серые глаза снова скользнули к детям. Мальчишки. Одному лет шесть, не больше. Второй и вовсе почти младенец. Даже два года он бы не дал мальцу. Испуганно ойкнув, тот прижался к старшему брату, когда понял, что Фрэнсис смотрит на них. У старшего мальчонки глаза были точно совиные плошки, но он не отвел взгляд.

- Твои? - спросил, чтобы просто заполнить тишину.

- Мои, - кивнула девица.

- Где хозяин дома? Это он меня притащил? Хочу выразить ему благодарность.

- Его нет.

- А где он? - нахмурился Фрэнсис.

- Нет его, - повторила хозяйка и, поднявшись с табурета, на котором сидела около юноши, встала и принялась копошиться в буфете.

На стол положила кусок почерствевшего хлеба. Зачерпнула ковшом воды из деревянной кадки, поставила рядом с хлебом.

- Как придешь в себя - осторожно поднимись, перекуси. Ты несколько дней лежал без сознания. Честно говоря, я и не думала, что ты оклемаешься. Тебе нужно набраться сил.

- Ты меня лечила?

Он только сейчас понял, что лежит без рубашки, на груди и руках плотно лежат какие-то пропахшие травами тряпицы. Резко попытался встать, но в голову будто опять дубиной ударили. Охнув, он упал обратно на подушку.

- Не так быстро, Йоки. Давай лучше я помогу.

Она точно была валиарийкой, только с самого севера. Йоки там, кажется, означало “находка”. А может и нет... На его лице отразилось недоумение.

- Найденыш, - пояснила она, протянув руку и пальцем разгладив его хмурую бровь. - Не гляди так настороженно. Я не желаю тебе зла.

- Мы... на севере?

Девица хихикнула, покачав головой.

- Нет, мы почти там же, где ты попал в переплет. Протащила я тебя на себе буквально пару верст. Лендор неподалеку. С севера я сама, муж мой туда приезжал по делам, так мы с ним и встретились. Он меня сразу сюда забрал.

Странная хозяйка рассказывала что-то еще, но Фрэнсис уже не слушал, пытаясь восстановить события под ее незатейливую болтовню.

Меча у него теперь нет, и это было самой горькой утратой. Не считая Дурмана, конечно.

Но он остался жив, может пошевелить ногами и руками, а значит, все не так худо, как представлялось в самом начале. Ему даже ничего не сломали. А еще он с облегчением нащупал пузырек за пазухой от Ерсэль. Его шанс.

В этот раз принц поднимался медленно и осторожно. Девица бросилась ему помогать.

- Как тебя зовут? - он ухватил ее белую руку.

- Сату, - голубые глаза смущенно блеснули. - А моих сыновей - Эйнар и Матти.

- А меня... Фрэнсис.

Отчего-то он назвался настоящим именем, хотя с самого начала решил скрывать любой факт о связи с Кальдерраном. Но девушка так открыто и миролюбиво улыбалась, что врать показалось кощунственным.

- Я... Мне нужно идти.

- Да что ты? Разве что ползком, - она тихо рассмеялась. - Ты еще очень слаб. Не переживай, я позабочусь о тебе.

Он даже не смог возразить. Потому что ощущал себя перемолотым тяжелыми жерновами.

Голова кружилась еще несколько дней, но юноша самостоятельно вставал, кое-как ел и часами сидел на крыльце, прислонившись спиной к столбику. Сату порхала вокруг него все свое свободное время, либо около него крутился ее старший сын, Эйнар. Задавал бесконечно раздражающие его вопросы. Матти то и дело выглядывал из-под длинного подола матери, а потом тут же прятался обратно.

Погода была чудесной, поздняя осень была удивительно теплой. Не желая себе признаваться, Фрэнсис наслаждался природой Валиарии.

Странное это было место. Скромный домик Сату находился в лесу, на отшибе Лендора. И она тут жила отшельницей, совсем одна, не считая детей. Без мужчины. Вскоре Фрэнсис выяснил, что хозяин дома погиб в прошлом году, когда на Валиарию напали кальдерранцы.